Читаем без скачивания Женить нельзя помиловать - Вячеслав Шторм

— Ой, только не надо переоценивать благородство этой штучки! — Глори явно была не в духе. Странно, в последнее время я все чаще замечал у жены повышенную раздражительность. — Если ты забыл, мы попали сюда по ее милости, и она первая заинтересована в том, чтобы все прошло как можно более гладко.

— Ничего она не заинтересована! — Парню тоже вожжа под хвост попала. — Она же сказала, что сама могла с легкостью устранить эту проблему.

— Вот именно! Но ей, видите ли, лень лазить по свалкам! Конечно, она ведь такая вся из себя утонченная, совершенная и прекрасная! А ты, по-моему, банально втюрился!

— А ты, по-моему, банально завидуешь!

— Я?! Этой белобрысой задаваке?!

— Хватит! — Я поспешил развести спорщиков в разные стороны, пока они не наговорили друг другу лишнего. — Вы часом не забыли, зачем мы здесь?

— Я-то помню, — пробурчала Глори, но уже более миролюбиво, — а вот он явно забыл.

У Бона достало такта, чтобы смутиться.

— Отлично, тогда давайте осмотримся и приступим к поискам, — поспешил закрепить достигнутое я. — А то кто знает, как долго длится действие этой пилюли?

— Искренне надеюсь, что это не навсегда, — напоследок фыркнула Глори. — К нашему возвращению мои розы еще не должны отцвести, и если я не смогу их понюхать, то устрою кое-кому веселую жизнь!

На том и порешили. Растянувшись цепочкой и стараясь объезжать самые захламленные места, мы двинулись вперед, озираясь по сторонам. А посмотреть и вправду было на что. Что по мне, то ощущение было такое, будто по Ухрюпинску прогулялся торнадо или впавший в детство великан с дурным чувством юмора. Не говоря уж про горы мусора, громоздящиеся тут и там, местами превращаясь в холмы выше меня ростом, а местами переходя в болота из темной жижи, не так уж часто увидишь, к примеру, колокольню, на макушке которой висит трехногий стул без сиденья. Или медную вывеску над кузницей, украшенную неопределенного цвета носком из времен юности моего прадедушки. Или терем какого-то богатого горожанина, возможно, местного князя, с резных ворот которого свисает гирлянда картофельных очисток, а на левый столб надета изъеденная ржавчиной кастрюля. Или наконец статую какого-то местного божества, чем-то похожего на Пругга Тяжкого Молота, на воздетое копье в руке которой насажен сапог, хищно скалящийся гвоздями, торчащими из полуоторванной подошвы. Слепые глаза божества взирали на творящееся кругом безобразие с немым укором, тем более что из-за мерзких жирных птиц, целые стаи которых рылись в мусорных кучах, он весь был в весьма характерных белесых потеках. Ну и мухи, крысы, тараканы…

— Отсутствие запаха — это, конечно, хорошо, — зажимая рот, прошипела Глори, — но еще немного, и меня вывернет. Да где же, в конце концов, этот грешный портал?!

— Вот он!

И вправду, выехав из-за очередного завала, мы увидели светящийся голубым овал метра эдак три в диаметре, висящий почти над самой землей. Без сомнения, это и был Мусорный портал.

Как бы подтверждая наши догадки, из портала со свистом вылетел гнилой помидор и размазался о стену ближайшего дома.

— Ничего себе! — охнул инстинктивно пригнувшийся Бон, стряхивая с рукава брызги. — А если бы чуть левее?

— А если бы это была чугунная сковородка? — в тон ему съехидничала мстительная Глори. — Кстати, твоя милая магесса предупреждала, что мы можем не вернуться.

— Моя кто?.. Ах, Стефания… — покраснел игрок. — Нет, она наверняка имела в виду опасность схлопывания портала…

— Что по мне, то и какой-нибудь гнилью в лоб получить тоже мало приятного! — заявил Римбольд и на всякий случай натянул свой колпак почти до самых глаз.

— Уж тебе-то точно нечего бояться! — огрызнулся Бон. — Пристроился за моей широкой спиной… Что бы оттуда ни вылетело, а первым из нас двоих в лоб все равно получу я!

— Тем не менее, — пришло мне на ум, — слегка подстраховаться не мешает. Предлагаю для начала немного понаблюдать за тем, с какой периодичностью портал извергает мусор.

— Смерти моей хочешь? — тут же откликнулась Глори. — Это еще зачем?

— А затем, что вряд ли мусор сбрасывают в портал постоянно. Наверняка он где-то копится и… утилизируется через определенные промежутки времени.

— Ну посмотрим, и что?

— А то, — просек Бон, — что, прыгнув в портал в нужное время, мы меньше рискуем столкнуться с какой-нибудь выброшенной дрянью.

— Правильно, — подхватил я, — и это еще не все. Когда мы установим периодичность выбросов, то не будем нырять в портал все разом. Первыми пойдем мы с Извергом, а все остальные — немного погодя.

