Впрочем, он прибавляет: «Если ты, однако, чувствуешь себя недостаточно здоровым, то лучше примирись с тем, чтобы жить, не производя на свет других несчастных». (Письмо от 24 июня 1552 г.)
321
16 мая 1553 г.
322
Письмо от 20 мая 1553 г.
323
Письмо от 5 августа 1553 г.
324
Родился в 1554 г.
325
Родился в 1555 г.
326
Здесь необходимо строго различать периоды его жизни. На протяжении долгого его пути встречаются пустыни одиночества, но бывали также периоды дружбы. Около 1515 г. в Риме образовался небольшой кружок свободомыслящих и наслаждающихся жизнью флорентийцев: Доменико Буонинсеньи, Леонардо — седельник, Джованни Специале, Бартоломео Вераццано, Джованни Джелези, Каниджани. Немного позднее, во время папства Климента VII, — блещущее остроумием общество Франческо Берни и фра Себастьяно дель Пьомбо, преданного, но опасного друга, который передавал Микеланджело все слухи, ходившие на его счет, и разжигал его неприязнь к рафаэлевской партии. Особенно же, во время Виттории Колонна, кружок Луиджи дель Риччо, флорентийского купца, который был его советчиком в делах и самым близким другом. У него он встречался с Донато Джаннотти, с музыкантом Аркадельтом и с красавцем Чеккино. Их соединяла любовь к музыке, к поэзии и к хорошему столу. Именно для Риччо, впавшего в отчаяние от смерти Чеккино, Микеланджело написал свои сорок восемь надгробных эпиграмм, а Риччо, в ответ на каждую из них, посылал Микеланджело форелей, шампиньоны, трюфели, дыни, голубей и т. д. (Смотри Стихотворения, изд. Фрея, LXXIII.) После смерти Риччо в 1540 г. у Микеланджело не было больше друзей, но были ученики: Вазари, Кондиви, Даниэле да Вольтерра, Бронзино, Леоне Леони, Бенвенуто Челлини. Он внушал им страстное обожание и со своей стороны выказывал к ним трогательную привязанность.
327
Вследствие своих обязанностей в Ватикане, а также высоты своего религиозного духа, Микеланджело особенно поддерживал связь с виднейшими сановниками церкви.
328
Любопытно отметить мимоходом, что Микеланджело был знаком с Макиавелли. Биаджо Буонаккорси, в письме к Макиавелли от сентября 1508 г., извещает его, что некая женщина, имени которой он не называет, послала ему, через посредство Микеланджело, деньги.
329
Конечно, меньше всего друзей у него было между художниками, исключая конца его жизни, когда он был окружен льстивыми учениками. Он мало был расположен к большинству художников и не скрывал этого. Он был в очень плохих отношениях с Леонардо да Винчи, Перуджино, Франча, Синьорелли, Рафаэлем, Браманте, Сан — Галло. «Будь проклят день, когда вы о ком‑нибудь отозвались хорошо!» — писал ему Якопо Сансовино 30 июня 1517 г. Это однако не помешало Микеланджело позднее оказывать услуги Сансовино (в 1524 г.) и многим другим; но у него был слишком страстный гений, чтобы любить другой идеал, кроме собственного, и он был слишком искренен, чтобы притворяться и говорить, что ему нравится то, что ему не совсем нравилось. Однако он проявил большую учтивость по отношению к Тициану во время его посещения Рима в 1545 г. Но кругу художников, культурный уровень которых оставлял многого желать, он предпочитал общество писателей и людей дела.
330
Они обменивались посланиями в стихах, дружескими и шуточными. (Стихотворения, LV II и GLXXII). Берни воздал великолепную хвалу Микеланджело в своем «Capitolo a fra Sebastiano del Piombo» («Послание к фра Себастьяно дель Пьомбо»). Он говорит в нем, что Микеланджело «был воплощением Идеи скульптуры и архитектуры, как Астрея была Идеей справедливости, будучи исполнена доброты и разума». Он называл его вторым Платоном и, обращаясь к другим поэтам, произнес замечательные, часто цитируемые слова: «Молчите вы, гармонические инструменты! Вы произносите слова, лишь он говорит вещи». — «Ei dice cose, et voi dite parol …»
331
Донна Арджентина Маласпина, в 1516 г.
332
См. особенно письмо его к Франциску I от 26 апреля 1 546 г.
333
Кондиви так начинает свою «Жизнь Микеланджело»: «Начиная с того часа, как господь бог, во всемогущей милости своей, счел меня достойным не только лицезреть Микеланджело Буонарроти, несравненного живописца и скульптора, — на что я едва осмеливался надеяться, — но и пользоваться его беседами, — его расположением и доверием, — в благодарность за такое благодеяние я замыслил собрать воедино все, что в его жизни показалось мне достойным похвалы и удивления, чтобы примером подобного человека принести пользу другим людям».
334
Франциск I — в 1546 г., Екатерина Медичи — в 1559 г. Она писала ему из Блуа, «зная, как и весь мир, насколько он превосходит кого бы то ни было на свете», чтобы попросить изваять конную статую Генриха II или, по крайней мере, сделать к ней рисунок. (14 ноября 1559 г.)
335
В 1552 г. — Микеланджело не ответил; это оскорбило герцога. Когда Бенвенуто Челлини снова завел об этом речь с Микеланджело, тот ответил в саркастическом тоне.
336
В ноябре 1560 г.
337
В октябре 1561 г.
338
Вазари (по поводу приема, который Козимо оказал Микеланджело).
339
Франсишко да Оланда, «Беседы о живописи».
340
Там же.
341
К Пьеро Гонди, 26 января 1524 г.
342
Вазари так описывает помощников Микеланджело: «Пьетро Урбано из Пистойи был неглупый малый, но он никогда не хотел прилагать стараний. Антонио Мини был бы рад стараться, да лишен был способностей. Асканио делла Рипа Трансоне прилагал усилия, но так ничего и не достиг».
343
Микеланджело тревожится за него по поводу малейших недомоганий. Он интересуется, в каком состоянии порез на пальце у Урбано. Он следит, чтобы он исполнял свои религиозные обязанности: «Ходи к исповеди, хорошенько работай, присматривай за домом…» (Письмо от 29 марта 1518 г.)
344
Уже раньше, вместе с Антонио Мини, Микеланджело хотел уехать во Францию после своего бегства из Флоренции в 1529 г.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
