А сияет-то как! Того и гляди, рождественскую елку переплюнет!
Спрашивается, чего ж я вчера ему не ответила? Сейчас бы избежала этой глупой и никому ненужной ситуации!
— Разговаривать только в моем присутствии, — спустя время произносит Гордей намного спокойнее. — Или так, или…
— Хорошо, — соглашаюсь, отпускаю руку парня и вылезаю из автомобиля.
Я очень надеюсь на его благоразумие — лишняя головная боль нам сейчас ни к чему. Хотя настойчивость Антона мне непонятна — ему что, девушек мало? Да их как грязи, стоит только пальчиком поманить. Богат, красив, холост…
На мне же свет клином не сошелся!
Вот же прилипала!
— Привет, Полина, — Антон, как ни в чем не бывало, как будто и нет сейчас рядом со мной Гордея, расплывается в улыбке на все свои тридцать два зуба, подходит ко мне и вручает букет. — Это тебе, — еще и в щеку целует, а я готова завыть.
Громко и протяжно. Да что ж он такой непонятливый!
— Ты бы полегче, мажор! — чего и следовало ожидать, Гордей влезает, отодвигая меня в сторону и становясь аккурат напротив Антона. Вижу, что кулаки у моего возлюбленного сжимаются все сильнее. Даже костяшки пальцев белеют, так парень напряжен.
Хоть бы драка не началась!
— Вообще-то я к Полине, — такое чувство, что Антон непробиваемый.
Ну или бессмертный, что в данном случае одно и то же.
Он реально не понимает, что сейчас нарвется?
— Вообще-то, Полина, — Гордей произносит слова чуть ли не по слогам, копируя интонацию противника. — Моя девушка, — снова намерено делает паузу и со злостью выдает Антону в лицо: — Любимая!
— Мне надо с тобой поговорить, — мой недожених игнорирует Гордея, обращаясь ко мне.
— Слушай, чувак, ты глухой? — мой возлюбленный толкает парня в плечо. — Или тупой? — еще раз толкает, но Антон реально непробиваемый.
— Отвали! — фыркает прямо в лицо Гордею, а у того, походу, срывает башню.
Я даже не поняла, как это произошло — быстро, молниеносно, хотя другого я и не ожидала. Гордей двинул парню в лицо кулаком, игнорируя мои просьбы.
Ну зачем, Господи?
— Ты еще об этом пожалеешь, — шипит Антон, вставая с земли и вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица. — Зря ты это сделал, умник!
— Могу повторить, — Гордей делает шаг в сторону парня, но тут сбоку слышен женский голос.
— Антошенька, радость моя! — Янина расплывается в улыбке, направляясь к парню. — Ты ко мне?
— Нет, — ворчит этот придурок, видимо, и вправду тупой.
Идиот, это твой спасательный круг! Хватайся за него и вали отсюда!
А следом за Яной еще и Мирон выходит со двора.
Ой, мама ты моя дорогая. Сейчас, чувствую, начнется.
— Какой же ты джентльмен! — Янина игнорирует ворчание парня, берет его за руку и тянет к машине. — Поехали, до дома меня подбросишь. — Я позвоню, — последнюю фразу она бросает мне, машет рукой и усаживается в спорткар.
Физиономия у Антона перекошенная, косяки бросается то на Гордея, то на меня, но усаживается за руль. А я выдыхаю. С облегчением.
Избавилась от проблемы, хотя далеко не факт, что этот идиот отстанет так просто. Яна, конечно же, ему мозги промоет по дороге, только вот надолго ли?
— Я же просила…
— Полина…
— Можешь ко мне больше не подходить!
Разворачиваюсь и направляюсь к калитке, слыша вслед:
— Я не специально!
— Ага, — ворчу себе под нос, кивая на ходу Мирона в знак приветствия, и снова слышу печальное:
— Милая, прости!
— Когда ж он уже думать головой начнет, — ворчу себе под нос и закатываю глаза, мотая головой из стороны в сторону. — Мало проблем, так еще одну добавил.
Вот не хотела же ругаться, а придется. Иначе до Гордея не достучаться. Нет, герой-то он на все сто, кто спорит.
Но зачем же сейчас кулаками махать? Не мог подождать? Ну подарил мне Антон цветы, что в этом трагичного? Видно же было, что нарочно провоцирует Гордея. Как будто специально!
