Ведь не все выпускники престижного училища получают путевки в престижные театры, а из тех, кто попадает, не все получают главные роли. Причем кое-кто уходит со сцены во время учебы и позже. Бытует театральное мнение, что большой артист не должен гнушаться маленьких ролей. Конечно, не должен при случае. Но когда он сидит на маленьких ролях, зря растрачивается его талант, и общество не реализует свой театральный потенциал. Согласимся с тем, что все артисты различаются по величине и широте сценических возможностей.
Для одних, может быть, вполне достаточно среднего специального образования, а для других мало высшего. Между тем каждый имеет право на получение профессионального образования, не мешая талантливым. Для этого и должны существовать вечерние и заочные (может быть, платные) вузы для обучения маленьких талантов.
Аналогичное, но менее острое положение существует в медицинских вузах, где облегчен прием для выпускников медицинских училищ, медсестер и санитаров со стажем. Если театральный абитуриент больше знаком с внешней стороной профессиональной жизни, то в медицине он лучше знает внутреннюю сторону, поскольку сам подвергался лечению и сам ухаживал за домашними больными. Поэтому он более ответственно пишет заявление о приеме в медицинский институт и затем проходит окончательную проверку в анатомичке.
Итак, мы нуждаемся в растянутой шкале оценок для двустороннего выбора (со стороны тех, кто хочет учиться, и тех, кто может учить).
Аттестат мне рекомендует десяток профессий. Уже знакомый с ними, я выбираю ту, которая нравится больше всего, и поступаю без экзаменов в вуз. Но это не дает гарантии, что я вуз кончу и далеко пойду. В случае, если выбор мой падает на одиннадцатую профессию, по которой я не профориентирован, или, точнее сказать, не ориентирован достаточно хорошо, приемная комиссия устроит мне экзамен. Экзамен я не выдержу или выдержу, но в последнем случае опять-таки не знаю, далеко ли пойду. Не выдержав, не рву на себе волосы, успокаиваю себя тем, что, работая в другой профессии, всегда можно учиться в вечернее время любимому делу как хобби. А хобби потом, если представится случай, всегда может обернуться профессией.
Главное достоинство клиринга: соблюдение баланса требований, возможностей и желаний. Изменяется значимость профессий, появляются новые, исчезают старые, меняются профессиональные требования, они приспосабливаются к реальным возможностям. Относительно престижные профессии растягивают шкалу квалификации и предоставляют возможность работать здесь многим, но не на первостепенных ролях, тогда как третьестепенные уже не кажутся такими престижными. Так возникающий дисбаланс немедленно устраняется, и клиринговое равновесие восстанавливается. Только не надо средствам массовой информации очень увлекаться престижными профессиями и забывать говорить о непрестижных.
Пойдем дальше. Человек с обязательным средним образованием поступил в высшее учебное заведение. На какое отделение? Конечно, на дневное. Потому что вечернее и заочное останутся только для экстраординарных случаев: когда невозможно не работать, нужно повысить квалификацию, хочется научиться тому, что считаешь своим хобби.
Первым делом вновь принятый студент вместе с профориентатором составляет индивидуальный учебный план.
Здесь следует увязать способности, желания (в том числе и родителей) и потребности народного хозяйства.
В соответствии с этим из нескольких сот главных предметов, преподающихся в вузе достаточно широкого профиля, выбираются (предположим, что таковы требования) любые десять. Учитывается при этом, что принимающей потом на работу администрации будет не безразлично, что это за предметы.
Чтобы «сдать» главный предмет, необходимо изучить целый ряд входящих в этот предмет дисциплин, а для этого по- каждой дисциплине прослушать обзорные лекции, выполнить лабораторные и практические работы, поиграть в игры, принять участие в дискуссии. Пройдя через все это студент сдает дисциплину. Сдача всех дисциплин означает сдачу главного предмета. Сдав требуемое число главных предметов, студент автоматически получает диплом.
