— Если тебя это как-то успокоит, эту клятву обойти нельзя, — усмехнулся маг, глядя прямо перед собой. — Но она перестанет действовать при определённых условиях.
— Каких? Ты ничего не говорил про условия!
Зелёные глазищи снова полны недоверия.
— Если ты сама, первая меня поцелуешь, — продолжал ухмыляться наглец.
Элге отшатнулась, вцепилась в края накидки белыми пальцами.
— Что за вздор ты несёшь!
— Мало ли! Я всё ещё живу один, а ты всё ещё привлекательная женщина. Неужели, думаешь, стану отказываться, если ты сама захочешь?
Элге уставилась на него с возмущением, открыла рот для ответной колкости… Надо непременно поставить его на место! Ар же, продолжая кривить рот в ухмылке, распахнул перед ней дверь.
— Идём. Надо детально обсудить наше совместное проживание.
Обсудить — звучало приличнее, чем горячиться и спорить.
Они спорили с Зораттом, негромко, но взволнованно. Невозмутимый северянин не мог сидеть на месте, указывал на бреши в таком элементарном предложении мага, напоминал о приличиях, будто Элге забывала!
В первый момент, когда колдун озвучил предложение, она не поверила своим ушам. И лицо Зоратта утратило обычное флегматично-спокойное выражение, он возразил первым, со всей горячностью, которой, казалось, в его северной натуре и не должно было быть. А Ар лишь передёрнул широкими плечами, привёл аргументы, и весомые, надо сказать, указал на простоту и удобство своего плана, и предложил им подумать. А сам скрылся в кухоньке — кофе готовить! В его исполнении это являлось высшей степенью деликатности! Или паузой, чтобы сообразить, как бы половчее отозвать своё предложение, ведь он выглядел не менее удивлённым, когда озвучил его?
— Нет, нет и нет, Элге! Это абсолютно недопустимо! — сразу же высказался Бьорд. — Вы — леди, вы больше чем леди!
И это он ещё не знал, что магу всё известно.
Чем дольше Элге слушала Бьорда, смотрела в его взволнованное лицо, тем больше видела: надо соглашаться. Ни одна уважающая себя дама высшего света не может принять подобное предложение, не уронив своей чести, но много ли чести было в действиях её мужа? Свёкра?
— Он прав, — почти шёпотом признала девушка. — Я знаю, что вы думаете о моей репутации, и я тоже не забываю о ней, но, Бьорд…Здесь только лес, здесь нет никакого общества…
— Вы же понимаете, что я не могу не опасаться!.. — яростно рубил воздух ребром ладони зять.
Плюс ко всему Бьорд всё-таки не смолчал, указал на недопустимое обращение.
— Вы знатная дама! А к вам обращаются как..!
— Да я первая начала, — с ноткой досады призналась Элге. — А он не остался в долгу.
Она закусила губу и сунулась на кухню, где маг, стоя спиной к дверному проёму, перемалывал зёрна в меленке.
— Можешь не опасаться, — не оборачиваясь, сказал Ар. — Не стану я покушаться на твою честь. Так зятю и передай. Нет, лучше я сам скажу.
— Ты же не хочешь, чтобы я тут осталась! — шёпотом сказала Элге.
— Не горю желанием, — согласился он. — Но это наименее проблемный вариант. Так быстрее оставят в покое и Зоратта твоего, и сестру — а вопросы к ним будут, обязательно будут… Ну да, извини, у меня тут не дворец, и прислуги нет, и развлечений!
— Зачем ты всё время ёрничаешь?
— Затем, что с тобой по-другому не выходит, — хмыкнул Ар. — Ладно, если серьёзно: ты — женщина, попавшая в беду, и так уж вышло, что я могу помочь. Так почему бы не помочь? Почему надо обязательно городить вот это всё: вспоминать об условностях, держаться за мораль и репутацию? Гарантии нужны? Я дам вам гарантии, тебе и твоему зятю. А теперь дай мне спокойно кофе сварить, возвращайся в комнату — он там уже кипит так, что даже здесь слышно, как крышечкой булькает.
Бьорд долго не соглашался. Настоять, заставить — не мог, но отговорить пытался. Хозяин вернулся с новой порцией ароматного напитка, снова приготовленного только для себя. С прищуром глянул на светлоглазого мужчину.
