Дмитрий возненавидел весь свет, плеснув ему в лицо ненавистью, ощутил пустоту в груди.
— Не могу больше! — завопил в голове голос Анатолия. — Оставь меня!
С трудом приходя в себя, Дмитрий растерянно огляделся.
Суетившийся перед диваном Илья, почувствовав леденящий душу взгляд, поспешил ретироваться.
Телохранитель сидел рядом. Сгибаясь над коленями, сжимал голову подрагивающими руками.
Не в силах терпеть боль, острыми шипами разрывающую душу, Дмитрий встал и, пошатываясь, вышел из комнаты.
Грязный подъезд встретил его хмурыми стенами, сбитыми ступенями, мрачная улица плеснула возмущенными криками в лицо.
В голову ударил камень.
Физическая боль отрезвила, всколыхнув душу, подняла на поверхность закипающую ярость. В глазах заклубился кровавый туман, заостряя и без того искаженные злостью человеческие лица.
Летящий в лицо булыжник вдруг остановился, наталкиваясь на горящий взгляд, на миг завис в воздухе и рухнул на землю.
Звенящая тишина, сменяя гневные крики, заложила уши. Озверевший народ замер, боясь пошевелиться.
Громко бухнул падающий на дорогу камень, и вместе с ударом взорвалась толпа, вмиг превращаясь в обезумевшее испуганное стадо.
Дмитрий пылал ненавистью, материализовавшейся в яркие трескучие разряды, срывавшиеся с его рук. Над головой — словно в продолжение — пронизывая плотные серые тучи, сверкнула яркая молния, хлынул холодный дождь.
Толпа взвыла. Вопящие от страха люди бросались наутек.
Через минуту ледяной ливень сменился сухим ветром, и небо мгновенно очистилось от мрачной хмари, хотя светлее от этого не стало. Горячий воздух мрачно светился фиолетовым светом.
"Вот это беда! — зло одернул себя Потемкин, глотая комок, застрявший в горле. — Давай без соплей! Кто сказал, что она погибла? Потерялась — да! — смыло волной, исчезнувшей в другом мире, в том, откуда принесло эту самую волну. Там она и сейчас. Найдем! — взбодрился Дмитрий и вновь поглядел на грязное небо".
Черное пятно, наползая на беззащитную звезду, уже закрыло край Солнца. Конечно, это была оптическая иллюзия, вызванная тем, что Демон расположился между светилом и Землей. В случае физического контакта катастрофические последствия не заставили бы себя долго ждать. Если верить Вячеславу, то этот процесс запросто уничтожил Сверхновую, ну а с желтым карликом он долго возиться не станет.
Паника ушла, разрывающие душу страдания на время затихли. Человек, захваченный в безумный водоворот страстей и переживаний, всегда цепляется за минимальную пусть и неправдоподобную надежду.
"Интересно где сейчас белобрысый бродяга? — подумал Дмитрий, вспоминая Пугачева. — Светка… — попыталась вырваться паническая мысль, но Потемкин загнал ее, как можно глубже, на уровень подсознания, чтобы вернуть, когда появиться время. Махнул рукой. — Мир гибнет".
Из подъезда выскочил Анатолий.
— Не время горе горевать, — произнес он на ходу. — Найдется Светик, не переживай.
— Нет тела — нет дела, — неуклюже пошутил он, почто дословно, озвучив недавние мысли Дмитрия.
Постояв немного, телохранитель вздохнул.
— Ты куда? — поинтересовался Потёмкин.
— К Добровику с Емелей. Пойдем, — предложил телохранитель.
— Ты сказал, с Емелей, — вспомнил Потёмкин. — Он же в программаторе был?
Анатолий согласно кивнул, и произнес, не оглядываясь:
— Ты забыл, что он Либерис. Только в отличие от меня, не боится выходить из привычного пространства.
Заметив вопросительный взгляд Дмитрия, Анатолий пояснил:
— Я ведь самостоятельно прыгаю, только в пределах видимости — за горизонт боюсь. А Емеля — мужик без страха. Он не только в пространстве, но и в душах людей путешествовать может.
— Ты имеешь в виду: мысли читает?
— Да нет, — проворчал телохранитель. — Он не просто может зайти к тебе в голову, но и выйти… вместе с тобой, — пояснил Анатолий. — Или с вирусом, что гораздо быстрее и главное для нас полезнее.
— То есть? — не понял Потемкин.
— Ну не знаю, как он это делает, но только вирусы вместе с ним, как ручные, уходят из организма. Кто знает, сколько бы людей погибло, если бы не Емеля.
— Куда уходят? — продолжал удивляться Дмитрий, ощущая себя школьником, не выучившим урок.
— В Сеть, конечно! — раздраженно произнес телохранитель, скривился и хлопнул ладошкой по лбу.
— Черт, тебя же не было, — произнес он.
— Угу! — кивнул Потемкин.
— Короче! — воскликнул Анатолий. — Бейрут слегка усовершенствовал плейт, и теперь Емеля может в сеть не только вирусов вытаскивать, но и, как говорит Жорка, создавать "виртуальные слепки человеческого сознания". Теперь каждый желающий мог бы в сеть переместиться. Только сети, той к которой ты привык, уже нет, но для вирусов и нынешняя сойдет.
— Зря, значит, Вирусапиенс старался, — без него теперь обходимся, — улыбнулся Дмитрий.
— Как же! Без него обойдешься! — засмеялся Анатолий. — Если бы не он, не было бы Сети, даже такой, какая она сейчас. Бестолковое стадо разбежалось бы в одно мгновенье. А без них Демона не сдержать.
Димка не стал задавать вопрос, вертевшийся на языке, решив не мешать рассказчику, лишь удивленно вскидывал брови.
— Нет больше разумных вирусов, — пояснил телохранитель останавливаясь. — По сравнению с Вирусапиенсом, нынешние — глупые обезьяны.
— И много?
— Чего много? — не понял Анатолий.
— Обезьян!
— Достаточно, — произнес телохранитель, грустно улыбаясь. — Бейрут говорит, что и вирусы мутируют — дальше больше. С тех пор как появился Демон, они все чаще, как по команде, включают механизм уничтожения носителя.
— И? — дернулся Потемкин.
— Это как свет выключается, — увлеченный рассказчик слегка сбавил темп. — Без энергии внутренние органы отказываются работать и человек быстро угасает. Болезненно и быстро.
Помолчав немного, Анатолий продолжил:
— Поначалу думали, что очередная эпидемия началась, стали искать виновника смерти, но самого вируса обнаружить не смогли, ведь он часть человеческого организма, его информационная составляющая. Потом стало не до того, плывуны пошли — решили, что именно с ними пришла неизвестная науке зараза. Потом и к самой науке стали относится, как к заразе, а потому махнули на многочисленные смерти рукой и…
Анатолий не договорил. По улице прокатилась волна горячего воздуха, пропитанного сыростью и плесенью. Под ногами сквозь асфальт проступила противная жижа, с чавканьем поглотив ботинки телохранителя, двинулась выше. В нос ударила нестерпимая вонь. За несколько секунд на месте широкого тротуара возникла покачивающаяся трясина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
