Я приближаюсь к Амирану, и положив ладонь на каменный бицепс, касаюсь губами четкой линии его подбородка. Он вкусно пахнет. Еще лучше, чем когда-либо. Так и хочется коснуться губами и языком каждого миллиметра. Связано ли это с тем, что утром я узнала о своей маленькой тайне? Честное слово, чувствую себя предательницей Саваж, прилипшей к Туману…
— Просто неожиданно, — тихо мурлыкаю, ощущая учащенное сердцебиение и в сотни раз усиленное волнение. — Ты первый раз встречаешь меня с работы, — прижимаюсь к его плечу лбом, потираясь о мышцы, словно льнущая к хозяину кошка, а у самой сердце в груди разрывается от противоречивых чувств.
— Закончил свои дела пораньше, и решил уделить внимание жене, — его слова расходятся с делом, потому что Амиран не обнимает меня, как обычно, и не становится менее отстраненным, холодным и напряженным.
Господи, ну почему сегодня он в столь бесчувственном режиме? Сегодня, когда у меня нет сил молчать…
— Я не чувствую себя обделенной твоим вниманием, Мир. Ты, итак, меня балуешь каждый день и практически каждую ночь, — шутливо замечаю я, проведя кончиком языка по его вибрирующему кадыку. У него всегда каменеет член, когда я так делаю. Я нахожусь на грани того, чтобы проверить насколько он тверд прямо сейчас.
Но не решаюсь. Слишком сильно вибрирует напряжение, недосказанность и оглушительная ярость мужа в воздухе. Желудок сковывает льдом, сердце вдруг замирает, в то время как внутренности словно на раскаленные виллы накручивает.
— Я сделала что-то не так? — я резко отстраняюсь, ощутив колкую обиду, пронзившую грудь. Что ж, если ему не угодна моя ласка, я тоже побуду миссис айсбергом. Я располагаюсь максимально далеко от Амирана, делая вид, что его присутствие меня тоже уже не волнует.
Амиран
—Тебе понравились драгоценности, которые я прислал? — вопрос задан безобидно-будничным тоном, но мелькнувшая в глазах Алисы насторожённость говорит красноречивее любой искусной лжи.
— Колье очень красивое. Спасибо, — она отводит взгляд, непроизвольно касаясь своей шеи.
Я знаю, что она его даже не примерила.
— Лучшее из коллекции твоего отца. Эксклюзивная и изысканная работа. Я лично выбирал. Хотел, чтобы ты блистала на завтрашнем мероприятии.
— Это вдвойне приятно, Ран, — приглушенно бормочет Алиса. — Но сдается мне, что папа придержал самые красивые украшения для невесты.
— Нет, tatlim, не сомневайся. Все самое лучшее всегда будет только твоим, — уверенно заверяю я, протягивая руку, чтобы снять с Алисы никаб. — Оденешь колье для меня сегодня? Только его и ничего больше, — спрашиваю проникновенным тоном.
— Выходит подарок ты выбрал для себя? — она натянуто улыбается, выражение глаз по-прежнему остаётся тревожным.
— Мое удовольствие всегда на первом месте, Алиса, — киваю с ухмылкой. — Твоё на втором, — придерживаю пальцами её подбородок, не позволяя отвернуться. — Готова к свадьбе своей сестры? Сможешь пожелать ей счастья от чистого сердца?
— Конечно, Ран. Я искренне хочу, чтобы супружеская жизнь Ками сложилась удачно.
— Помнишь, что я говорил тебе об основах прочного союза? — вкрадчиво интересуюсь, поглаживая напряженные скулы жены. Алиса задумчиво морщит лоб. Конечно, не помнит. Тогда её занимала только одна мысль — как побыстрее избавиться от неугодного жениха. — На втором свидании, — подсказываю я.
— Доверие и уважение, — отзывается Алисия, — И секс, — добавляет смущенно.
Я одобрительно киваю.
— Правильно. Мы начали с обмана, tatlim. И это привело к некоторым неприятным последствиям. Для нас обоих.
— Я очень надеюсь, что моей сестре и Хамдану удастся избежать наших ошибок, — торопливо выдаёт Алиса.
— Уверен, что Камила Саадат достаточно сильно уважает своего будущего мужа, чтобы никогда ему не лгать.
— Что ты пытаешься сказать? — дыхание Алисии сбивается, пристальный взгляд изучающе скользит по моему лицу. Она ничего не найдёт, ни одного подтверждения своим продиктованным страхом сомнениям.