— Вас настолько задевает невозможность помочь даме наиболее эффективно? Перестаньте, господин Зоратт. Невозможно предусмотреть всего; вы не политик, не военный стратег, у вас иное поле боя. Наоборот, приняв моё предложение, вы сможете без суеты всё организовать, и у вас будут развязаны руки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Господин Ар!..
Пальцы Зоратта блестели ледяной коркой; Ар смотрел равнодушно.
— Я же просил — без господина. Вы хотите взять с меня обещание, что в моём сомнительном обществе леди ничего не угрожает? Вы его получите. Но давайте уже заканчивать с переговорами, я человек занятой, несмотря на уединённый образ жизни. Что вы решили?
Девушка через силу подняла взгляд.
— Я… согласна принять твою помощь.
… Сердито выдыхающий воздух Бьорд потребовал клятву крови. Едва заметно вздрогнул колдун, но Элге заметила. А следом он кивнул, не глядя ни на кого, вынул прямо из воздуха нож и проткнул себе палец. Алая капля парила возле его лица; внимательно смотрел Бьорд, а Элге боролась с подступающей тошнотой. Видеть это почему-то оказалось страшно. Ар помедлил с формулировкой, подбирая слова, а капелька крови разворачивалась перед ним непривычным глазу узором. Слова оказались очень простые: обещание беречь, обеспечивать безопасность, не применять насилия, не делать ничего против воли Элге Форриль, урождённой…Адорейн.
— Принимаю, — глухо сказал Зоратт.
— Принимаю, — еле-еле произнесла Элге под пристальным аметистовым взглядом.
И алый узор лёг игольчатой печатью на шею мага. Тот поморщился, резко смахнул несколько непослушных прядей. И залпом допил успевший остыть кофе… Элге обдало холодом в этом тёплом нагретом доме, таким холодом, что едва справилась с мелкой противной дрожью. Не надо лишний раз волновать Зоратта, он и так на нервах, а со своими она как-нибудь справится. Наверное.
Всё вышло не так, хотя она опять сама принимала решение. От награды колдун отказался. Деньги, ценные артефакты, редкие амулеты — ничего его не заинтересовало.
— У меня есть всё, что нужно.
«Почти всё. То, чего я истово хочу на самом деле, ни один человек не может дать».
Сроки пребывания девушки в лесном домике, бытовые вопросы обговорили куда быстрее, и не отличающийся гостеприимством хозяин заторопился выпроводить гостя.
Обхватив себя руками, Элге смотрела в окно. На улицу снова не выглянуть: снег не торопился выпускать Шелтар из своего плена. Весна забыла об этой глуши, высокие сугробы покрывали полянку, ни тропки к дому, ни следов. Отшельник наверняка использует свою магию, Бьорд с зимней стихией неплохо ладит, а что делать ей?
— Правила просты, — между тем начал Ар, не обращая внимания на её настроение. — Не ныть, не капризничать, болтовнёй не докучать. Если будут какие-то проблемы с подчинением магии — сразу говори, постараюсь помочь. Я не целитель, уроков дать не могу, но кое-что умею, подскажу, возьму под контроль. Наставников и слуг здесь не будет, сама понимаешь, почему.
Девушка, не оборачиваясь, безучастно кивнула.
— При визитах просителей сидеть тихо, как мышь под веником, и не вмешиваться, что бы ни случилось.
— А что может случиться?
Элге повернулась к присевшему на край стола магу. Он медленно поднял взгляд, от подола её платья, простого кроя, почти без отделки, до обнявших предплечья тонких рук, и выше, на шею…упрямый подбородок…остановился на пляшущих золотых искрах в зелёных глазах.
— Далее. В моих вещах не копаться; для тебя выделю место вон в том шкафу. Когда родственничек твой доставит вещи — сложишь туда.
— Его зовут Бьорд. Бьорд Зоратт, директор Высшей Школы Ма…
— Да как угодно. Шелка и бархат, если что, здесь выгуливать некуда.
— Бальные платья остались у мужа.
— Возможно, ему нужнее, — согласился Ар. — Ещё. Если возьмёшь на себя какие-то домашние хлопоты — будет…буду признателен. Заставлять не могу — ты у нас дама с титулом, руки не для простой работы, но если…
Элге оборвала его саркастическим выдохом.
