Уайз высунулся из окна. Ветер растрепал его волосы. Он высунулся насколько смог. Но этого было недостаточно для того, чтобы увидеть стрелки часов. При свете дневного дня он бы увидел силуэт минутной стрелки изнутри. Но где она сейчас?
Не сумев вылезти дальше, Уайз зарычал, одновременно довольно и раздражённо. Раз он не смог вылезти, значит и Доктор не смог. Уайз купился на блеф, задержался, чтобы проверить, и дал этим Доктору немного больше времени на то, что он задумал на самом деле.
Уайз начал влезать обратно, но обнаружил, что он не может. Доктор, дождавшись когда Уайз высунулся за стекло, прибежал обратно и сильно надавил на него руками, не давая вернуться вовнутрь. Часы, конечно, это не остановит, но хотя бы одну проблему это решит.
– Мелисса! – закричал Доктор как можно громче. – Сюда, быстро!
Уайз понял, что происходит, и старался заползти обратно. Доктор подумал, что Уайз сейчас попытается навести пистолет так, чтобы попасть в него. Но всё равно, звук выстрела, вслед за которым сразу последовал звон бьющегося стекла, застал его врасплох.
Пуля отрикошетила он внутренней стены, осколки стекла посыпались на Доктора, царапая его руки и лицо. Он увидел, как дверь в конце галереи раскрылась и к ним направился механизм. Затем пуля отскочила от пола и повредила кабель питания. Свет погас, и Доктор оказался в полной тьме. Из-за порезов на руке он немного ослабил хватку. Уайз возобновил попытки вырваться, отклонялся назад, чтобы высвободиться. В тот же момент что-то сильно толкнуло Доктора и отбросило на пол – в темноте механизм перепутал его с Уайзом.
В соседней галерее лампы ещё горели, оттуда приходило немного света. Когда зрение Доктора адаптировалось, он увидел над собой высокую тень механизма, тянущегося туда, где только что был Уайз. Но сейчас его там уже не было. Механизм в замешательстве шагнул назад. Доктор поднялся на ноги и смотрел по сторонам, надеясь увидеть Уайза. Но, вместо этого, он его почувствовал – плечо Уайза с силой врезалось Доктору в поясницу, отбрасывая его на циферблат. Не выдержав удара головы Доктора, стекло разбилось. Металлические стойки прогнулись и сломались. Холодный воздух и липкий туман ударили в лицо Доктора и он почувствовал, что проваливается и падает. Сквозь циферблат. В пространство. А под ним – 90 метров до земли.
***
Никто её не слышит, она не сомневалась. Роза барабанила в дверь. Она и толкала её, и пыталась сдвинуть – всё безрезультатно. Её щёки были залиты слезами, она неосознанно вытирала их тыльными сторонами рук, крича и молясь, чтобы кто-нибудь пришёл на помощь.
– Он умирает! – кричала она.
Но никто не отвечал. В углу комнаты Фредди дышал неглубоко и часто. Самые точные в мире механические часы отсчитывали беспощадные секунды того, как кровь медленно, каплями вытекала из его тела.
***
Уайз знал, что как только пробьют часы и грузы опустятся, процесс будет запущен. У него останется, наверное, минут пятнадцать на то, чтобы добраться до корабля до того, как атмосфера станет нестабильной. Надёжнее будет, если уложиться в десять. Он медленно крался вдоль одной из галерей за циферблатом. Лампы здесь горели, но он прислушивался к мельчайшим намёкам на тиканье, не относящееся к главному часовому механизму.
У него было два варианта действия. Он мог пойти на корабль сейчас, и надеяться, что друзья Доктора не сумеют остановить его машину. Если всё пойдёт по плану, он будет на корабле во время его подзарядки, готовый распрощаться с этой жалкой планетой. Если же план не сработает, то по крайней мере он будет свободен, и сможет повторить попытку, если удастся скрыться от Разрисованной Дамы и её механизмов.
С другой стороны, он мог задержаться до активации своего механизма. Убедиться, что всё работает, и всё ещё иметь время на то, чтобы добраться до корабля. В этом варианте был элемент риска, но Василий Тёмный был не из тех, кто бежит от опасности. Один раз он уже позволил отстранить себя от дел, согласившись на ссылку вместо почти верной смерти. Он не станет снова уклоняться от своей ответственности, своей судьбы.
Он вышел из галереи. Ненадолго задержался, чтобы насладиться потоком свежего воздуха из разбитого циферблата и послушать крики Розы, звавшей на помощь. Остальные наверняка уделят больше внимания поиску её, чем охоте на него. Он улыбнулся и пошёл вверх, в звонницу.
***
Ветер продувал в тумане дыры. Воздух всё равно был холодным и сырым, но между клочьями тумана открывался роскошный вид на Лондон. При других обстоятельствах Доктор мог бы восхититься. Но сейчас он висел, держась усталыми пальцами за нижний край циферблата, и пытался не свалиться.
Под часами башня немного расширялась. Выступ был хотя и небольшой, но его как раз хватило, чтобы Доктор столкнулся с ним при падении. Его ударило, он заскользил, начал цепляться руками, и в конце концов остановился. Едва ли надолго. Его пальцы вцепились в последний выступ кладки. Кладки, которая была скользкой из-за тумана и покрывавшей её лондонской сажи.
Одна рука соскочила. Доктор напрягся. Он потянулся ею обратно, пытаясь схватиться снова, но дотянуться не мог. Он попытался снова, дотянувшись как можно выше, даже куртка затрещала в подмышках. Не мог же он умереть в рваной куртке!
Доктор стиснул зубы, готовясь к последней попытке. Его рука снова взмыла вверх и, ничего не найдя, вцепилась в воздух. В тот же момент пальцы второй руки начали соскальзывать с уступа.
– Прости, Роза, – тихо сказал он.
И вдруг его свободная рука наткнулась на что-то твёрдое. Инстинктивно он крепко ухватился за него. И то, за что он ухватился, схватило его. Доктор двигался – не падал, его поднимали вверх. Ещё секунда, и он уже сидел на уступе, за который так отчаянно пытался удержаться. Он был неожиданно широким. Рядом с ним сидел Реппл:
– Подумал, что вам не помешает рука помощи.
– Даже несколько.
Доктор посмотрел наверх и увидел, что отсюда легко можно забраться обратно в башню сквозь разбитый циферблат. Он осторожно встал и похлопал Реппла по плечу:
– Спасибо. Я вам обязан.
– Нам нужно остановить Уайза, – сказал Реппл, когда они лезли вверх.
Доктор аккуратно перелез через сломанные металлические прутья и остатки разбитого стекла.
– Это верно. Некогда отвлекаться.
Они стояли в тёмной галерее, у них под ногами хрустело битое стекло. Из часовой башни доносились приглушённые крики Розы, но слова нельзя было разобрать.
– Никогда потерпеть не может, – сказал Доктор. – Разберитесь с Розой и Фредди. Хорошо? – они быстро шли по галерее, возвращаясь на лестницу. – А затем посмотрите, нельзя ли как-то заблокировать механизм в комнатах ниже. Что угодно, что сможет замедлить процесс. Где же эта Мелисса, когда она нам нужна?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
