Читаем без скачивания Киты по штирборту. Второй шанс - Антон Демченко

— Значит, каботажник… Намереваешься заработать необходимые средства в Вольном Флоте? Будешь матросское жалованье откладывать, по сотне гривен в год, да? — Пренебрежительно усмехнулся Ветров, но тут же посуровел. — Ты хоть представляешь, сколько стоит каботажник, мальчик? Тот же шлюп, например, на котором ты не так давно трубы нагнетателя менял? Полторы — две тысячи гривен! С арифметикой у тебя всё в порядке? Вот и посчитай, сколько некоему матросу Завидичу придётся не пить, не есть, чтобы скопить такую сумму? А полутысячник, меньше чем в пять — шесть «больших» не встанет! И это будет голый агрегат, что называется, купол да машина. Навесное оборудование, и в первую очередь артефакты придётся покупать отдельно.

— У меня есть десять тысяч. Лежат на депозите в Первом Новгородском. — Улыбнулся я.

Святослав смерил довольного мальчишку ошеломлённым взглядом… Слов не было, один мат на языке. Но ведь не будешь при сопливом юнце язык пачкать? Да и зазорно это офицеру… что бы ни думали по этому поводу коллеги.

Справившись с удивлением, Ветров глубоко вздохнул и, в очередной раз мысленно помянув добрым словом Хельгу, с чьей подачи капитан запретил курение в кают — компании, вынув изо рта чуть не треснувшую трубку, нарочито медленно убрал её в футляр на столе.

Десять тысяч гривен у беспризорного мальчишки со свалки… Чушь, нонсенс, как говорят те самые французы, над землями которых как раз сейчас и проплывает «Феникс». Или?

А что, если настоящей целью той вылазки, было спасение именно вот этого юнца, а вовсе не Мирона Завидича? Тогда, становится абсолютно понятным решение «заказчика» спрятать Кирилла на «Фениксе». С его‑то закрытой судовой ролью, вполне адекватный ход. Стоп!

Это не его дело. Бывший капитан фрегата «Стремительный» Русского Военно — Воздушного Флота, а теперь обычный второй помощник капитана транспортника «Феникс» Вольного Новгородского Флота не имеет никакого желания лезть в дела «заказчика». Секретов и тайн, Святослав и на военной службе «наелся» до отвала. До сих пор временами брюхо пучит… в смысле раненое осколком плечо побаливает… Так и ноет зараза, к перемене погоды.

— Одних денег, для того чтобы стать хорошим капитаном мало. Да и книжные премудрости в этом деле не всегда хорошая подмога. — Медленно проговорил Ветров, всматриваясь в лицо Кирилла. А ведь действительно мечтает. О небе, о капитанстве, о собственном корабле… Р — романтик. — Нужна практика, в том числе и в управлении кораблём… или хотя бы шлюпом.

— Понимаю. Именно поэтому я к вам в подопечные и напросился. — Кивнул юнец.

Святослав втянул носом воздух, сжал зубы и принялся мысленно считать от одного до десяти. Уел малец! Чуть помолчав, Ветров хмыкнул.

— Что ж, я тебя понял. — Окинув долгим взглядом стоящего перед ним навытяжку юнца, Святослав кивнул и неожиданно усмехнулся. — Хочешь научиться судовождению? Я возьмусь тебя учить. При одном условии. Никаких жалоб, вкалывать будешь, как проклятый. Ясно?

— Ага. — Широко улыбнулся тот.

Та беседа с Ветровым стала очередной поворотной точкой в моей жизни на «Фениксе». Первым делом, изменились занятия в артефактной мастерской. Сначала уменьшилось время моей работы, а потом, Водопьянов с мастерами, ранее скидывавшие на меня простейший ремонт всякой мелочёвки, стали подсовывать для изучения… и починки, разумеется, куда более интересные вещи. Например, запасную прицельную систему, давным — давно вышедшую из строя, но сохранённую боцманом, как говорится, на всякий пожарный… Изменилась и работа на огневой палубе у Ивана, называть которого Полуквартой рисковали лишь за глаза, поскольку палубному старшине такое напоминание о его «недоквартирмейстерстве» откровенно претило, и неосторожный зубоскал запросто мог нарваться на прямой в челюсть от разозлённого командира призовой команды.

Нет, я по — прежнему был закреплён за вторым дальномерным постом, который, по — хорошему, следовало бы называть вторым прицельным, но тренировки и учёба по использованию дальномеров, углубились. Прибавилось и вычислений. Зато, к исходу третьего месяца моего пребывания на «Фениксе», Иван стал утверждать, что по подготовке я не уступлю выпускнику ускоренных артиллерийских курсов… «и если этот малец не обосрётся в первом бою, то из него выйдет толковый канонир!». Приятно, что тут скажешь… А если учесть, что и Хельга, после выходки с превращением юнца в стюарда, забыла о моём существовании… ех, жить, как говорится, хорошо!

