просили пощадить их.
Жителей в городе было не более пяти тысяч. Но из-за малоэтажной застройки и наличия у многих домов огородиков и садов площадь у города получалась немаленькая. И её придётся всю зачистить, чтобы убедиться, что Игроки из вражеского клана нигде не укрылись. В первую очередь интересовала Аль’Боаннэ. Её требовалось отыскать живой или мёртвой. На втором месте стояли прочие руководители эльфийского Дома.
Развалины эльфийской резиденции разбирали рабочие големы. Их я купил прямо на месте специально для этой работы. Все тела и их части собирались и складывались отдельно. Изуродованные собирались по кускам с помощью амулета, фиксирующего ауру.
Наконец, раздался долгожданный крик:
— Мы нашли её!
Тело Аль’Боаннэ почти не пострадало от взрывов и огня. Её магия и защитные амулеты до последнего спасали эльфийку. Погибла она уже от рук големов, высаженных ботами на территорию резиденции, когда почти все постройки оказались уничтоженными.
Всего в клановой усадьбе мы нашли почти две сотни трупов эльфов. Двадцать семь принадлежали слугам, прочие были стражниками и Игроками клана. В самом городе погибло свыше тысячи эльфов. Практически все они оказались воинами и магами или теми, в ком взыграли патриотические чувства, и они повернули оружие против вулканцев.
Не обошлось без потерь и у нас. Погибли семь человек в штурмовых группах, которым не повезло натолкнуться на сильных магов и воинов, не попавшие под удар с неба. Но такое количество погибших позволяло использовать свитки воскрешения. Лишь двоих из семёрки не удалось вернуть к жизни из-за того, что от их тел почти ничего не оставила эльфийская магия. Лишь обрывки доспехов и покорёженное оружие, по которым удалось опознать бойцов.
Трофеев практически не получили. Почти всё полезное было уничтожено ударами с воздуха. Но так казалось лишь до поры. Оказалось, что Система мою месть посчитала за полноценное вторжение и захват территории. По примерным подсчётам я стал владельцем десяти-одиннадцати квадратных километров. Сюда вошла территория города и небольшая роща мелорнов.
«Вы желаете продать захваченное имущество и землю за 800 000 золотых корон:
Да/нет?».
— Да!
Через мгновение огромный кусок территории пропал вместе с домами, садами, деревьями и… эльфами. Не меньше трёх тысяч остроухих асцанэмцев волей Системы превратились в моё движимое имущество — рабов. Даже не понадобилось надевать на них рабские ошейники. Все пленные исчезли в тот же миг, как и город, на месте которого образовался многометровый котлован.
— Фьюить! — присвистнут Димон, подойдя к краю ямы и заглянув в неё. — С тобой никакого экскаватора не нужно, Илюх. Круто вышло, раз — и нет города. В старину солью засыпали, чтобы уничтожить всяческие крепости. А ты ещё хлеще сделал: в озеро превратил. Вон там какие ключи бьют на дне, за неделю тут всё затопит.
А через минуту от бойцов пришло сообщение о пропаже пленных. К счастью, я быстро разобрался что случилось и успокоил товарищей.
Честно хочу сказать: не такого я хотел остроухим. После нашего ухода они должны были рассказать соплеменникам о постигшей их каре за необдуманные шаги своих Игроков. Но что вышло, то вышло. Предупреждение передадим через других. Может, и хорошо, что так вышло — жестко и наглядно.
Глава 17
Крику было за моё нападение на эльфов! Сказать, что я разозлил своим поступком кураторов и членов ВСКиПЗ довёл до бешенства — это всё равно как промолчать. Бесились в основном те, с кем я не вёл совместные дела, и кто со мной немного контактировал. Раз-два, может быть. Ещё удивили американцы. С учётом наших плотных связей, в первую очередь торговых, они слишком много проявили агрессии в мой адрес.
Ни перед кем оправдываться я не стал. Если они с первого раза не поняли отчего я вдруг навестил эльфов, то чего ради сотрясать воздух словами и дальше? Просто сделал зарубку в памяти и отметил всех крикунов.
Дома тоже было не так уж радужно. Руководство страны, мягко говоря, обиделось на то, что я не согласовал свою акцию с кураторами. Пригрозили, что закрутят гайки в мой адрес.
Чуть позже состоялся разговор с Хохловым.
— Дальше криков дело не пойдёт, не волнуйся, — сообщил он мне.
— Да я и не боялся, — честно ответил я ему. — На данный момент от меня вы больше зависите, чем я от вас. Это неприятный факт, но это факт.
— Для меня не неприятный. Просто факт, — поправил меня фээсбэшник. С недавних пор он круто взлетел вверх в своей структуре. Ещё чуть-чуть и станет правой рукой директора ФСБ. — И другие это понимают. Но по-другому не могут. Политика, — пожал он плечами в конце фразы.
— В жопу политику.
— Это ты сейчас так говоришь. Но пройдёт пять лет или десять и ты тоже станешь похожим на них. Хм… на нас… м-да...
Следующей у меня была беседа с казначеем.
— Не торговать?! — охнул он, услышав мой запрет про торговые и меновые отношения с теми, кто громче всех ругал меня на съезде ВСКиПЗ. В том числе и с его Родиной. — У нас же куча договорённостей.
— Плевать.
— Илья, в моей стране менталитет такой: политика политикой, а бизнес бизнесом. Пойми это. Вон во вторую мировую наша армия с Гитлером сражалась, а наши бизнесмены с ним торговали. Это просто бизнес. Никто не хотел в реальности тебя оскорбить или навредить.
— А мы в России живём. И когда с Гитлером была война, то воевали с ним все от мала до велика, Джон, — я в сердцах ударил кулаком по столу. Всё-таки хоть я и успокаивал себя тем, что мне плевать с высокой колокольни на мнение посторонних, чужое отношение к себе задевало. Вот и злился. К тому же и сам знал, что такой громкий поступок может опять привести к многотысячным жертвам среди населения Земли. Но спустить с рук покушение не мог. Да никто бы не стал так делать. — Чтобы даже гвоздя системного им не продавал.
— Но, Илья… — попытался возразить мне собеседник, но прочитав в моих глазах будущий ответ, вздохнул и кивнул. — Ни гвоздя, понял.
Катастрофы моё решение не причинит. К этому времени уже у многих кланов появились резиденции, а с ними, соответственно, и возможность торговать на системном рынке. Так что, без амулетов, оружия и снаряжения не останутся. Ну, а эксклюзив… Эксклюзив они сами спустили в унитаз, когда вдруг решили, что