В таких условиях факультеты и кафедры уподобляются железным дорогам и узловым железнодорожным станциям, персонал которых трудится над формированием поездов и их отправкой на другие узловые станции. Пассажиры поезда — всего лишь попутчики, которые садятся и сходят на промежуточных станциях, какое-то время едут вместе и на конечной станции покидают поезд, чтобы остаться в этом городе или ехать дальше, в другой.
Предусматриваются и такие варианты, как пересадка на вертолет персонального компьютера для самостоятельных занятий, причем в районе одних предметов вертолетных маршрутов пока еще нет, в других они служат подсобным, а в третьих — преимущественным видом транспорта.
Конец путешествия означает, что полный курс завершен или завершен только неполный (предположим, со сдачей семи главных предметов) или начальный (три-четыре предмета), либо учеба временно прерывается (академический отпуск). Таким образом достигаются 2-я, 3-я и 4-я ступени образования, во всех случаях выдаются дипломы, которые дают право работать на соответствующих должностях и возобновить учебу (повысить квалификацию).
Такое дробление высшего образования очень важно, во первых, в соответствии с требованиями научно-технического прогресса; во-вторых, потому, что после обязательной 2-й ступени человек учится добровольно и самостоятельно строит планы. А, как говорит психология, более или менее реальные индивидуальные планы получаются на срок три или четыре года.
Во время учебы студент может корректировать индивидуальную программу. Для этого он вновь встречается с профориентатором, после чего центральная диспетчерская служба вносит в общий учебный план соответствующие изменения. Это напоминает ситуацию, давным-давно предусмотренную на транспорте: пассажир отказывается от дальнейшей поездки, делает продолжительную остановку или меняет свой маршрут.
Увеличение доли самостоятельных, в том числе домашних, занятий и превращение постоянных учебных групп во временные разобщает учащихся. Поэтому будет обращаться больше внимания на студенческие организации, где студенты проводят свой досуг и приобретают социальные навыки.
Коль скоро существуют консультационные пункты, где каждый преподаватель консультирует по своему предмету, то почему бы не приглашать для консультаций и других специалистов, как по изучаемым предметам, так и по предметам, которые хотя и не изучаются, но не безразличны многим (медицина, сексология и семейные отношения, декоративное искусство, право)? При большом числе желающих индивидуальные консультации превратятся в групповые, а последние — в постоянно действующие учебные курсы, сначала факультативные, а потом, может быть, обязательные. Это тоже обратная связь, позволяющая обновлять учебные программы, приспосабливая их к требованиям времени и интересам учащихся.
Существуют две области деятельности студента, затрагивающие его материальное положение: участие в исследовательской работе и в преподавании.
Студенческие научные кружки очень часто бывают формальным явлением и норовят самораспуститься. Дело в том, что в учебной программе уже запланирована имитация научной работы на лабораторных занятиях и семинарах. Между тем значение научной работы студента трудно переоценить: это и дополнительная учеба, и приобщение к науке, и возможность приобретения дополнительных к стипендии средств к существованию. Поэтому, мне кажется, хорошо бы привлекать студентов к научной работе преподавателей на правах полноправных помощников.
Существуют научно-производственные и учебно-производственные объединения. Почему бы их не объединить в учебно-научно-производственные объединения?
В ряде наших вузов есть консультационные центры, где профессора и доценты оказывают помощь практикам в решении технологических и административных проблем. В оказании помощи стали принимать участие студенты, обученные тому новому, что практики еще не освоили. Это первый шаг к преподавательской работе студента.
Второй шаг: освоить какую-нибудь лабораторную процедуру и обучать ей младшекурсников на правах лаборанта. От этого знания его станут более прочными, и он получит оплату по труду. Таким образом удобно рекрутировать будущих преподавателей и зачислять в аспирантуру не только по склонности к научной работе, но и к преподавательской деятельности.
Все большее число студентов работает сейчас официантами, дворниками, продавцами, грузчиками, ночными сторожами. Летом это хорошо, зимой — не очень. Работать и учиться всегда труднее и менее продуктивно. Не лучше ли деканату, прежде чем давать разрешение, сначала подумать: нельзя ли использовать студента на преподавательской или в исследовательской работе?
