Я еще раз хмуро посмотрел на окружающий нас пейзаж, краем уха прислушиваясь к болтовне сокланов. В этот раз речь шла не о местных приключениях, а о том мире. В смысле не о загробном, а о том, из которого мы пришли. Принцессу интересовало о нем буквально все, вот наши на перебой и делились с ней знаниями о реале, густо перемешивая реальность с байками, легендами и откровенными сказками.
Я на некоторое время ушел в себя, пытаясь вспомнить и систематизировать знание о себе, ведь совершенно понятно, что они далеко не полны. Я, вернее мое тело, в последний раз легшее в вирт-капсулу принадлежало сорока пятилетнему мужчине, мои же воспоминания и тело, полученное здесь, остановились на двадцатилетнем парне, только что вернувшемся из армии…
Мои размышления были прерваны мягким прикосновением Яры. Я посмотрел на нее. Она держала меня за руку, вопросительно глядя своими фиалковыми глазами мне в глаза, будто ожидая ответа на какой-то вопрос:
— Что? Прости, я задумался, ты что-то спросила?
— Я спросила, когда ты доделаешь здесь все, что необходимо и вернёшься назад, ты возьмешь меня с собой, в свой мир?
Вопрос неожиданный, как и внезапно сменившийся цвет глаз эльфийки, но ответ у меня был.
— Не думай об этом, в том мире мне некуда возвращаться. Мое тело спалили в крематории, а горсть пепла смыли в унитаз. Так что я здесь до конца своих дней, и ты тоже, в том мире нет тела, в которое может переселиться твоё Я.
На пару мгновений вокруг повисла тишина.
— Вот тут ты не совсем прав, — прокашлявшись прервал ее Калян, у нас давно есть технологии позволяющие…
— Корабль прямо по курсу! — Гаркнул управляющий Драккаром Майор, указывая вперед рукой.
— Корабль? — Наперебой удивились все, повскакивали с мест, устремляя свои взоры в указанном направлении.
— Откуда здесь корабль? Здесь и на лодке-то трудно пройти, воды, дай бог, по колено.
Но действительность была неумолима: корабль был. Находился он еще довольно далеко от нас, однако, опасно наклонившийся корпус, торчащие в хмурые небеса изъеденные временем мачты, и безвольно свисающие к земле остатки парусов были видны вполне отчетливо. И что не удивительно, стрелка указывала точно в его направлении, вернее стрелки уже не было, она превратилась в крестик на том самом месте, где над холмистой болотистой местностью высилась изъеденная временем посудина.
— Ничего не понимаю, вроде, здесь роща должна была быть, корабельная, а не целый корабль?
— Нет, — поправил я Олдрига, до корабельной рощи еще топать и топать, это же только первый этап пути. Видимо в этой дырявой, не понятно откуда взявшейся в болоте посудине, находится ключ для поиска этой рощи. По-быстрому обыщем его и двинем дальше.
— По-быстрому? Стоящий посреди болот страшноватенький корабль, так и вопящий о наличие призраков и всяческой нежити? По-быстрому?
— Ну, может и не по-быстрому, — вынужден был с ним согласиться я, — но задерживаться тоже не будем. Полетели, разглядывая его из далека, мы все равно ничего не добьемся.
Мы тронулись дальше, только перед этим нам пришлось подождать хвоста растянувшейся цепочки эльфов, в которой плелись наши баферы. На мое удивление, Старски и Хатч сами выразили желание размять ноги, хотя по моему мнению, дело здесь было не в физкультурных упражнениях, а в невзрачных грибочках, растущих на болотных кочках, которые баферы очень ловко собирали, практически не снижая хода.
Получив на весь рейд бафы и благословения, мы вновь забрались на Драккар. По мере движения к кораблю, болото начало оживать и мое сердце кольнуло от ностальгических воспоминаний. А как иначе, все же это наши первые противники в игре.
— Гоботы! Это же гоботы!
— Такие миленькие, так и хочется обнять их и похлопать по щечке.
И правда, это были гоботы: белесые и зелено-бурые полутораметровые черви с чавканьем выныривали из болотной жижи, провожая наш Драккар поворотами своих уродливых безглазых голов.
