Лисенок даже не стал уточнять, о чем я его спрашиваю. Он просто пожал плечами и опять занялся сгребанием пены. По-видимому, его это успокаивало.
— Не знаю… Наверное, так надо… А Никаресс их убьет?
Оп. Я то думал, ребенка волнует та кровавя разборка, что устроил я, а оказывается, он за сородичей переживает.
— Не думаю, малыш. Скорее всего, он над ними поиздевается хорошенько и выпустит. В крайних мерах нет абсолютно никой необходимости, и Никс это прекрасно понимает. После такого щелчка по носу ВККБисты в любом случае задумаются и скоро к нам не сунуться, наглядная демонстрация силы должна остудить их пыл. Не переживай об этом.
Вздохнув, Лисенок согласно кивнул, начиная переливать воду из ладони в ладонь. Настроение у него понизилось, и мальчик загрустил, что меня совершенно не устраивало. Последив за манипуляциями с водой, производимыми Лисом, кое-что придумал. Глупость, конечно, но глупость красивая. Рыжику должно понравиться.
— Смотри, — шепнув в аккуратное ушко, заставил Лисенка непонимающе замереть, сам же в это время свел перед ним руки вместе, соединяя ладони лодочкой и приподнимая их над водой.
Капелька магии и море многовекового опыта обращения с водной и воздушной стихиями и вот уже из облака пены вылетает красивая, переливающая радужными крыльями водная бабочка. Зависнув перед нами на мгновение, она вспорхнула вверх, начиная кружиться над головой. По кромке прозрачных крылышек змеились клочки пушистой пены, создавая своеобразный невесомый шлейф, который разлетался вокруг маленькими разноцветными пузырьками. Восторженно замерев, Лисенок провожал ее полет глазами. Я же, довольный получившимся эффектом, усмехнулся ему в макушку, и в следующее мгновение из пены одновременно, в разные стороны разлетелись десятки бабочек. Большие и маленькие, они кружились вокруг, мерцая крылышками и осыпая нас снегом из пенных пузырьков.
Радостно рассмеявшись, рыжик торопливо развернулся и, прижавшись к груди, обнял за шею.
— Спасибо!
Мальчишка был так искренне растроган, что чуть ли не плакал. Я даже растерялся от такой реакции… Ничего же особенного…
— Не за что, — обняв его за тонкую талию, крепко прижал к себе. Следующие слова я прошептал ему прямо в приоткрытые губы. — Не грусти.
Дальше закономерно последовал поцелуй. Лисенок отвечал пылко и как-то отчаянно, но постепенно немного успокоился и расслабился, позволив мне вести. Мои ладони легко скользили по его спине, бокам и ягодицам (куда дотянулся, в общем), нигде надолго не задерживаясь. Как бы то ни было, рыжику это нравилось, он начал слегка ерзать и тереться об меня всем телом.
Волевым усилием, оторвавшись от мягких губ, шепнул:
— Думаю, пора вылезать, вода остыла.
Посмотрев на меня расфокусированным взглядом, эльф моргнул и, задумчиво облизнулся (я чуть было не решил, что плевать на холодную воду!). Оглядевшись по сторонам и зябко поведя плечами, он отстранился, сев на колени в центре ванной. Собрав свою волю в кулак, я быстренько встал и, не глядя на засмущавшегося, но при этом заинтересовано стреляющего глазками Лиса, выбрался из воды. Пока искал полотенце и вытирался, все еще старался не смотреть на мальчишку, а вот он наоборот. Я просто кожей чувствовал его внимательный взгляд! Ну что ж, пускай оценивает, мне стесняться совершенно нечего.
Выбрав полотенце побольше, повернулся к Лисенку. Он продолжал сидеть в холодной! воде в окружении пены и порхающих бабочек. Склонив голову к плечу, эльф задумчиво смотрел на меня из-под полуопущенных ресниц. Стоило мне подойти и распахнуть белое полотенце, как он вздохнул и встал. М-м-мм! Картинка получилась загляденье! Видимо, в моих глазах отразилось все то, о чем я подумал и что представил, так как рыжик опять покраснел, но ресниц упрямо не опустил. Не дожидаясь пока он вылезет из ванны, я сгреб его в охапку и замотал в пушистую ткань как в кокон. Лис и пикнуть не успел.
