по мелочи и переодеться.
Быстро принимаю душ, бреюсь. Меняю спортивные штаны на джинсы. Поверх футболки надеваю серую толстовку с капюшоном. Настя тоже переоделась. Подходит, дотягивается пальчиками до моих волос.
— Голова мокрая еще. Как ты поедешь?
— Высохнет, не переживай, — целую ее в носик.
Фена у нас нет, сушимся полотенцами.
Выставляю сумку у входа. Сверху кидаю маленький рюкзачок Яна. Прохожу по квартире, все перекрываю, проверяю шкафы. Все забрали. Главное, документы под рукой, кошелек с картами во внутреннем кармане куртки, мобильники заряжены на сто процентов.
«Спускайтесь» — приходит сообщение от Виктора.
В сопровождении дежурного охранника едем вниз. Жму ему руку в благодарность за службу и помощь. Устраиваемся в машине сзади. Витя за рулем, с ним еще один парень. Будут меняться в дороге. За нами следом еще одна машина, неприметная, без опознавательных знаков. Ребята должны прошерстить квартиру, которую снимали Самир с Вадимом. Надеются, что там что-то осталось, чего не заметили при первом обыске.
* * *
Несколько долгих часов в дороге, и мы в ставшем родным городке. Знакомые уютные улочки, засыпанные снегом. Магазины, остановки, люди. Об этом месте у меня гораздо больше теплого отзывается внутри, чем от Столицы. Здесь я обрел семью, друга и почти перестал разочаровываться в людях. Заведующая клиникой, где я работаю, с виду стерва, которую боятся сотрудники, в душе обычная отзывчивая женщина. Она очень помогала мне с лекарствами для Яна. Маринка, педиатр из соседнего кабинета. С ней всегда можно было поговорить и выпить чашку чая в перерыве без каких-либо намеков на отношения. Мои маленькие пациенты. Я буду скучать по всему этому и по нашей квартире, которая уже успела пропитаться запахами домашней Настиной еды, ее смущением и нашей первой ночью в одной постели.
Обещаю себе, что вернусь сюда. Мы будем снова лепить с Яном снеговика и играть в снежки. Я буду носиться между клиникой и детским садом, а потом забирать с работы Настю. Она ведь не станет сидеть на месте.
Не отдохнув с дороги, складываем вещи. Немного, чтобы хватило на первое время, пока адаптируемся на новом месте. Там уже будем потихоньку докупать.
Тщательно перебираю лекарства. В самолет можно не все. Беру с собой справки на препараты для Даяна. Этого должно быть достаточно, чтобы пропустили. Свои документы: диплом, сертификаты, лицензии.
Еду в клинику в сопровождении одно из охранников. Забираю оттуда медицинскую карту малого, делаю несколько важных распечаток с рабочего компа. Забегаю попрощаться с Маринкой, потом к заведующей.
— Возвращайся, Березин. Я всегда найду для тебя место, — подмигивает она. — И на связи. Если будет нужна помощь, набери меня.
— Спасибо.
Бегу в отдел кадров за трудовой. Не успеваю добраться до дома, как на карту падает расчет с хорошим плюсом. Набираю бухгалтерию.
— Откуда такая сумма?
— Так конец года, — напоминают мне. — Премия.
— Понял, — смеюсь. — Благодарю.
Останавливаемся у банкомата, снимаю немного налички. По дороге в аэропорт надо будет заехать и поменять деньги, чтобы не носиться в чужой стране и не искать обменник.
Голова немного кружится, но на передышку пока нет времени. Витя привез Анютку. Мы хватаем сумки, грузимся и снова в путь. Даян клюет носом от усталости. Прошу Настю не давать ему спать пока. Уж лучше в самолете. Легче перенесет полет.
Проходим таможню, регистрацию. С Витей не прощаемся. Мы все время будем на связи.
— Ну, — друг крепко сжимает мою руку. — увидимся. Будь умницей, — обнимает Настю. — А ты, — присаживается на корточки перед сонным Даяном. — Слушайся родителей. Понял? — малой кивает и жмется ко мне. Устал.
Садимся в самолет. Ян тут же отрубается. Беру Настю за холодную руку, подношу к губам, дышу на нее, стараясь согреть.
— Попробуй тоже поспать, малыш, — шепчу ей в ушко касаясь его губами. По открытой шее бегут мурашки. Незаметно целую и туда. — время пройдет быстрее.
— А ты? — поднимает на меня обеспокоенный взгляд.
— А я буду охранять ваш сон.
Настя
Чужая страна. Чужой город.
Смотрим с Яном в окно такси, увозящего нас от аэропорта в новый дом. Здесь слякотно и сыро. Лысые деревья покрыты блестящими бусинками дождя. Тоскливо, зато безопасно.
Наверное.
Я ни в чем не уверена до тех пор, пока не будет решения суда по Самиру. Думать о том, что Карим погиб из-за него, больно. Я разное в голове перебирала, но, чтобы убийство. До сих пор даже в мыслях звучит страшно и дико.
Нас провезли через большой город. На окраине частный сектор. Нам сюда. Сначала хотели в квартиру, но что-то там не получилось. Пусть будет дом. Это свобода или ее видимость. Можно выйти во двор и поиграть с ребенком. Забор невысокий. Зато улица просматривается хорошо.
Забрали ключи, выгрузили сумки. Внутри есть все, что нужно. Две комнатки, гостиная, совмещенная с холлом и кухней.
Быстро разобрали вещи. Ярослав нашел какой-то сервис и заказал на дом еду. Решили, что за продуктами поедем завтра. Он хочет еще машину в аренду взять. Я с этой идеей на все сто согласна.
— Улыбнись, — подходит ко мне после ужина, обнимает сзади. Ему нравится так делать, а я чувствую себя защищенной в его руках. В оконном стекле отражается наш размытый силуэт.
— Его отпустят, — тихо говорю Яру.
— С чего ты это взяла? — забирается прохладными пальцами под футболку, гладит по животу. Немного щекотно. Ловлю его пальцы, зажимаю в своих. Тут же получаю легкий поцелуй в щеку.
— Он уверен, что через два дня… Уже сегодня, получается. Яр, сегодня Салаев может выйти на свободу. Я видела его взгляд. Он не лгал.
— Там спецслужбы этим занимаются. А здесь ты со мной. Что мне сделать, чтобы ты перестала бояться? — шутливо кусает меня в плечо и щекочет под ребрами.
— Березин! — взвизгиваю, подпрыгивая на месте.
— Во-о-от, — довольно тянет. — Люблю, когда ты улыбаешься. Я в душ, — целует меня в нос, уходит в спальню за полотенцем.
Иду следом. Хочу взять кофту потеплее. В доме даже с отоплением довольно прохладно.
