по призванию. Хотя принадлежали они не к вооруженным силам СССР, а являлись сотрудниками Комитета государственной безопасности Первого главного управления, то есть разведки.
В разведке тоже есть своя иерархия. Есть сотрудники центрального аппарата, некоторые из них даже никогда не были за границей и иностранцев видели только как туристов на Красной площади. Есть разведчики, выезжающие за границу и работающие там с легальных позиций. Но элитой считаются оперативники управления «С», работающие нелегально. Они живут по чужим документам, выдавая себя за иностранцев.
Особняком от всех стоят сотрудники особо засекреченного подразделения. У него было много разных названий. Сейчас он именуется отдел «В», до этого –13-й отдел, до этого – Бюро № 1, которое возглавлял легендарный генерал Судоплатов, еще раньше – отдел ДР.
Активными, или литерными, мероприятиями спецслужба начала заниматься с момента основания. Собственно, для этого ее и создавали. На эмблеме, начиная с ЧК, изображен щит и меч, при том что меч на переднем плане – и это не случайно. Несмотря на чехарду в обозначении, задачи оставались такими же, как их определил основатель этого направления Яков Серебрянский. «Группа Яши» осуществляла диверсии на важных военно-стратегических объектах и коммуникациях главных агрессивных государств, готовила и проводила акты террора в отношение наиболее активных и злобных врагов Советского Союза, обеспечивала похищение и доставку в СССР новейших образцов вооружения и военной техники, выявляла и изучала военные базы, аэродромы, порты, важные военно-промышленные объекты, уязвимые узлы коммуникаций, изыскивала подходы к этим объектам и насаждала на них агентуру, способную осуществить диверсионные мероприятия. Враги называли эту структуру «отдел мокрых дел» и «длинная рука Москвы».
Как только спецгруппа миновала КПП, пошел отсчет активной фазы операции. Батый аккуратно тронул с места старенький «Форд» и, набрав скорость, снес шлагбаум и врезался в будку пропускного пункта. Еще на ходу активировал взрыватель с замедлением в десять секунд. Этого времени ему хватило, чтобы откатиться на противоположную сторону дороги. Там он укрылся за невысокой, в половину человеческого роста, декоративной кирпичной стенкой длиной метра два, на которой большими буквами было написано: «Campbell Barracks» и ниже – «Army USA». Так янки пометили свою территорию.
В результате взрыва караул был либо убит, либо тяжело контужен. Путь для группы отвлечения внимания свободен. Теперь Батый с автоматом прикрывал спецгруппу и своих бойцов от неожиданностей с тыла.
За рулем автомобиля для прорыва на объект мог сидеть только опытный водитель. Из всех кандидатов таким оказалась Марго. Юрген сопротивлялся как мог, они даже поскандалили, но другой кандидатуры не было. С ней было еще двое ее приятелей из «Социалистического коллектива пациентов» – Ганс и Генрих. Азиз, как и обещал, прислал двух молчаливых арабов. Они доставили оружие, взрывчатку и послание от ФАТХ. Накануне молодой лидер организации Ясир Арафат выступил с требованием к американцам прекратить поставки современного оружия израильтянам. В ответ он угрожал совершить крупный теракт на одной из многочисленных американских баз.
Теперь обратной дороги не было. Обещание должно быть выполнено любой ценой.
Эту ночь Юрген и Маргарита провели вместе. Опасность придавала особую остроту их чувствам. Они не могли расцепить объятий до самого утра. Так много им хотелось сказать друг другу и так много сделать.
Это был роскошный, но устаревший Maybach Zeppelin DS8 Cabriolet выпуска 1934 года. Его мощный 8-литровый мотор глотал бензин ведрами, поэтому у прижимистых послевоенных немцев машина не пользовалась спросом. Широкий салон позволял стрелкам не мешать друг другу. Каждый имел в ногах сумку со снаряженными магазинами к автомату.
Помощник коменданта никак не мог сообразить, что ему делать с новоприбывшими военнослужащими. Комендант, как обычно по пятницам, умотал на рыбалку, не оставил никаких распоряжений и даже не предупредил о прибывающих. Пока помощник коменданта в раздумьях рассматривал документы военнослужащих, они с двух сторон обступили его. Неожиданно с улицы донесся звук взрыва такой силы, что у помощника потемнело в глазах, и он потерял сознание, упав разбитой головой на стол.
Все было неоднократно отработано. Одна дымовая шашка улетела в правый коридор, другая – в левый. Помещение первого этажа быстро заволокло клубами плотного дыма. Сразу стали раздаваться удивленные голоса.
– Всем оставаться на своих местах! – раздался громкий повелительный голос. – Закройте двери и займите круговую оборону. Это нападение террористов. Работает военная полиция.
Военные с удовлетворением подчинились. Хоть кто-то знает, что делать.
Через мгновение диверсанты были возле заветной двери, на всякий случай приготовили оружие.
– Откройте дверь, это военный комендант с караулом, – голос не был похож на голос настоящего коменданта, но дежурный сейчас находился в таком шоковом состоянии, что подчинился бы любой команде. Хотя, если бы он не подчинился или даже просто замешкался, дверь вынесли бы заранее приготовленной взрывчаткой.
– Нападение террористов! Всем укрыться в кабинете начальника! Военная полиция! – кричали ворвавшиеся в информационный центр военные. Они решительно затолкали всех в маленькую комнатку. – Быстрее! Быстрее! Всем сесть на корточки, закрыть голову руками, – продолжал подгонять мужчина в форме капитана. Для острастки он размахивал пистолетом.
В это время его бойцы открыли свои чемоданчики и стали быстро раскладывать около аппаратуры мины с дистанционным радиовзрывателем. Ребята работали как могли быстро, они понимали, чем скорее они сделают свою работу, тем быстрее группа, отвлекающая караул, сможет уехать из-под огня, тем больше у них шансов уцелеть. Но и суетиться нельзя. Сапер ошибается только один раз. Достал мину, взвел взрыватель, увидел сигнал, аккуратно разместил устройство, только тогда стал доставать следующее. Взял, взвел, положил. За ней следующая. По другую сторону зала напарник выкладывает свои подарки. Захотели узнать секреты Советской армии – мы вам отшибем эту охоту.
Марго уверенно вела тяжелый лимузин – почти три тонны, если считать с пассажирами, – не забывая посматривать по сторонам. Ганс как мог прикрывал ее своим тщедушным телом с правой стороны и безостановочно бил короткими очередями по любому движению в своем секторе.
Генрих старался прикрыть ее спину и поливал огнем левый сектор. Арабы, возбудившись от стрельбы и взрывов, во всю глотку орали: «Аллах акбар», «Свободу Палестине», «Смерть Израилю». Самый старший достал ручной гранатомет и удачно выпустил гранату по появившейся дежурной группе караула. Молодой открыл огонь с заднего сиденья. Гранатометчик, выпустив три заряда, теперь раскидывал налево и направо ручные гранаты. Шум стоял неимоверный. Из двери и окон казармы валил черный дым. Американцам, не ожидавшим такого нападения, показалось, что началась война.
По другую сторону Ромерштрассе, напротив казармы Кемпбелла, остановился Север. Он наблюдал. Хотя его сущность разведчика-диверсанта и рвалась туда, к ребятам, теперь его функция руководителя операции была другая – наблюдать и контролировать.
