— Это не прием. Просто небольшой а-ля фуршет в доме доктора Фоли.
— Один черт. Он показал мне письменное приглашение. Я сказал, что мне не составит труда отвезти их.
— Они отказались. — Бенни знала, что ее голос прозвучал слишком сдавленно.
— Да, но что ему стоило снять трубку и сказать, что они передумали? Я сказал им, что время от времени они просто обязаны появляться на людях.
— Серьезно?
— Да. И добавил, что лучшего предлога для этого, чем первый бал Бенни, не найти.
— Как жаль, что они не смогли бы взять тебя с собой.
— Еще не вечер, — сказал Шон Уолш и вернулся в магазин.
Конечно, он сказал это ей назло. Шон должен был знать, что она умерла бы, если бы ее родители пошли на бал. У Бенни закружилась голова, и она была вынуждена опереться о стену кондитерской Берди Мак.
Берди постучала в стекло и беззвучно пошевелила губами.
«О боже, только этого мне и не хватало, — подумала Бенни. — Сейчас она всучит мне сломанную шоколадку или что-нибудь не менее калорийное».
— Привет, мисс Мак, — дрожащим голосом сказала она. Бенни, не сходи с ума. Родители уже попрощались с тобой. Они не собирались ехать в Дублин. Иначе стали бы готовиться к этому за неделю.
Берди подошла к двери.
— Бенни, мне только что звонила твоя мать. Она хочет, чтобы я сделала ей перманент на дому. А я забыла спросить, есть ли у вас фен.
Берди Мак с тревогой посмотрела на Бенни.
— Детка, с тобой все в порядке? Ты так побледнела…
— Вы сказали, перманент на дому?
— Да. Это мне нетрудно. Я могу зайти сейчас, накрутить ее на бигуди, а потом прийти позже и снять их. Мне нужно знать, есть ли у вас сушилка для волос.
— Есть, — тоном робота ответила Бенни.
Она добралась до площади машинально и вздрогнула, услышав сигнал автобуса.
— Бенни, ты садишься или нет? Тебе что, нужно особое приглашение?
— Извини, Майки. Что, уже пора? Я и не заметила.
— О нет, что ты. У нас впереди еще весь день и вся ночь. Поспешишь — людей насмешишь. Знаешь девиз нашей автобусной компании? «Никогда не торопи пассажира».
Бенни села и невидящим взглядом уставилась в окно.
Они не могли решить поехать в Дублин. Только не сегодня вечером. Только не к Фоли.
Розмари на лекции по истории не было.
— Она пошла в парикмахерскую, — сказала Дейрдра, пронырливая девица, которая знала все на свете. — Сегодня вечером ей предстоит шикарный прием. Перед балом они все идут на коктейль к Джеку Фоли. Только представь себе, к нему домой!
— Знаю, — рассеянно ответила Бенни. — Я тоже туда иду.
— Что?
— Я тоже туда иду. — Изумление, написанное на лице Дейрдры, ей отнюдь не польстило.
— Вот это да… — пролепетала собеседница.
— Никто никого не приглашает. Каждый платит за себя. — Бенни захотелось утереть Розмари нос.
— Да, но тебя включили в эту группу… Просто невероятно. — Дейрдра смерила Бенни взглядом.
— С нетерпением жду этого. — Бенни знала, что выражение лица у нее мрачное и унылое.
Больше всего на свете она боялась, что ее родители приедут к Фоли, начнут что-то бормотать, оправдываться и упадут в обморок, увидев ее декольте. Возможно, прикажут ей выйти из комнаты и прикрыть грудь. От этого Бенни бросало то в жар, то в холод.
— Приятно знать, что Нэн Махон так заботится о тебе, — наконец промолвила Дейрдра.
— Заботится?
— Ну, всюду приглашает тебя с собой. Такая подруга дорогого стоит.
У Дейрдры были хитрые поросячьи глазки.
Какое-то время Бенни смотрела на нее с отвращением.
— Да. Я специально выбираю себе таких подруг, — отрезала она.
Она слишком поздно вспомнила предостережение матери Фрэнсис: остерегаться сарказмов.
— А что? Неплохой способ, — мудро кивнула Дейрдра.
День казался бесконечным. Они встретились с Евой и поехали в Дунлаогхейр на пятичасовом поезде. Тем же поездом возвращались домой многие служащие. На некоторых станциях в вагон входили школьники в форме. Ева и Бенни толкали друг друга локтями, довольные тем, что у них начинается новая жизнь. Большой мерцающий круг, началом которого станет бал.
Кит приготовила им сандвичи.
— Я слишком взволнована. У меня кусок в горло не лезет, — заявила Ева.
— А я на диете. Не годится падать на последнем препятствии, — объяснила Бенни.
