Читаем без скачивания Семь стихий мироздания - Ирина Крупеникова

— Итак, у людей появился театр, — начал Донай. — Это была, конечно, примитивная модель Экзистедера. Роли в пьесе играли актеры, а руководил действием режиссер. Но как бы медленно ни продвигалось развитие, нашлись внемиренцы, подстегнувшие прогресс — люди узнали кино. И все же состояние пока оставалось стабильным: актерские отсебятины укладывали в сценарий, а зритель имел право сам для себя додумать открытый конец или «оживить» в собственном воображении полюбившихся и угробленных автором персонажей. Даже рисованные анимационные фильмы ограничивались художественными талантами тех, кто их создавал. Но настал момент, когда кому-то захотелось самому поучаствовать в Игре, и зародилась идея видеоигры. И когда компьютеры заполонили Мир, а герои электронных игр не сходили с обложек комиксов, начался новый этап: Игры стали объемны. Электроника позволила создать иллюзию собственного Мира, ему даже название придумали — виртуальная реальность. А от мнимого до реального всего один шаг. И что же делают те, кто волею судьбы рожден со способностью странствовать по Путям Структуры? Они без зазрения совести объясняют невежественному племени мирян, как сделать этот единственный шаг. Мне продолжать, Оливул, или ты и сам помнишь историю об инженере в далеком Мире, который обнаружил возможность преобразоваться в голограмму, сохраняя способность к ощущениям? А дальше? Да просто кончилось тем, что вся периферия Структуры в свое удовольствие создает и уничтожает Миры! А что будет, если тем же займется центральная публика? А умник вроде тебя рассчитает, как построить цепочку мостов к Первому Экзистедеру?

— Ты логично рассуждаешь, Донай. А теперь поразмысли-ка над вопросом: зачем я разрушил Экзистедер твоего отца? — посоветовал Бер-Росс.

— Не пытайся пустить мне пыль в глаза. Диербрук воспользовался твоими формулами и начисто про тебя забыл. А тебе надо оставить перед смертью ощутимый след на Структуре. Ты хотел достичь Изначальной Точки сам, со своей командой. Не отпирайся, я с легкостью вычислил тебя.

Оливул был откровенно изумлен.

— Я действительно тебя недооценивал, — проговорил он. — Такая интерпретация событий мне даже в голову не приходила.

— Оставь комплименты для девочек, — поморщился Донай. — И не надейся, что я развешу уши. Кстати, у меня тут есть маленький сюрприз для тебя.

И он с плохо скрываемым торжеством поднял на ладони голубой кристалл. Бер-Росс отступил на шаг, приподнялись в камерах Грег и Гор, а Красный Ви-князь улыбаясь поигрывал трофеем.

— Как видишь, я сдержал обещание, — заявил он. — И твоя жизнь буквально в моих руках. Вас всех здесь, вероятно, интересует назначение сего предмета, — Донай обратился к Серафиме, близнецам и очнувшемуся минуту назад Даниле. — Слышали старую сказку про Кощея Бессмертного? Его смерть жила на конце иглы, игла хранилась в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, а заяц в сундуке, висящем на дубе. Так вот: я нашел и сундук, и зайца, и утку, а в результате — оп! — он подбросил кристалл и ловко поймал у самого пола. — Надо только сломать иголочку. Вы все считали, что перед вами человек, не так ли? Но я разочарую вас: это оживленный ходячий труп с претензией на интеллект.

Оливул смотрел на кузена, пряча усмешку.

— Ты закончил? — поинтересовался он.

— Еще нет. Считаю своим долгом доложить, что я нашел экзорную формулу защиты твоей батарейки.

Донай проделал в воздухе хитрое движение рукой, кристалл заискрился и перестал пульсировать. Теперь он был похож на кусок обычного голубоватого камня.

Юлька вскрикнула, когда Донай поднял кристалл над головой с явным намерением разбить его вдребезги.

— Нет! — девушка отчаянно бросилась вперед.

Черное пятно возникло и рассеялось в одно мгновение, и Юлька очутилась в зале прямо за спиной Ви-Брука.

— Остановись! Донай!

Он обернулся, как ужаленный. Каляда тут же оказалась рядом и схватила его руку, но вдруг обнаружила, что держит мощную медвежью лапу. Зверь появился из пустоты, будто прошел сквозь Доная, и с оскаленной пастью обрушился на женщину. Юлька завизжала, а Красный князь ударил потухший камень об пол. Раздался приглушенных хлопок, и фонтан искр взвился в воздух. Оливул пошатнулся и стал оседать. Юлька видела, как он упал лицом вниз, и плащ, откинутый конвульсивным движением, закрыл его голову и плечи.

— Ты, ублюдок! — заорал Данила и ударил плечом в невидимую стену.

Грег и Гор попытались создать собственный экзорный поток, чтобы высвободиться из пространственной дыры, но надолго отделенные друг от друга они были теперь слабы даже для того, чтобы двигаться. Каляда, оттесненная в дальний угол зала, сдерживала натиск обезумевшего хищника.