— Я рад, что мы научились понимать друг друга, tatlim, — отвечаю бархатистым голосом, убирая руку от лживого лица жены.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Амиран, — выдыхает она, перехватывая мое запястье. В обманчиво-чистых озёрах, мелькает неуверенность, тревога, смущение.
— Да, Алиса? — низким шепотом отзываюсь я. Сердце останавливается на несколько бесконечных секунд. Я ни на что не надеюсь, но где-то глубоко внутри живет неистребимая потребность верить.
— Я надену ночью колье, — едва слышно говорит Алиса.
Я делаю глубокий вдох, прикрывая веки, сдерживая рвущийся на волю гнев. Нет, не сейчас. Я же знал, был готов. Мышечный грудной насос снова разгоняется до сумасшедшей скорости, запуская в вены яд.
— Для тебя, Ран, — её теплые губы касаются моих костяшек в каком-то горячечном порыве. — Потому что хочу этого. Сама, — чувствую, как она тянется ко мне, целует в подбородок, выше, скользит языком по моим губам, обнимает за плечи, забирается на колени. Я не отвечаю, окаменев, и впервые ничего не чувствую.
— Я должна тебе рассказать нечто важное, — внезапно произносит Алиса. Открыв глаза, изучающе смотрю на её порозовевшее лицо.
— В постели? — глухо уточняю я.
— Там мы всегда ближе, — она трется щекой о мою щетину, напрашиваясь на ласку, а я с горечью понимаю, что её ночные откровения не имеют никакого отношения к тому, о чем она действительно должна мне сказать.
Я тоже бесконечно сожалею, сладкая.
От продолжения абсурдной и опасной сцены меня спасает сигнал сообщения. Бегло смотрю на дисплей гаджета. Раздражено хмурюсь и снимаю с себя Алису, возвращая её на исходную позицию.
Снова смотрю на экран. Это Мердер, игнорировать нельзя.
— Извини, нужно ответить, — кратко поясняю вопросительно уставившейся на меня Алисии.
Она покорно кивает и ни на мгновение не отрывает взгляда от моего лица, пока я несколько раз подряд просматриваю содержимое письма. Набрав короткий ответ, откидываюсь на сиденье, устремив взгляд в крышу автомобильного салона. Губы дергаются в нервной усмешке, на время уводя мои мысли далеко отсюда. Может, это даже к лучшему, потому что здесь мне невыносимо дышать.
— Что-то случилось? — спустя минуту встревоженно спрашивает Алиса. Не притворяйся, что тебе не все равно.
— Да, случилось, — говорю вслух.
— Мне знать не положено? — осторожно уточняет tatlim. Еще утром я бы улыбнулся её кротости.
— У меня нет от тебя секретов, Алиса, — двусмысленно отвечаю я, и одновременно поощряю на новые расспросы. Чтобы избежать их, заговариваю сам. — Назначена дата сбора Высшего совета. Я готовился к нему много недель. На повестке — обсуждение программы действий правительства Анмара в ответ на заявленный Штатами штрафной иск.
— Штраф связан с аварией на платформе?
— Да, связан, — лаконично подтверждаю я.
— Но ты же знаешь, что делать, да? — повернув голову, окидываю её долгим взглядом. Снова сомневается, tatlim. Готова верить в кого угодно, но не в меня.
— Разумеется, Алиса.
— У меня плохое предчувствие, — поддавшись вперед, она снова берёт морю руку, сжимает в вспотевших ладонях. Надо же, сегодня она побила лимит непрошенных прикосновений. — Мне не спокойно, Ран.
— За меня не надо бояться, — уверенно отвечаю я, погладив её кисть большим пальцем. — Мы приехали, tatlim, — сообщаю сухо, почувствовав мягкое торможение автомобиля.
Молча жду, пока она наденет никаб и возьмет свою сумочку. После галантно помогаю выйти из Мерседеса.
Неторопливо веду её к главному входу дворца, придерживая за локоть. За нами, как обычно, по пятам следуют телохранители, но сегодня Алиса не оглядывается украдкой, зная наверняка, что того, кого она ищет, там нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В холле нас встречает Дайан. Алисию она приветствовать обычно не выходит. О непростых взаимоотношениях не сошедшихся характером женщин я давно в курсе.
— Ты рано сегодня, Ран. Неужели в Анмаре не осталось важных дел? — спрашивает с улыбкой сестра. — Рада тебя видеть. Как раз к ужину, — целует меня в щеку, полностью игнорируя мою жену. — Позову мальчишек. Очень скучают по дя….