Но Кит была неумолима. Она не хочет, чтобы девушки упали в обморок во время танцев. Еда может стать жиром только в том случае, если успеет перевариться, а времени для этого у нее не будет. Так что наряд на Бенни не лопнет. Кит сказала, что ванная объявлена для ее жильцов запретной зоной. Впрочем, это не имеет значения. Большинство молодых людей не считает нужным торчать там целыми часами.
Кофе и сандвичи стояли на подносе в комнате Евы. Кит понимала, что девушкам нужно посмеяться и подбодрить друг друга.
Она сказала, что сегодняшняя трапеза — ее обязанность. Ева не должна думать о готовке и подаче на стол.
Она застегивали друг другу крючки и молнии. Держали лампу под нужным углом, чтобы было удобнее пользоваться карандашом и тенями. Советовались, сколько помады наложить на губы, и припудрили Бенни грудь, которая была белее ее шеи и предплечий.
— Наверное, так у всех. Просто у нас до сих пор не было возможности убедиться в этом.
Бенни прикрыла рукой вырез.
— Перестань. Клодах говорит, что это выглядит так, словно ты нарочно хочешь привлечь к своей груди внимание.
— Клодах легко говорить. Она сама носит только широкое.
— Брось. Она постаралась на славу.
— Ой ли? По-моему, я выгляжу последней дурой. — У Бенни был такой несчастный вид, что Ева вздрогнула.
— Перестань. Мы все немного нервничаем. Мне тоже кажется, что я выгляжу хищной птицей, но когда я прихожу в себя, то понимаю, что это не так.
— Конечно, не так. Ты выглядишь потрясающе. Тебе следует знать это. Ради бога, посмотри на себя в зеркало. Ты такая изящная, такая пикантная, — торопливо бормотала Бенни, пытаясь убедить свою встревоженную маленькую подругу.
— А тебе следует знать, что ты выглядишь великолепно. Что случилось? Что тебе не нравится?
— Моя грудь.
— Как, опять?
— Я боюсь того, что подумают люди.
— Подумают, что это потрясающе.
— Нет, не парни. Обычные люди.
— Какие обычные люди?
— Которые будут сначала. На вечеринке. Они могут подумать, что я потаскушка.
— Не глупи.
Кит окликнула их с лестницы:
— Можно войти и полюбоваться? Мистер Хейз приедет за вами через десять минут.
— Входите и прочистите мозги моей подруге.
Кит вошла, села на кровать и рассыпалась в похвалах.
— Бенни волнуется из-за декольте, — объяснила Ева.
— И совершенно напрасно. Пусть из-за него волнуются другие девушки и завидуют, — безапелляционно заявила Кит.
— Но…
— Это не Нокглен. Твоих родителей там не будет. — Внезапно Ева побледнела. — Что случилось?
— Ничего. — Глаза Бенни были слишком яркими.
Ева и Кит обменялись взглядами.
— Миссис Хегарти, можно мне воспользоваться вашим телефоном?
— Конечно, — ответила Кит. — Только в него нужно опускать монеты.
Бенни схватила сумочку и побежала вниз.
Они уставились друг на друга во все глаза.
— В чем дело?
— Понятия не имею, — ответила Ева. — Это как-то связано с Нокгленом. Могу побиться об заклад, она звонит домой.
— Привет, Патси. Это Бенни.
— Ты что, уже на танцах?
— Только собираюсь. Позови маму или папу.
— Бенни, их нет. Они ушли.
— Что?
— Они ушли. Часов в шесть.
— Куда уехали?
— Они мне не сказали, — ответила Патси.
— Патси, этого не может быть. Они всегда говорят, куда ходят.
— А сегодня не сказали. Зачем они тебе понадобились?
— Послушай, они нарядились?
— Это ты о чем?
— Патси, что они надели? Пожалуйста.
— О господи, Бенни, я никогда не обращаю на это внимания. Они надели пальто. — Патси старалась изо всех сил.
— Как ты думаешь, они поехали в Дублин?
— Конечно, нет. Иначе они сказали бы.
— За ними заехал Шон Уолш?
— Не знаю. Я в это время мыла посуду.
— Ты была обязана что-то заметить! — нетерпеливо воскликнула Бенни.
Патси шумно выдохнула.
— Если бы я заметила что-то ужасное, то позвонила бы в полицию! — обиженно ответила она.
— Извини.
— Ладно, все в порядке, — немного смягчилась служанка.
— Хорошо, увидимся завтра, и я все тебе расскажу.
— Вот и отлично.
— А если они вернутся…
— О господи, Бенни, конечно, они вернутся.
— Если они вернутся, то скажи, что я звонила и хотела их поблагодарить. За красивое платье и все остальное.
— Конечно, Бенни. Я скажу, что ты звонила и была очень милой и веселой.
