но теперь всему этому не суждено будет сбыться. А ведь я даже «банку» не накачал до сорока двух сантиметров, как хотел.
Ох, как же стыдно помирать таким доходягой. Вот попаду я в качковский рай и что я им всем скажу: извините мужики, меня водой залило?*
— Ты чего застыл придурок? Лучше помоги мне встать. Ай, больно-то как…
— А…чего⁈ Почему мы ещё живы⁈
— Назад посмотри, чудовище.
Обернувшись, застываю в немом удивлении. Вся та вода, что должна была вот-вот затопить грот, так и осталась внутри тоннеля. Она словно бы натолкнулась на невидимую преграду и теперь не могла выплеснуться наружу.
— Барьер, почти как на входе. Явная работа колдунов Императорского двора.
— Фух, пронесло… — выдыхаю я и плюхаюсь на пятую точку, прямо там, где стоял.
Сил на то, чтобы отодвинуться подальше от барьера попросту нет. Меня хватает лишь на то, чтобы задрать голову и как следует рассмеяться.
— Выкуси большая белая обезьяна…Стоп! А это ещё что такое⁈
У самого потолка напротив центрального входа виднеется высеченная в камне надпись: «Иногда истинная мудрость заключается в том, чтобы вовремя повернуть назад. Такова дорога мудрости!»
— Ах так вот что там было написано, «дорога мудрости»!
*Надеюсь, эту гениальную игру слов кто-нибудь оценит))
Глава 15
— Так, кто такая эта ваша Большая белая обезьяна?
Этот вопрос я был обязан задать сразу, как только мы попали в эту чёртову пещеру, но врождённое шило в заднице просто не позволило мне этого сделать.
Зато теперь, когда я не чувствую ног — самое время задавать вопросы. Делать-то всё равно нечего. Я ведь даже не знаю, как скоро смогу восстановиться.
Перед тем как завести этот разговор, я порывался несколько раз встать с насиженного места, но все подобные попытки претерпели неудачу.
И хоть сейчас я чувствую себя намного лучше, но мои ноги всё ещё ощущаются как две деревянных колоды. Да и вообще, складывается впечатление, будто я только что вылез из-под штанги, а до этого присел десять тысяч раз.
Ну ничего, как гласит народная качковская мудрость: я не боюсь того, кто жмёт сотку, я боюсь того, кто собирает блины со всего зала на присед.
А тем временем пока я себя жалею, словно какой-то подснежник, мой спутник Ян Гэ принимается за рассказ.
— Согласно легендам горы Мудан, — начинает он. — Большая белая обезьяна появилась на этой горе задолго до того, как здесь обосновалась наша секта. Кто-то даже связывает её появление здесь с зарождением нашей секты. Впрочем, это только слухи. Ну а что можно сказать наверняка так это то, что Большая белая обезьяна — очень сильный Яогуай. Поговаривают даже, что это именно её жизненная сила не даёт жителям горы замерзать. Правда это или миф тяжело сказать, но местные верят, что это так.
— Погоди-погоди, а разве эти ваши Яогуай не живут на своей собственной горе. Этой как её…
— Яошень, — подсказывает мне Ян Гэ.
Причём делает это на удивление спокойно, а не как раньше. Может это оттого, что как только мы выбрались из затопленного тоннеля, он почти сразу принялся медитировать?
Даже сейчас отвечая на мои вопросы, он сидит в позе лотоса и, прикрыв глаза, слегка покачивается. Словно бы плывёт по невидимым волнам.
Ну что ж, если он решил устроить себе сеанс психотерапии, то я только за. А то от его недавних выходок у меня уже скулы сводит. Да и кулаки начинают потихоньку чесаться. Но я пока себя сдерживаю. Всё-таки он у нас не только та ещё истеричка, но и ценный источник информации. А ещё у него сиськи. А как известно, бить того у кого сиськи — нельзя! Даже если при этом очень хочется…
— … эй, ты меня вообще слушаешь⁈ — в голосе Ян Гэ проскакивают нотки подступающей грозы.
Ох, что сейчас будет! Похоже, не стоило мне радоваться раньше времени — буря ещё не миновала.
— Да-да, прости, так на чём ты остановился?
— Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф-Ф, — делает глубокий вдох мой спутник. Он ненадолго задерживает дыхание. А после громко выпускает воздух из лёгких. — ФУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У…
— Ну что полегчало?
— Просто молчи и слушай внимательно. Второй раз повторять не буду, — снова спокойным голосом произносит Ян Гэ.
— Понял-принял.
— Ты неисправим…Ты прав, горя Яошень это родина духовных зверей. Но проживают они не только там. Да и места на той горе не так уж и много, поэтому многие сильные Яогуай часто покидают свою родину в поисках нового места обитания. Я думаю Большая белая обезьяна — один из таких отщепенцев. И судя по тому, что его здесь заперли при помощи колдунов Императорского двора, он очень силён и покинул гору Яошень по своей воли, а не был изгнан за слабость, как это порой бывает.
— Получается, у нас против него нет ни единого шанса?
— Верно. Как я и говорил ранее, вскоре мы все умрём.
Ну что сказать, позитивом здесь и не пахнет. Хотя, с другой стороны, в чём-то он прав, ситуация у нас и правда аховая. Как ни посмотри, а эта пещера пяти испытаний и правда полна опасностей…
Хм, а почему собственно пяти?
Ещё раз оглядываю тоннели. Если мои математические способности меня не подводят, то их тут всего три. Тогда где оставшиеся два испытания?
— Слушай Ян Гэ, — решаю я прояснить этот момент. — А как это так проходов всего три, а испытаний вроде как пять.
— А мне откуда знать? — пожимает плечами спутник. — Я вообще не слышал, чтобы сюда кто-нибудь захаживал. Сколько себя помню, даже наши старейшины всегда сторонились этой пещеры. Единственным на моей памяти кто пытался сюда заглянуть, был мастер Би Хан, но старейшина Гэ быстро его образумил.
Понятно. Значит, даже выходцы из Мудан мало что знают об этой пещеры. Единственное, что им известно так это то, что здесь чертовски опасно.
Мой взгляд в очередной раз падает на барьер, защищающий нас от толщи воды.
Н-да опасно не то слово. Едва ноги унесли. А ведь всего этого можно было избежать будь мы хоть немного осмотрительнее. Вот кто нам мешал, прежде чем соваться в тот тоннель, как следует оглядеться? И ведь надо то было всего лишь посмотреть назад. А уж такую огроменную надпись мы бы точно заметили, даже издали.
Вот теперь сиди и думай, может