Так вот где они водятся, а я-то думал, почему даже на мягкой земле они вызываются со штрафом к основным характеристикам, а им, оказывается нужно болото. Чтобы проверить свою догадку я призвал одного прямо под Драккаром и о чудо, в первый раз за всю игру штрафов не наблюдалось, а то, что его тут же схомячили злобные сородичи, это ерунда. По мере приближения к кораблю, количество их все увеличивалось, но вряд ли это станет проблемой, уровни их, как и у нас в подвале разнились от первого до двадцатого и хоть какую-то угрозу представляли только для неокрепших питомцев эльфов. Но те, работая слаженной стаей, прорубали в рядах врагов настоящую просеку и пока не сильно страдали от ответных атак.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Наш же взгляд был устремлен на корабль, и чем ближе мы к нему приближались, тем отчетливее становилось понятно, что мачты, борта и паруса изъедены не временем, а огнем, а сам корабль довольно новый. Об этом кричало буквально все, включая надраенные медные буквы на его корме.
— Черная Жемчужина, — я задумчиво потер подбородок, — что-то знакомое, никак не могу вспомнить…
— Раздолбаи.
— Сам дурак.
— Да нет, пати Раздолбаев, они перед нашим приездом разворошили осиное гнездо в Восточном шахстве, угнав этот корабль.
— Реквизировав.
— Что?
— Не угнав, а реквизировав этот корабль.
— Ну, да, реквизировав, но потом, вроде, он сгорел во время нападения? Им еще пришлось эвакуироваться вплавь, а потом неделю брести по берегу.
— То, что он горел это видно, но, видимо, до конца не догорел.
Действительно, большие подпалины были видны повсюду, одна из мачт вообще перегорела почти до конца, но пожар остановился, оставив нетронутыми даже несколько черных парусов. Корабль стоял наклонно, увязнув в грязи, со всех сторон его обтекала вода, которая чуть дальше собиралось в покрытое ряской болотистое озеро, но Черной Жемчужине не суждено было до него добраться. Видимо оторвавшись от преследователей, она пересекла затон с динозаврами и по протоке, которая была в то время гораздо полноводнее, добралась до этих мест, намертво сев здесь на мель. Сейчас вода спала и выбраться самостоятельно шансов у корабля не осталось. Ну и ладно, нам нужен не он, а что-то внутри него. Пора отправляться на поиски. Только сначала надо максимально усилиться.
— Зё-ё-ёма! Зёма, Зёма, Зёма, Зёма!
— Моя хотеть зоито!
Вынырнувшая из грязи фигура земляного элементаля требовательно протянула к Драккару свою лапищу, требуя вкусняшек.
— Заткнись, проглот, и приступай к дежурству, все что происходит на земле вокруг корабля это твоя ответственность.
— А зоито?
— Будет тебе золото. Потом. Целых две монеты тебе выделю.
— Пахана жадная жлоб!
— Пошел в обход, не беси меня.
Элементаль сокрушённо покачал своей уродливой головой и тяжелой походкой потопал вокруг корабля.
— Ладно, народ, готовимся к абордажу. Левый бок корабля наклонился достаточно низко, мы сможем достать до него прямо с Драккара. И это, Пофиг, никаких огненных заклинаний, пока мы не найдем то, что нужно.
Замелькали бутылочки с эликсирами, накладывая на нас дополнительные бафы и щиты. Последнее — подарок Королевы эльфов нашему алхимику. Тот, что висел сейчас на мне, мог принять на себя шестнадцать тысяч урона. Против серьезного противника это не серьезно, но пару ударов сдержит, позволяя мне в это время спокойно действовать.
Драккар тихо заскрипел о борт Черной Жемчужины и остановился. Я подпрыгнул, схватился за борт и одним движением оказался на палубе, поводя из стороны в сторону острием глефы.
Тишина, только реи слегка поскрипывают на слабом ветру. Ни людей, ни призраков, тишь да гладь. А, кстати, насчет призраков…
— Абрам Моисеич, дорогой, появитесь, будьте добры.
В этот раз Абрам Моисеич появился в полном облачении верхом на своем облезлом медведе. Впрочем, сейчас это было не сильно заметно, ведь зверюга оказалась полностью закована в полный призрачный доспех.
— Ну, чего надо? — Рявкнул он, отвлекая меня от разглядывания призрачных шипов, сплошным ковром усеивающих все медвежьи ягодицы.
