который из-за паутины был раза в два уже, чем должен быть.
Наш штатный пироманьяк уже было собрался продолжить развлекаться, но я остановил его, приказав выжигать паутину только на полу.
В отблесках пламени и свете фонарей паутина казалась живым существом, медленно поддаваясь языкам пламени, она пульсировала и содрогалась словно живая…
— Контакт! — я среагировал первым, вонзая короткий меч в зелёный нарост, который стал набухать. Паутина замедлила удар, но силы брони хватило, чтобы добраться до её гнилого нутра.
Со всех сторон пронеслось словно эхо, “Контакт!”, а я уже вскрывал очередную опухоль, перерубая вместе с ней извивающую восьмилапую гадину с широким хвостом.
Наросты появлялись и лопались с чудовищной быстротой, выпуская из себя потоки тварей, что облепляли нас с ног до головы, заставляя двигаться всё медленнее.
Очередную прыгнувшую на меня членистоногую тварь, я сбил кулаком, уже не успевая работать мечом. Пауки кружили вокруг нас хороводы, не обращая внимания на то, что у них под ногами, пол, стена или потолок.
Доспехи пока позволяли сдерживать натиск, но на экране то здесь, то там отдельные элементы брони сменяли цвет с зелёного на жёлтый.
Вал пламени заполнил коридор, моментально подняв температуру на добрую сотню градусов. Похоже, огнемётчику надоело смотреть на этот дурдом, и он решил отжечь.
Пауки оказались куда менее огнестойкими, чем паутина, моментально вскипали и лопались, разбрызгивая внутренности. Самые шустрые пытались нырнуть обратно в паутину, но та от резкого перепада температуры оплавилась, запечатав пробитые ходы.
— Мог бы и раньше, — недовольно произнёс наставник, пытаясь стряхнуть остатки паука с наплечника, но лишь больше размазывая паутину. — Весь доспех, падлы, заляпали!
— Так ждал, пока все вылезут, а то гоняйся по всему уровню за ними, — ответил штурмовик, перезаряжая баллоны с топливом. — Готов.
— Ну раз готов, жги, — скомандовал я, перед этим убедившись, что никто из моих людей не пострадал.
На этом этаже пауки ещё дважды пытались напасть, руководствуясь одной и той же тактикой. Но ни разу она не принесла им успеха.
Едва я замечал точную копию первого коридора, как давал указание выжигать тут всё к чёртовой матери, даже не приближаясь.
Помимо мелких пауков, на втором этаже, пробив путь в некоторые из кают, мы обнаружили первые трупы.
Скрючившихся в разных позах людей объединяло одно. От каждого шла тонкая красно-зелёная нить, которая дальше расширялась, превращаясь в невесомую паутину. И её концы покоились на скорлупе пятнистых яиц.
На вскидку, тут кают пятьдесят, и если хотя бы в трети из них такое же гнездо, то в скором времени эту паучью крепость будет не взять.
— Сжечь эту дрянь! — приказал я, и огнемётчик с радостью придал огню мертвеца и пока не вылупившихся тварей.
Вскрывать другие каюты я не стал, запасы огненной смеси были не бесконечным, так что полную дезинсекцию мы проведём завтра, прихватив с собой побольше огнемётов.
Времени пока хватало, и мы стали подниматься на третий этаж. И он также отличался от остальных. Паутина тут тоже наличествовала, но, в отличие от второго уровня, цвет у неё был привычный, белый. Да и не столь плотной она была, легко разрываясь, едва стоило к ней прикоснуться.
Тут нас уже ждали не скрываясь. Точные копии пауков со второго яруса, только на порядок крупнее и с выступающими костяными гребнями, что начинались на голове и шли вдоль всего тела.
Тварей было всего три. При нашем появлении две из них, что были чуть поменьше, запрыгнули на стены, а оставшаяся на полу, полностью развернула гребень, направив в нашу сторону.
Огнемётчик, стоявший впереди, тут же вскинул оружие, но я остановил его. В длинном и широком коридоре были люди.
Подвешенные вверх ногами к потолку, они были закутаны в тонкие пласты паутины, скрывавшие детали, но позволявшие быть уверенным, что это точно люди.
Приглядевшись, заметил, как от коконов тянутся заметные в свете фонарей прозрачные нити. Кажется, мы кому-то обед испортили.
Вожак зарычал, а его гребень, распавшись на несколько частей, полетел в нашу сторону. Громко матерясь, огнемётчик, лишившийся оружия, отступил в сторону, выхватил меч, а из перерубленных шлангов стала вытекать огневая смесь.
Другие части гребня угодили в наставника, который успел прикрыться валяющейся на полу дверью. Тонкую преграду пробило на сквозь, а снаряды паука, срикошетив от стены, вернулись к владельцу.
— Не восстановлю, — доложил огнемётчик, меняясь позициями с другим бойцом.
Заметив, что мы не нападаем, пауки осмелели. Вожак, в очередной раз издав звук, похожий на рык, пригнулся, а нити вокруг него засветились.
Люди в коконах забились словно в припадке, а два оставшихся паука побежали по стенам прямо к нам.
Очередная порция снарядов устремилась ко мне, но я уже выставил перед собой небольшой щит, отбив их.
Леонов тем временем рванул вперёд, не давая бегущему по стене пауку прыгнуть нам на головы. Сверкнул меч, и гадина, лишившись пары конечностей, рухнула на пол, пытаясь вцепиться жвалами в ногу наставника.
Второй охранник вожака был несколько успешней, умудрившись проскочить под самым потолком и оказаться за нашими спинами. Где и напоролся на два заряда усиленной картечи. Окончательную точку в его успехе поставила тяжелая нога штурмовика, раздавившая склизкую гадину.
Вожак, тем временем увидев, что стало с его охраной, попятился назад, по-прежнему издавая угрожающие звуки, но не так уверенно. Похоже, кто-то захотел разойтись миром. Тварь даже нити убрала от тел, которые после атаки изрядно похудели.
Я посмотрел на висящие вдоль всего коридора коконы, вспомнил гнёзда на втором этаже.
Широким шагом, на ходу убирая меч со щитом и выхватывая топор, с размаху опустил его на членистоногого, едва не успевшего отскочить. Впрочем, и в этот раз я оказался быстрее.
Следующие часы мы потратили на проверку всех коконов в надежде найти живых и, лишь вскрыв последний, поняли, что таковых не было. Похоже, пауки впрыскивали яд в свою жертву, убивая её, а коконы помогали сохранять ту в относительной свежести.
Наконец, покинув жилую часть модуля, превратившегося в массовое захоронение, я с облегчением выдохнул. Понятно, что люди знали, на что идут. Всё же новые планеты, даже без орданиума, первое время были далеко не курортом, но всё же стать консервой для инопланетного паука…
Парни снаружи периодически постреливали, не подпуская живность, которая всё чаще выбегала из леса. Радовало только то, что выжженная полоса земли ещё не заросла, и прежде чем твари добирались до модуля, их удавалось изрядно ослабить.
— Доклад! — откинув забрало, уселся на почерневший пень, тот затрещал, но выдержал многотонную махину.
— Всё спокойно. Даже успели зверья немного набить. Разве что у
