– Ты до сих пор не догадался? – нарушил молчание Пэдди.
– Как мне теперь ходить? А куда спешить? Шахматы – такая игра, где нужно думать, – отозвался Гарт.
Старик хмыкнул:
– Да я не о том, сынок… Рори не брала твою карту, ее взял я.
– Но почему тогда…
– Она опасалась, что ты станешь мстить мне. Рори – любящая и заботливая дочь, поэтому неудивительно, что я тоже обожаю ее.
– Да нет, я хотел спросить, почему ты взял карту.
– Мне нечем оправдать столь скверный поступок, – со скорбным видом произнес Пэдди. – Наверное, в тот момент сам дьявол нашептывал мне на ухо свою мерзкую песню. Всю жизнь я стремился разбогатеть: в молодости мечтал наткнуться на золотую жилу, а потом сорвать жирный куш в картах. Порою казалось, что богатство у меня под самым носом, стоит только руку протянуть, я мог почти прикоснуться к нему… – Старик с досадой помотал головой, словно стряхивая наваждение. – Но в результате в моей руке оказывалась лишь очередная пинта виски – Он откупорил стоявшую рядом бутылку, сделал из нее пару глотков и, утерев рот тыльной стороной ладони, продолжил: – Когда я увидел на полу твою карту, мне словно сам дьявол подсказал, что это мой последний шанс… «Возьми ее, Пэдди, – шептал мне искуситель, – это золото твое». Вот в то мгновение я и продал ему душу, а теперь постоянно думаю о том, что однажды наступит день, когда я предстану перед нашим Создателем и он задаст мне тот же самый вопрос, что и ты. – Пэдди поднял на Гарта угрюмый взгляд. – Боюсь, мне нечем будет оправдать мой ужасный поступок.
– Да уж. – Гарт вздохнул. – Ты действительно поступил нехорошо.
– Но знаешь, сынок, что самое худшее? – Старик глянул в сторону Рори. – Все время я стремился к чему-то большему, а на самом деле был богаче, чем кто бы то ни был; вот только я даже не догадывался об этом… Мне стыдно и перед дочерью, и перед тобой за свой поступок, я не заслуживаю снисхождения, но все равно прошу у тебя прощения.
– Да ладно, Пэдди, все уже позади, и давай оставим это в прошлом.
– Хороший ты человек, Гарт Фрейзер… Рори тоже так считает. Думаю, мне следует почаще к ней прислушиваться.
Повернув голову, Рори заметила, что взгляды обоих мужчин устремлены на нее, и удивленно спросила.
– Что это с вами обоими? Что-нибудь случилось?
– Нет-нет, Рори, мы просто… Просто любуемся гобой, – неловко отозвался Гарт. – Твоя красота подобна нежному цветку, распустившемуся среди сорняков.
– По выражению ваших физиономий можно подумать, будто вы считаете этот цветок несколько увядшим. – Рори засмеялась, и ее смех оказался настолько заразительным, что в следующую секунду Гарт и Пэдди невольно присоединились к ней.
Глава 16
Гарт оказался самым ранним жаворонком среди всех троих – просыпаясь по утрам, Рори всякий раз обнаруживала его постель скатанной. Вот и сейчас его нигде не было видно.
Последние дни все шло более или менее хорошо, и девушку беспокоило только поведение отца. Пэдди не выказывал ни малейшего желания помочь и каждый день куда-то исчезал, появляясь лишь под вечер; при этом от него постоянно пахло виски, хотя по-настоящему пьяным назвать его было нельзя.
У водопада уже висело растянутое одеяло – как видно, Гарт успел принять «утреннюю ванну».
Решив помыться, пока он отсутствует, Рори взяла мыло и направилась к потоку. Вода оказалась очень холодной, просто ледяной, однако умывание помогло ей окончательно открыть глаза, и вскоре Рори чувствовала себя бодрой и свежей, а от сна не осталось и следа.
Выйдя из-за одеяла, она обнаружила, что Гарт уже вернулся, притащив большую охапку дров.
– Прежний запас мы почти израсходовали, – сказал он. – Так что я пойду соберу еще.
– А может, тебе нужна компания?
– Ну, если это будешь именно ты, то я не против.
– А по-моему, ты всегда не против, – Рори постаралась сохранить невозмутимость на лице, поскольку понимала, что Гарт вес еще переживает по поводу их неудавшегося «рандеву» около речки.
– Подобные намеки, мисс О’Трейди, могут подвигнуть мужчину… на большие подвига.
– И что? Мне-то беспокоиться не о чем, я ведь девственница.
Гарт прижал Рори к себе.
– Полагаю, это ненадолго, моя сладкая. Потерпи немного.
За полчаса они собрали достаточное количество дров и, прежде чем отнести их в лагерь, присели отдохнуть.
– Как тебе спалось этой ночью? – поинтересовался Гарт.
– Спала как младенец… А ты?
– Я всегда хорошо сплю, когда рядом со мной лежит женщина.
– Но мы же не спали вместе.
– Откуда тебе знать? За ночь ты почти ни разу не шевелилась.
– Ты хочешь сказать…
– Не мог же я допустить, чтобы ты тряслась от холода после того, как костер потух.
Но ты же не воспользовался… Я хочу сказать…
Когда ты повернулась ко мне лицом и прижалась своей грудью, что, по-твоему, мне оставалось делать? Естественно, я обнял тебя и поцеловал. Конечно, я и не думал, что ты спишь беспробудным сном.
– Я тебе не верю. Если бы ты меня поцеловал, я бы проснулась.
– Хорошо, тогда давай повторим этот опыт прямо сейчас. – Гарт притянул Рори к себе, и его поцелуй вызвал в ее сердце сладостный трепет. Им осталось провести вместе совсем немного времени, и она не собиралась изображать из себя застенчивую скромницу, поэтому, обвив руками шею Гарта, крепко поцеловала его в ответ.
Разлепив веки, Пэдди пожевал губами. Сон не помог ему изгнать из головы алкогольный туман, а рот, казалось, был набит ватой. Чтобы взбодриться, ему нужно было срочно выпить кружку горячего кофе.
Выбравшись из пещеры, он не обнаружил ни Рори, ни Гарта; костер тоже не горел. Интересно, где их носит? И почему до сих пор не разведен огонь, не сварен кофе?
Ворча что-то себе под нос, Пэдди сложил хворост в кучку и взялся за спички. После нескольких попыток ему наконец удалось разжечь костер, и он поплелся обратно в пещеру за кофейником и молотым кофе, затем, расплескивая воду, подвесил кофейник над огнем и присел рядом. По утрам человеку просто необходима чашка горячего кофе, а лично ему не помешает и пара глотков виски, о чем он прямо сейчас и позаботится…
Вернувшись в пещеру, Пэдди основательно перетряхнул свою постель, но припрятанную бутылку так и не нашел.
С подушкой в руках, точно ребенок с любимой игрушкой, он выбрался наружу.
– Она выкрала ее, лишила меня единственного удовольствия! – с горечью воскликнул старик. – Она обращается со мной как с младенцем! Моя кровь, плоть от моей плоти! – Словно трагик на сцене, он громко продекламировал: – Больнее змеиного клыка жалит неблагодарность собственных детей!
В этот момент висящий над огнем кофейник забурлил и из-под крышки поползла пена. Отбросив подушку, Пэдди поспешил к костру, но при попытке снять кофейник опрокинул его и в сердцах пнул ногой, задев лежащий с краю сук.