— Что, давно не геройствовал?

Так и знал, что с ее стороны будут возражения. Ладно, попробуем убедить.

— Мы не знаем, что с другой стороны портала. А я и Изверг деремся лучше всех вас, вместе взятых.

Шлеп! Из портала вылетела какая-то тряпка.

— Особенно когда кто-нибудь прикрывает вашу спину.

— Если в наших расчетах что-то пойдет не так, то мы не дадим сбросить вам навстречу очередной гнилой овощ… или чугунную сковородку.

Бац! Глиняный кувшин. Осколки разлетелись весьма живописно.

— А если мы пойдем все вместе, то это вообще перестанет быть проблемой.

Тиу! А вот этот предмет я идентифицировать не успел — уж больно быстро он промчался вдаль. Ладно, не хотел я до этого доводить, но уж коли вынудила…

— Если в момент перехода портал схлопнется, то внутри останусь только я. Бух!

— Так не честно!

— Но логично, ты не находишь?

Бабах!

— Нет.

Ситуация зашла в тупик, а время шло. Даже зловредный портал, будто ожидая, прекратил изрыгать мусор. Копит, должно быть, пакость этакая, для одного хорошего парня…

— Послушай, Римбольд, — тем временем обратился к гному Бон, — по-моему, на горловине твоего мешка ослабла завязка.

— Не болтай ерунду! Когда это мои узлы развязывались сами собой? — фыркнул тот, но на всякий случай скосил назад глаза.

— Да нет, я серьезно, — не унимался игрок. — Ты бы перевязал., не то потеряешь что-нибудь.

Ворча, Римбольд спешился и отцепил мешок от седла.

— Я же говорил… — начал торжествующе он, но в этот момент парень пришпорил Забияку и что есть мочи понесся к порталу.

— Стой! Куда?! — заорали мы вслед, но было уже поздно: разогнавшийся Забияка красивым прыжком взмыл в воздух и вместе со своим седоком исчез в портале.

Прежде чем я осознал, что делаю, я ударил Изверга пятками в бока, на лету поймал Римбольда за шиворот и устремился следом. Лака с Глори мчались с нами нос к носу.

— Убью! — пообещал я.

— Расцелую! — улыбнулась жена.

— Я про Бона.

— Я тоже.

«Тогда точно убью!» — собирался сказать я, но не успел: Изверг уже оттолкнулся задними лапами от земли. А потом был только беспросветный мрак и мороз по коже…

Каюсь, свою угрозу я не исполнил. А вот Глори оказалась человеком слова, хотя перед поцелуем она пару минут оттирала физиономию смущенного Бона от липкого сока какого-то цитрусового — прощальный привет Мусорного портила. Вот ведь, как знал!

Итак, нам удалось! Так и не схлопнувшийся портал и оскверненный Ухрюпинск остались у нас за спиной, а впереди расстилалась… кстати, а что это у нас расстилается? Песчаное побережье, море, в которое медленно погружается солнце, пальмы — просто курорт какой-то! А вон, вдалеке, и город виднеется. Неслабый такой городок, сказал бы' я. Если представить, что мы каким-то чудом вновь очутились на своей стороне Чемодана, то я бы предположил, что это Файлис или Варракеш. Ну, на худой конец, Читтанга. Вся беда в том, что спросить не у кого… а впрочем, я поспешил. Судя по всему, к нам направляется кто-то из местных.

Первый абориген оказался хримтурсом в грубой рабочей робе, он толкал впереди себя здоровенную тачку, груженную всеразличным хламом. Ага, так вот кому Бон обязан испачканной физиономией! За хримтурсом в отдалении следовал роскошный, наглухо зашторенный паланкин. Более идиотскую картину трудно было себе представить.

— Поедем навстречу или подождем тут? — поинтересовался Бон.

Мы с Глори переглянулись.

— Подождем, — решила моя жена. — Несолидно как-то…

Ладно, им, принцессам, хоть и отставным, насчет политеса виднее.

Первым нас заметил, разумеется, хримтурс с тачкой. Сказать, что он удивился, значит ничего не сказать. По крайней мере, тачка была мигом забыта и перевернулась, рассыпав по песку свое содержимое.

— Добрый вечер, приятель, — как можно дружелюбнее обратился я к хримтурсу. — Славная погодка, правда?

Остолбеневший великан ничего не ответил и лишь хлопал глазами. Хотя, если задуматься, то что тут такого удивительного: три человека, гном и четыре драконозавра? Ладно, по крайней мере, он не проявлял агрессии и не пытался убежать. Попробуем иначе.

— У вас тут очень мило. Тот замечательный город, как я понимаю, Варракеш?

Молчание.

— Файлис? Молчание.

— Эй! Ты, часом, не глухонемой? Я говорю, мы прибыли… — тут я непроизвольно махну л рукой за спину, желая сказать этим, что мы приплыли на корабле. И только потом осознал, что за спиной у меня не только море.