факт, что откроется и сегодня — все зависело от настроя моей вредины и ее желания экспериментировать, а оно было весьма переменчиво.
— А вчера было можно, — напомнил я, мысленно благодаря вчерашних котиков.
— А сегодня нельзя, — парировала она.
— А в чем логика?
Дана на секунду задумалась.
— Не, ну так-то она есть…
То есть ты еще и сама не придумала какая.
— А какая? — задал я наводящий вопрос.
Моя милашка свела брови, стараясь казаться строже, но став лишь еще милее.
— Ну вообще, я папу не хочу расстраивать…
А, папу… Понятно. Я выдохнул и рассказал ей пару подвигов ее папы в ее же возрасте, о которых мне поведал мой батя. Конечно, я понимаю, что подрывать авторитет родителей не очень хорошо, но ее папаша мой авторитет подрывал без лишних сомнений. От похождений любимого папы (и это я еще поделился далеко не всем) глаза Даны буквально полезли на лоб. Однако она по-прежнему оставалась непреклонна.
— Ну не в школе же, — сказала моя недотрога и снова подняла мою поехавшую вниз пятерню.
Да уж, уровень вперед и два назад — и никакого сохранения. Дана, если бы ты была игрой, я бы уже материл твоего гейм-дизайнера на всех форумах. Чего ж ты такая упрямая?
Не в школе, не в кино, не в кафе — и не дома ни у меня, ни у тебя, потому что ко мне ты отказываешься, а к себе не приглашаешь. В моей подсобке уже вовсю стонет кто-то другой, а я как будто вышел на пенсию. Я хотел девушку для души, но не думал, что тело вообще не будет участвовать в процессе.
Не говоря ни слова, моя недотрога обняла меня еще нежнее, прильнула еще доверчивее и поцеловала еще проникновеннее, заметно снимая недовольство. По телу полилось приятное тепло, и моя рука, забывшись, снова поехала с ее талии вниз. Все ниже и ниже… И моя милашка вдруг не стала возражать, словно открывая мне новую страничку своего ивент-календаря. Пальцы коснулись попки… И ее хозяйка меня на останавливала. Пальцы погладили попку… И снова не останавливала — лишь прижималась еще крепче, будто вдавливая в себя мой стояк. Пальцы легли на холмики и легонько их сжали… И снова не останавливала. И не останавливала. И не остана…
— Дана, хватит целовать Рому! — раздался совсем близко знакомый строгий голос.
Да блин, Геля Алексевна, и вы со всеми? Это что, коллективный заговор?
Ep. 80. Красотки постарше спешат на помощь
Дана смущенно отпрянула от меня, и моя рука, только-только занявшая новую позицию, снова сжала воздух. Геля же, прервавшая такой замечательный момент, строго перевела глаза между нами.
— Дети, вы что не слышали звонок?
Мы рассеянно оглянулись — реально, вокруг было пусто и тихо. И если бы не ответственная учительница, мы могли бы так безответственно (и сладко) тискаться до конца урока — могу только представить, как далеко бы могли зайти мои руки. Спасибо, Геля Алексевна, что бдите. Блин.
— Радуйтесь, что вас поймала я, а не Катерина, — не унималась она.
Катерина-Катерина, а кто такая Катерина? После Дня святого Валентина в школе она не появлялась целую неделю, мы уже и забыли, как выглядит эта таинственная Катерина. «Болеет,» — коротко комментировали ее подруги. В принципе, видел я эту болезнь, так что вопросов у меня не было. Что иронично, в этот раз эта ее болезнь прошла тихо, без последствий, не заразив больше никого в целом Карпове.
— Дана, — сказала классная с легким вздохом, — у нас сейчас урок, пошли в класс. А ты, Рома… — взгляд за стеклами строгих очков прошелся по мне и на миг запнулся на том, что выпирало из брюк. — Мой тебе совет: побудь пару минут в коридоре.
После чего она мягко увела Дану, которой, судя по разгоревшимся щекам, тоже бы не помешало пару минут побыть в коридоре. Оставшись без ее сладких губок и милой попки, я быстро привел себя в порядок и с небольшим опозданием, встреченный коварными взглядами Алены и Даши, зашел в свой класс, где меня ждало тяжелое испытание… нюдсами.
Весь урок в групповом чате заговорщиц бурлила жизнь — точнее, мелькали сиськи, бедра, задницы и другие части женских тел, которым так не терпелось кинуться мне на глаза, чтобы, видимо, я затем кинулся на них. Девчонки явно решили меня ускорить. А может, им самим уже невмоготу? Одной пиратке во всяком случае точно, которая на следующей перемене зашла в наш класс с небольшим подарочным пакетом и с ходу навела орудия на меня. Следом и Алена с Дашей атаковали мою парту.
— А это тебе от нас! — заявила Инна, протягивая пакет.
И это трио преподнесло мне свечку в форме обнаженного женского силуэта — этакую античную статую, только из воска.
— Единственные сиськи, — самодовольно выдала булочка, — на которые ты сейчас можешь посмотреть.
— Девчонки, — сказал я, оценив подарок, — будьте хотя бы немного последовательны. Сами мне нюдсы весь урок высылали.
— Тогда полапать!
— Все равно не выдержишь нашего напора, — пригрозила капитанша за всех.
С этим они пугающе дружно ушли.
Ну а к следующему уроку в полку заговорщиц прибыло. К движению «соблазни Рому» внезапно присоединилась и Влада, которая уже не возражала, что ее запалили и добавили в общий чат. Вот как я ей не нужен — видимо, именно с этой мыслью она и отправляла мне свою обнаженку вместе со всеми. Это все больше тянуло на групповой сговор подруг против моих отношений. Я уже на полном серьезе подумывал, а не выйти ли мне из этого чата — но приходящие туда голые сиськи, задницы в трусиках и без, а порой и вовсе распахнутые киски меня останавливали. Судя по частоте бомбежки, девчонкам было гораздо тяжелее, чем мне. Однако на мое резонное предложение закончить маяться дурью и потрахаться, раз им так невмоготу — мне отвечали:
— Только когда избавишься от девушки!
А вот хрен вам — и вовсе не тот, который вы хотите. В конце концов, не подругам диктовать, что мне делать с моей девушкой. Эх, еще бы девушка давала мне столько же, сколько подруги, у меня бы не было возражений — мне бы, в принципе, хватило ее одной. Но девушка мне, увы, не давала — что несколько осложняло