— Попался! — С самодовольной улыбкой заявил я, закидывая получившийся кулек на плечо.
Кулек был против такого с собой обращения, всячески это демонстрируя: брыкаясь, культурно ругаясь и хохоча (это я взялся щекотать соблазнительно торчащие прямо у меня перед носом пяточки). В общем, на кровать мы рухнули шумно и весело, и еще некоторое время просто лежали, подхихикивая и приходя в себя. Когда Лисенок пыхтя, кое-как выпутывался из полотенца, спихивая его на пол, я ему не помогал, но наблюдал за процессом очень внимательно, предвкушающе улыбаясь. Открывающаяся моим глазам картинка не могла вызвать других эмоций.
В ходе перемещения из ванны в спальню, палочки, удерживающие волосы эльфа, благополучно потерялись, так что сейчас ничто не мешало свободной густой волне рассыпаться по плечам. Мне дико захотелось кожей ощутить их шелковую мягкость, и я не стал себе в этом отказывать, запустив пальцы в персиковую шевелюру устроившегося напротив меня Лисенка. Мы оба лежали боком, лицом к лицу и я мог не только почувствовать, но и разглядеть мельчайшие проявления эмоций, как в зеркале отражающиеся в потемневших глазах цвета спелого меда. Лис уже не смеялся, он выжидательно смотрел, глубоко дыша и совершенно не моргая. Расстояние между нашими телами было совсем небольшим, и я легко смог дотянуться до призывно приоткрытых губ. К тому же, рыжик сам подался мне на встречу, опуская ресницы и неуверенно обнимая за плечи.
Легкие, практически невесомые касания очень скоро переросли в страстную и чувственную, но невероятно нежную игру. Наши языки сплетались, лаская друг друга, а ладони неторопливо скользили по разгоряченной коже, заставляя кровь быстрее бежать по венам, а сердца биться чаще. Сжав часто вздымающиеся бока эльфенка, толкнул его, переворачивая на спину и подминая под себя. Наши бедра соприкоснулись, и Лис нетерпеливо застонал мне в рот, пытаясь потереться своей возбужденной плотью о мою. Сдавлено выдохнув, я прикусил напоследок припухшую нижнюю губу рыжика, и сместился вниз, покрывая короткими поцелуями-укусами его подбородок, шею, ключицы, скользя губами по груди и щекоча языком твердую бусинку соска. Почувствовав, как мои зубы смыкаются на нем, Лисенок вскрикнул и выгнулся, запрокидывая голову и вцепляясь пальцами в подушку у себя над головой. Вдохновившись успехом и уже практически дурея от ярких эмоций, прошивающих меня насквозь, сжал пальцами второй сосок, срывая еще один протяжный стон с губ рыжика и вызывая сладкий спазм у себя внизу живота. Там все уже давно тянуло и горело, я только волевым усилием удерживался от того, чтобы не начать тереться членом о гладкую кожу эльфа подо мной.
Последний, похоже, был уже полностью готов к дальнейшим экспериментам. Его возбужденная плоть призывно покачивалась в такт непроизвольным движениям бедер, влажно поблескивая капелькой выступившей смазки. Приподнявшись на локтях и оценив открывающуюся мне картинку, предвкушающе облизнулся. Судорожно, со всхлипами дышащий Лисенок, ощутив заминку, разлепил ресницы, затуманенным взором посмотрев на меня. Я же чувственно ему усмехнулся и, не разрывая зрительного контакта, плавно сместился вниз. Высунув язык, демонстративно прошелся по аккуратному члену Лиса снизу вверх, а потом заглотил его целиком. Рыжик опять выгнулся и протяжно застонал, запрокидывая голову. По-моему, я слышал треск ткани. Чтобы не дать мальчишке кончить раньше времени, сжал пальцами основание его члена, продолжая старательно сосать, скользя губами и языком вверх-вниз.