Интересно, кому я опять понадобилась? Кто так сильно жаждет меня добить? Телефон снова трезвонит, и я лезу в сумку. Неизвестный номер.
Но пальцы почему-то начинают дрожать…
— Полина Андреевна? — интересуется незнакомый мужской голос, когда я принимаю вызов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Д-да, — почему-то вместе с пальцами и голос начинает дрожать.
Но я даже не успеваю задать вопрос по поводу личности звонящего, как он сам бодро рапортует:
— Дмитрий Сергеевич Извеков, адвокат. Представляю интересы нового владельца спортивного клуба…
— Половины, — поправляю мужчину, а в ответ слышу удивленное:
— Что, простите?
— Половины клуба, — уточняю, стараясь оттянуть время, чтобы хоть немного справиться с нахлынувшими эмоциями. — Второй половиной пока владею я, насколько мне известно.
— Это только пока, — довольно резко выдает адвокат, а у меня внутри все замирает.
Он сейчас что? Пугает меня? Или не скрывает того, что клуба мне не видать, как своих ушей? Ну, знаете ли, это уже перебор! И мне все больше кажется, что все наши несчастья…
- Это вы устроили наезд на меня? — открыто, что называется, прямо в лоб интересуюсь, желая поскорее разобраться во всей этой ситуации. — И грабителей в наш дом прислали тоже вы?
— Побойтесь Бога, Полина Андреевна, — усмехается мужчина, не скрывая иронии. — Я — адвокат, а не бандит.
— Значит все-таки вы, — произношу на выдохе и даже расслабляюсь, так как пазл наконец-то начинает собираться.
— Мы можем встретиться и все обсудить? — адвокат игнорирует мое последнее утверждение, а меня прямо злость берет от его зашкаливающей наглости.
Может и не он лично устроил весь этот цирк с запугиванием, но он точно в курсе происходящего. И искали они не акции и не Устав, как думал изначально Гордей.
Их цель — документы на клуб!
— Моя половина не продается! — выдаю довольно резко, едва сдерживаясь, чтобы еще сильнее не повысить голос. — И не надо меня пугать!
— Мы предлагаем хорошие деньги, Полина…
— Засуньте из себе в задницу! — не сдерживаюсь, грубо выпаливая своему абоненту и отключаюсь. — Козел! — произношу довольно громко, как слышу за спиной:
— Кто звонил?
— Не твое дело! — фыркаю и, не поворачиваясь лицом к парню, направляюсь к дому, но Гордей ловит меня за руку, заставляя остановиться.
Медленно, пытаясь держать себя в руках, я все-таки поворачиваюсь лицом к парню. Надо же, какой он милашка! А какую гримасу скорчил! Так и хочется его к груди прижать. Только вот надо выдержать его напор и доходчиво все объяснить этому непробиваемому болвану.
Нельзя все решать силой! И за свои обещания надо отвечать!
— Полиночка, прости меня, — еще и голос несчастный, ох и актер, этот Гордей. — Я не хотел, — одну руку прикладывает к груди в области сердца. — Честное слово, какой-то бес вселился, и перед глазами все поплыло.
— Негодяй, — уже спокойнее произношу, понимая, что сейчас сдамся.
Окончательно. И бесповоротно.
Я же люблю его! Со всеми его достоинствами и недостатками. Хоть я и не знала (даже не подозревала), что Гордей такой ревнивый, но если честно мне это даже…льстит.
Только вот с Антоном связываться опасно. Как бы проблем этот мажор нам с Гордеем не добавил.
— Согласен, — парень принимает покаянный вид, вызывая у меня улыбку. — Больше не поддамся на провокации. Мир? — приподнимает одну бровь, притягивая меня за руку к себе поближе.
— Я подумаю, — кокетничаю, а через несколько секунд забываю обо всем напрочь.
Его губы касаются моих. Нежно, аккуратно, а после настойчиво и жадно. Лишая меня последних сил.
Всех. Без остатка.
Я согласна на такое перемирие! И даже обо всех проблемах напрочь забываю, обвивая Гордея за шею.
— Сильно не увлекайтесь, — слышу где-то в стороне мужской голос с насмешкой, а мой любимый на время прерывает наш примирительный поцелуй.
— Постараемся, — усмехается, глядя мне в глаза.