— Что ты натворил?! — Юлька дрожала от негодования. — Ты, ходячая наглость! Откуда в тебе столько злости?

— Ты… ты… — Донай захлебнулся яростью.

— Ты ненавидишь отца, так ведь? За что? За его черствость, эгоизм и жестокость? А посмотри, во что превратился сам! Ты становишься его точной копией! Да, папочка добился своего — вскормил достойного преемника.

— Это что еще за явление? Откуда ты тут вообще взялась? Кто ты такая, чтобы меня наставлять на пути истинные?!

Вместо ответа Юлька достала из пустоты игрушечную шпагу, ту самую, которой малыш защищал сестру, и протянула Ви-Бруку.

— Помнишь? — спросила она, глядя в серые горящие страхом и гневом глаза. — Ты это помнишь?

Донай пятился. Его взгляд останавливался то на игрушке, то на Юльке. Гнев померк, остался страх.

— Куда ушел тот мальчик, Донай? Где он? — Юлька продолжала надвигаться на брата. — Неужели в твоем сердце не осталось ни капли доброты и благородства, которыми одарила нас мама?

— Ты… Ты ведьма! — закричал Донай.

Сверкнул стальной клинок. Юлька попятилась, но за спиной стояло кресло и отступать было некуда. Она зажмурилась. Лязг металла о металл.

— Как ты смел, негодяй, поднять на нее руку?! — прогремел голос Оливула Бер-Росса.

Юлька не успела опомниться, как Белый князь одним движением отставил ее в сторону, подальше от зловещего меча.

— Блефовал, значит? — процедил Ви-Брук. — Ладно. Я свое дело доделаю!

Последовала серия изощренных ударов. Оливул парировал их, но его легкий клинок заметно уступал двуручному красному мечу Доная.

— Юля! Освободи ребят, — успел шепнуть Бер-Росс, оказавшись на мгновение рядом.

Донай вновь навалился на противника. А когда Юлька направила сгусток Силы Созидания на пространственные ловушки, он отскочил и вскинул руку.

— Они умрут!

Оливул отвлек его на себя.

Грег и Гор вскрикнули, когда локальный Мир вокруг них стал стремительно таять. Ругался Данила, из всех сил колотивший в невидимую стену. Юлька же собрала всю свою волю. Она знала, что в ее распоряжении осталось не больше полуминуты, и тем не менее заставила себя действовать размеренно и спокойно. Осторожно, чтобы не потерять нить, она принялась искать опорную точку блока. Нахлынули образы, но энергия Экзистедера подчинялась девушке, и Юлька физически ощущала силу, протекавшую сейчас через ее тело.

Она распахнула ворота, когда чернота заполнила камеры больше чем на половину. Данила вывалился в зал и вскочил на ноги. Грег и Гор остались лежать на полу. Из противоположного конца помещения раздался оглушительный рев. Серафима отошла от агонирующего зверя. Ее одежда была перемазана алой кровью, а на уровне груди шевелились змеевидные отростки-щупальца. Данила не заметил их и бросился к Каляде, но та знаком остановила его и показала на Грег-Гора, мол, помоги ему.

Юлька с замиранием сердца следила за дуэлью Оливула и Доная. Диспозиция изменилась. Теперь Белый князь яростно и неудержимо теснил кузена в дальний угол зала, туда, где лежала туша поверженного чудовища. Донай защищался браво, однако заметно было, что его самоуверенность пошатнулась. Противники столкнулись в ближнем бою. Несколько секунд они боролись, чтобы освободить клинки, затем Оливул извернулся и отскочил первым. На его левой манжете расплывалось кровавое пятно. Донай остановился, зажав рукой грудь. Враги гневно смотрели друг на друга, но поединок не возобновляли.

Юлька подбежала к дуэлянтам и отважно встала между ними.

— Опомнитесь! Донай! Оливул!

Бер-Росс вздрогнул. Лицо его приняло обычное бесстрастное выражение. Он опустил меч и шагнул к кузену, но Красный князь на противника не смотрел. Внимание его было целиком сосредоточено на грозном нарастающем с каждым мгновением гуле, исходящем из недр земли.

— Этот мир исчезнет с минуты на минуту! — выкрикнул он, и взгляд его перекинулся на Юльку. — Ты только что разрушила основу Экзистедера! Ты…

Его слова заглушил леденящий душу рев. Медведь каким-то образом очнулся, несмотря на смертельную рану, нанесенную женщиной-Посредником, и двинулся прямо на своего создателя. Бурую морду заливала кровь, один глаз вытек, другой был закрыт куском оторванной шкуры. Продолжая реветь, монстр стоял на задних лапах, а передними искал обидчика. Донай растерялся, и этой заминки оказалось достаточно, чтобы чудовище обрушило на него мощный удар. Экзистор закричал, выронил меч и закрыл руками лицо. Медведь взревел еще громче и готов был навалиться на человека, но клинок Оливула вонзился ему в брюхо. Брызнули искры. Юлька отдернула Бер-Росса из-под падающей туши.