Но самое главное, отныне в достопамятном шлюпе я не только занимался навигацкими премудростями у штурманского стола. Ветров, как и обещал, принялся обучать меня судовождению. Пусть на шлюпе, пусть немного, всего пару десятков раз, но я летал, причём сам стоял у штурвала!

Единственное, что Ветров мне ещё долго не доверял, так это посадку… Ну, учитывая, что во время наших тренировок «Феникс» не стоял на месте, я бы и сам не рискнул на такой номер. Скорость у дирижабля не маленькая, а шлюп оказался очень резвой штукой, да ещё этот ветер… В общем, посадить шлюп на палубные захваты, оказалось задачей не из простых… О чём Ветров мне и сообщил. Нет, мы отрабатывали с ним посадку, а как же? Но… «по — сухому». То есть, сам шлюп в это время находился на палубе, а я стоял у штурвала и имитировал необходимые действия, следуя вводным стоящего рядом второго помощника. Самым сложным было поймать момент для так называемого сброса купола. Проблема в том, что «сбросить» его, то есть отдать команду на складывание купола нужно точно в момент срабатывания выдвинувшихся из корпуса «кита» палубных захватов. Сработаешь чуть раньше и есть риск провалиться меж захватов, а до земли далеко — о… начнёшь «сброс» чуть позже, и есть риск задеть складываемым куполом верхнюю кромку шлюзовой камеры. Тоже не сахар…

Это уже потом я узнал, что при срабатывании захватов, купол шлюпа сворачивается автоматически. Когда Ветров наконец решил, что я могу попробовать провести посадку «вживую». Представьте себе моё удивление, когда после сигнала об успешной сцепке, на приборной панели тут же появился огонёк сброса купола! Оказывается, таким вот замысловатым способом Ветров учил меня «уважению и осторожности»… да и умение вручную посадить шлюп дорогого стоит". Двух зайцев одним выстрелом, ага…

Правда, долго сердиться на такой обман я не смог. Не дурак, всё‑таки, понял, почему Ветров использовал именно такой подход к обучению. Правда, честно сказать, не сразу. Реально, я понял смысл его действий, уже после эпопеи с посадкой, когда Ветров взялся натаскивать меня по основам боевого маневрирования! Вот тогда и дошло…

Надоевший до зубовного скрежета, голос Святослава Георгиевича, всегда монотонно оглашавший результат моих неудачных действий во время тренировочных посадок "по — сухому": "падаем"… или "идём на таран"… и в тот раз не изменился ни на йоту, когда во время исполнения очередной фигуры на практическом занятии по боевому маневрированию, я не смог удержать шлюп на курсе, и нас понесло точно на купол "Феникса". А тут ещё и внезапный порыв ветра поспособствовал, добавив скорости.

Увидев приближающуюся на приличной скорости, громаду "кита" и услышав равнодушный голос наставника, я даже не успел сообразить, что делаю. Руки сами отработали нужную последовательность и, мгновенно переключившиеся на реверс, нагнетатели отшвырнули шлюп от борта "кита". Если бы не вбитый в меня Ветровым на уровне рефлексов принцип: "в любой аварийной ситуации держаться подальше от препятствий", боюсь, я бы тогда угробил шлюп вместе с его невеликим экипажем.

Вот тогда я и зарёкся летать, не "прислушиваясь" к Воздуху. А так… всё получилось и неплохо. Как говорит сам второй помощник, даже лихачить надо с умом. Святослав Георгиевич, вообще, оказался большим поклонник просчитанных рисков, и меня, как я понимаю, учит тому же самому.

Глава 9. Не будни и не праздник? А что тогда?

Вообще, с боевым маневрированием получается та ещё история… Дело в том, что большая часть любого дирижабля, это купол… да — да, удивительно, понимаю, но факт. Казалось бы, что может быть проще? Огромная мишень, промазать по которой трудно даже неопытному канониру. Не тут‑то было.

Рунескрипты питающие силовой набор купола и его обшивку, настолько мощны, что их невозможно истощить даже десятком одновременных бортовых залпов. То есть, стрелять имеет смысл только по нижним палубам и машинному отделению, которые подобными рунными изысками не обеспечены.

Почему? Потому что, если законопатить ходовую часть под купольную защиту, дирижабль не взлетит. Бронирующий рунескрипт "сожрёт" всю доступную энергию, образовав внутри защищённого объёма своеобразный "эфирный вакуум" и оставив тем самым на долю остальных рунескриптов такие крохи энергии, что их не хватит даже на то, чтобы просто стронуть дирижабль с места. Собственно, если бы не эта "мелкая деталь", о проблеме каперов, можно было бы забыть. А что? Загнал весь корабль под рунную защиту, и готова летающая крепость. Но увы… Приходится ограничиваться лишь защитой купола, которая, одновременно, служит и усилением жёсткости конструкции. Если бы не эти рунные круги, "вакуумный" купол просто схлопнулся бы… ведь его внутреннее давление на порядки меньше внешнего…