Так что претензий к ней не могла быть никаких.
– Позовите, пожалуйста, к телефону Марго, – только и слышалось с утра и до вечера в генеральской квартире, что на улице Горького.
Сергею Павловичу, конечно же, все это не очень нравилось, но он понимал, что он не может запретить Марго общаться с друзьями. Периодически он пытался разъяснить Маргарите, что мир полон проходимцев и подонков, особенно в больших городах, и что ей следует быть предельно разборчивой в дружбе.
– Сергей Павлович, вы мне уже это много раз говорили, сколько еще можно?! Я не тупая, все поняла и буду разборчива, – схватив в рот кусок колбасы, Марго торопливо выбегала из квартиры на встречу со своими друзьями.
«Нет, пора уже прекращать все эти вечерники. Надо срочно устроить Марго на работу. Отдохнула и хватит», – однажды решил генерал, и тут же воплотил свои намерения в жизнь.
– Нюра, я дома, – сказала с порога Марго, – а Сергей Павлович уже приехал с работы? – спросила она у домработницы, вернувшись домой к ужину.
– Да, он уже дома, тебя дожидается! – полушепотом ответила Нюра, выйдя к ней навстречу из кухни. – Только он какой-то сегодня слишком серьезный и строгий. Нешто ты что-то натворила Маргоша?
– Да ничего я не натворила, Нюра! Пойду, узнаю, что ему нужно!
За рабочим столом Сергей Павлович что-то увлеченно записывал в своей блокнот, но, заметив Маргариту, резко прекратил и отложил его в сторону.
– Вы хотели со мной поговорить, Сергей Павлович?
– Да, присаживайся, Марго. Ты не думаешь, что тебе пора устроиться на серьезную работу?
– Понимаю, вам надоели мои вечеринки. Ну, что ж, я не против, а на какую работу вы меня прочите?
– Я думаю, что для тебя самым подходящим вариантом будет работа переводчицей в «Интуристе». Вон в том здании, что видно из моего окна. Там у тебя будет приличная зарплата, да и работа интересная с людьми из разных стран. Что ты на это скажешь, Маргарита?
– Здорово! Наконец-то, я смогу пообщаться с настоящими французами и англичанами! А меня примут туда без высшего образования? – сразу же согласилась девушка.
– Благодаря моим связям примут. Сдашь небольшой экзамен (устный и письменный) по иностранным языкам, к тому же, я тебе помогу зачислиться на заочный в МГПИ. Так что, будешь работать и учиться! – а про себя добавил: «И не будет у тебя, девонька, больше свободного времени на всякие глупости».
– А как же ВГИК? Нет, я не согласна! – твердо ответила Марго. Еще чего, опять поступать в этот ненавистный педвуз!?
– Послушай внимательно меня, Марго, давай пойдем на компромисс: отучись и отработай хотя бы год, а там сама решишь, бросать тебе все это ради актерского мастерства или нет. Хотя бы время зря не потеряешь и в коллективе поработаешь, новые интересные знакомства появятся, – убеждал генерал, как мог, эту упертую в своих желаниях и решениях девушку.
– Ладно, уговорили, как же, все-таки, вы умеете подобрать нужные доводы, Сергей Павлович! Пойдемте уже ужинать, а то сейчас лишусь чувств прямо здесь, в вашем кабинете, – пошутила Марго.
– Ну вот, и славно! Умница ты моя! – и он по-отечески поцеловал Маргариту в лоб. Кто знает, может, в недалеком будущем ему посчастливится целовать свою жену как мужчина женщину?
«Ну, слава Богу, согласилась без скандала и слез и шутит, как прежде, значит, все будет хорошо, у нас все будет хорошо», – подытожил Крамской. Взяв нежно Маргариту под руку, он повел ее в столовую, откуда доносились умопомрачительные ароматы от приготовленных домработницей Нюрой блюд.
– Конечно, всю специфику работы в советское время с иностранными гражданами Марго Савулиди знать не могла. Воодушевленная новыми положительными переменами в ее жизни, она пришла с отличным настроением сдавать экзамены, а увидела сидящих напротив себя за столом угрюмых и неприветливых дяденек и тетенек. Сдав экзамены, она попрощалась с приемной комиссией и собралась уже идти домой, как перед ней неожиданно появился крепкий коренастый мужчина и предложил ей пройти с ним в соседний кабинет для разговора.
– Маргарита Васильевна Крамская, не так ли? Искренне рад с вами познакомиться. Я, к сожалению, не имел возможности лично познакомиться с вашим супругом генерал-майором Крамским, но много хорошего о нем слышал. Присаживайтесь, пожалуйста. Хотите чай, кофе? – любезно предложил он.
– Спасибо, я ничего не хочу. Вы, наверное, хотите мне сообщить, что я плохо сдала экзамены и не подхожу вам как переводчица? – предположила Марго, увы, привыкшая за последнее время к своим жизненным неудачам.
– Нет, что вы, Маргарита Васильевна, все с точностью наоборот. Я рад вам сообщить, что вы приняты к нам на работу. Ах да, я же вам не представился: капитан КБГ Владимир Алексеевич Смирнов.
Марго сразу напряглась и не могла никак понять, что, собственно, капитану КГБ от нее надо. Вроде бы она запрещенную литературу не читала и дома ее не держала. Вражеские голоса по радио не слушала, только модой зарубежной увлекалась да эстрадой.
А что, это противозаконно и за это могут посадить?
– Я вижу, вы встревожены, Маргарита Васильевна, не стоит волноваться. Нам обязательно надо подружиться, ведь нам предстоит много и плодотворно вместе работать. Я уполномочен курировать вашу группу переводчиков. С другими сотрудниками уже была проведена разъяснительная беседа. Вот, остались только вы как новый член нашего сплоченного коллектива. Я думаю, что не будет лишним вас предупредить, что с иностранными гражданами вам запрещается заводить разговоры на политическую тему, то есть, обсуждать и критиковать советский строй и все, что с ним связано. В ваши служебные обязанности входит общаться с интуристами только на рабочие темы. Например, если вы работаете на деловых переговорах, то только все то, что касается непосредственно темы этих переговоров, если вы проводите экскурсию по городу, то, кроме описания достопримечательностей города и его истории, я попросил бы вас ни о чем другом не беседовать с гостями.
– Да, хорошо, я все поняла. – Строгие же правила в этой конторе! Но Марго к строгости было не привыкать с ее отцом-то, партийным деятелем.
– Вот и отлично. Также не брать у иностранных гостей никаких подарков, сувениров, а если все-таки в знак благодарности вам их преподнесут, то все это доставлять мне сюда. Ну, и не дай Бог, ничего общего не иметь с иностранной валютой, – на этом слове капитан Смирнов сделал особенно сильный акцент.
– Нет, нет, что вы! Ни цента у них не возьму!
– И, наконец, последнее: вы обязаны после каждой вашей работы с интуристом предоставлять мне подробной письменный отчет. Я думаю, что это не составит для вас большого труда, не
