Хэллоуин, который я носила в прошлом, я предпочла бы нарядиться Геральтом из Ривии из
Ведьмака. Росс жестикулирует вверх-вниз, указывая на мои подбитые плечи, длинный седой парик и искусственную бороду с изогнутой губой. — У тебя был драматический момент выхода из подполья, чтобы превратиться из мальчика в девочку, а теперь ты вся вырядилась как мужчина с большим членом? — Росс наклоняется и, прищурившись, смотрит на экран, указывая в общем направлении моей промежности, куда, конечно же, я засунула пенис. Теперь мы близки, я и этот гибкий силиконовый член. — Всё, что я могу сказать, это то, что я
одобряю.
Он откидывается назад и ухмыляется мне, изогнув губы под красно-коричневыми волосками искусственных усов. Росс МакКаббин, бывший помощник парней из Студенческого совета Адамсона, экстраординарный радужный единорог и мой удивительный новый друг. Он окончил школу в прошлом году и сейчас ходит в колледж в Калифорнии, встречаясь с новой онлайн-парой, Эндрю Пейсоном (который на самом деле всё ещё учится на последнем курсе средней школы, что полностью превращает Росса в извращенца).
Они развлекаются в SoCal, нарядившись Дэррилом Уайтфезером и Джошем Уилсоном (он же Белый Джош) из телешоу «Сумасшедшая бывшая девушка» на Хэллоуин. Я обвинила Росса в том, что он слишком упрощает костюмы — по сути, он одет в костюм, а его парень Эндрю — в майку, шорты и шлёпанцы, чёрт возьми — но он быстро перебил меня и сказал, что их костюмы больше отражают характер, чем внешность.
— Правда? Я выгляжу чертовски крутой, да? — говорю я, разминая свои фальшивые бицепсы. — Брось монетку своему ведьмаку, смердяк!
— О боже, пожалуйста, прекрати, у тебя ужасный голос Геральта. Ты говоришь так, словно у тебя острый фарингит или что-то в этом роде. Не оскорбляй так Генри Кавилла. Кстати, о горячих мужчинах с серебристыми волосами, как поживает наш Спенсер?
Я закатываю глаза в ответ на оскорбление и пожимаю одним плечом, оглядываясь, чтобы увидеть Черча, растянувшегося на своей кровати, одетого как Фред Джонс из Скуби-Ду. Не буду врать, он выглядит чертовски сексуально с такими зачёсанными назад волосами, в синих джинсах и белой рубашке с оранжевым галстуком аскот. У ребят здесь есть тема, они одеваются как полный актёрский состав «подростков, разгадывающих тайны»: Рейнджер сыграет Дафну (не могу дождаться, когда увижу это лично), Спенсер — Велму (окей, тоже очень рада увидеть это преображение), а близнецы — Шегги и Скуби. Я, как обычно, единственная белая ворона.
— Мы увидим его в гольфах до колен и оранжевой водолазке, если это поможет? — я начинаю, как раз перед тем, как открывается дверь, и поворачиваюсь, прихватив с собой телефон, чтобы похвастаться «этими назойливыми детьми». Смешок вырывается прежде, чем я успеваю его остановить, и я зажимаю рот рукой.
— Ни слова, — рычит Рейнджер, одетый в туфли на каблуках, розовые колготки и оранжевый парик. Его макияж, однако, чертовски безупречен. Много блеска вокруг век. Спенсер выглядит ничуть не счастливее, на нём очки без линз, короткий каштановый парик и красная мини-юбка в складку. Тобиас одет в искусственную козлиную бородку и коричневые брюки-клёш, в то время как Мика выплывает в большом пушистом костюме Скуби-Ду.
Моего самообладания хватает лишь на мгновение, прежде чем я начинаю выть от смеха.
— Отдай мне его, — рычит Спенсер, выхватывая у меня телефон. — Это несправедливо: я должен был быть Дафной.
— Ты ни за что не сможешь ходить на каблуках, — рычит Рейнджер, хмурясь и оглядывая мой костюм, приподняв бровь. — Всё ещё думаю, что тебе следовало быть Скрэппи. — Я показываю ему язык, потому что, да ладно, всё равно никто не любит Скрэппи-Ду.
— Мы скучаем по тебе, братан, — говорит Спенсер, когда близнецы толпятся позади него, с энтузиазмом махая руками.
— Как поживает тот онлайн-сталкер, интернет-придурок? — спрашивают они, и на этот раз настала очередь Росса закатить глаза. Мы все были совершенно уверены, что его убьёт и превратит в абажур его онлайн-пассия, но, к счастью, похоже, что у них на самом деле завязался крепкий роман.
Я наблюдаю за лицом Росса, чтобы увидеть, отреагирует ли он как-нибудь на появление на экране Спенсера Харгроува, его бывшей пассии, но вместо этого его новый парень Эндрю подходит к нему сзади. Как только Эндрю появляется на экране, остальные из нас с таким же успехом могут стать невидимыми.
— Это фантастика, — говорит Росс, коротко оглядываясь на нас, в то время как его парень смущённо машет близнецам в ответ. — На самом деле, это настолько фантастично, что я собираюсь пойти и устроить небольшую вечеринку перед вечеринкой. Вы, ребята, развлекайтесь и будьте в безопасности, пока занимаетесь своим сыском. Если кто-нибудь из вас умрёт — даже этот уродливый коротышка с копной волос, — он отчётливо указывает в мою сторону, — это полностью разрушит мои планы на зимнее путешествие. Снег в Коннектикуте — это весело только тогда, когда на нём нет крови. Пакедова-а-а-а.
— Пока-а-а, — кричим мы все в ответ, махая руками, когда видео-чат обрывается, и Спенсер возвращает мне телефон. Я ничего не могу с собой поделать — я протягиваю руку и обхватываю его задницу под этой короткой юбкой.
— Чёрт, — бормочу я, и он сверкает улыбкой, протягивая руку, чтобы потянуть за прядь моих длинных седых волос в парике.
— Всё ещё думаю, что из меня бы вышла Дафни погорячее, — говорит он, закатывая глаза, а затем щёлкает пальцами. — Ой! Пока я не забыл, Джек написал смс и сказал, что будет на вечеринке сегодня вечером.
— Отлично, — произносит Черч, вставая и проводя ладонями по белой рубашке. — Возможно, он сможет дать нам какое-то дополнительное представление о записях Дженики.
— Или объяснит, почему его не было там, чтобы забрать мою сестру, как он обещал, — огрызается Рейнджер, и Спенсер ощетинивается. Близнецы обмениваются взглядами, как будто боятся, что преданность Спенсера брату и Рейнджера сестре может привести к их столкновению. По какой-то причине я немного больше верю в парней, чем в это.
— Может быть, он сможет сказать нам, кто именно охотится за Шарлоттой? — размышляет Тобиас, почёсывая приклеенную козлиную бородку. — Потому что, как только мы узнаем, там уже без компромиссов. Я выбью дерьмо из некоторых сектантов.
— Это хороший вопрос, — говорит Спенсер, сильно хмурясь, выражение лица почти комичное из-за больших очков в чёрной оправе, сползающих с носа. — Что произойдёт, когда мы всё-таки узнаем, кто эти подонки? Будем ли мы бороться с ними? Сдадим их в ФБР? Убьём их?
— Убьём их?! — я задыхаюсь, скорчив гримасу, очень похожую на ту, что изображена на моём зонтике с эмодзи. — Мы никого не убьём.
— Если нам придётся
