Но в этот момент мы впервые встретились с Петром Семёновичем.
Ведущий: Вот как? Один из самых загадочных членов вашей команды…
Громова А. С.: Не вижу в нём ничего особо загадочного. Правильный, сильный мужик…
Ведущий: Хотя бы то, что до последнего не было известно, когда именно он присоединился к вашей команде. Если вам интересно, в сети даже бытует мнение, что он ехали с Даниилом чуть ли не от Питера. Просто до поры предпочитал не вмешиваться активно в события. До тех пор, пока вдруг не случилась критическая ситуация.
Громова А. С.: Полный бред. Со всей ответственностью могу сказать, что Пётр присоединился к нам в Чите. Он коренной забайкалец.
Ведущий: Да, эта версия распространена. Ходят даже совсем уж дикие слухи о том, что до того, как вплотную заняться тематикой этики искусственного интеллекта, он работал на добыче золота.
Громова А. С.: Почему же дикие? Он действительно работал. Рассказывал массу интересного об этом периоде своей жизни.
Ведущий: то есть, его роман «Золотые реки» — это не художественный иносказательный вымысел, раскрывающий его методы работы по кибернетике?
Громова А. С.: Ну разумеется, нет! Это совершенно автобиографическое произведение. Кстати, взяться за перо его сподвигла Скальди. Если я не ошибаюсь, она же помогала в написании первых глав. Так сказать, ставила литературное чутьё. Хотя талант рассказчика у него и без того присутствовал: то, как он говорил о тайге, да за костерком в кемпинге под Могочей… хотя мы ведь не об этом сейчас.
Ведущий: Верно. Уверен, зрителям очень хочется узнать, каким образом ему удалось остановить это так называемое уличное безумие в Чите.
Громова А. С.: Ну, тут всё просто. Он увидел в толпе Чёрного Человека и не побоялся в него выстрелить.
Фрагмент протокола заседания совместной рабочей группы*
СК России, ФСБ России, МВД России, совершенно секретно, г. Хабаровск, 18.08.202*г.
Гриф снят постановлением комиссии Правительства РФ о культурном наследии, 07.03.2071 г.
Председатель: получается наши решения и указы саботировались. Нужно немедленно запустить процесс верификации процедур управления. То, что происходит, представляет непосредственную угрозу государства и требует самых решительных мер.
А. С.: Вы пойдёте на доклад к главному? Интересно, и что мы там напишем? Что некто под нашим носом едва не организовал серию бедствий, и лишь чудом до сих пор обходилось без массовых жертв.
Б. В.: Предотвратил.
А. С.: Прошу прощения?
Б. В.: Объект предотвратил негативный вариант развития событий. По крайней мере, по нескольким эпизодам это подтверждено. В частности, мы получили данные экспертизы по Тюмени.
А. С.: Вот даже как…
Б. В.: Нас куда больше интересует личность этого так называемого Чёрного Человека. С данными объективной фиксации, как докладывали, вышли определённые накладки.
Председатель: Саботаж. Называйте вещи своими именами.
Б. В.: Дело в том, что следственные группы до сих пор не собрали доказательства последнего. И эксперты так же находятся в замешательстве. До тех пор, пока у нас не будет точных данных корректнее называть произошедшее именно накладками.
Председатель: ладно, не будем спорить, коллеги. В конце концов, мы не для этого собрались сегодня.
А. С.: После событий в Чите отсутствие реакции чревато последствиями, в том числе на международном уровне. Наши китайские друзья уже прислали официальную просьбу прокомментировать события.
Председатель: Это проблема МИДа. Не наша.
А. С.: Да, но МИДовцы идут с вопросами к нам. И так просто отнекиваться не получится, учитывая стратегическую важность направления. Очень не хотелось бы, чтобы ситуация дошла до верховного.
Председатель: Тоже верно. Поэтому нужна конкретика, господа-товарищи.
А. С.: Единственное, что мы можем предъявить — это отсутствие документов у «Звонаря». Собственно, на это и была рассчитана операция под Иркутском…
Председатель: Кстати, а не могли бы подробнее рассказать об этом? Я ведь так понял, что ваших людей на месте не оказалось?
А. С.: Верно поняли. Некто сделал наше «зеркало» выше по трассе. Скопировал всё, включая здание стационарного поста.
Б. В.: Его изучают?
А. С.: Разумеется. Но это опять тупик: эксперты не находят ничего необычного. Просто здание идентично тому, что находится на территории стационарного поста в пяти километрах дальше по трассе.
Б. В.: Возраст постройки?
А. С.: Совпадает с оригиналом.
Председатель: Я знаю, что есть способы подделывать такие вещи, только ресурсов это требует немеряно. А они, судя по всему, именно в ресурсах никак не ограничены.
Б. В.: Ну, наши возможности, положа руку на сердце, тоже сложно назвать скромными, особенно в свете карт-бланша.
Председатель: Вот за карт-бланш то как раз и придётся отвечать… что делать-то будем? Какие предложения?
А. С.: Считаю, что нужно брать их всех. Пока это не зашло слишком далеко.
Председатель: Имеете ввиду группу «Звонаря»?
А. С.: Ну а кого же ещё?
Председатель: А как быть с этим так называемым Чёрным Человеком?
А. С.: Вот как раз и расспросим у этих товарищей, так сказать, предметно. Где, кто, когда и зачем… очевидно же — они связаны.
Председатель: Да. Вот только мне представляется, что цели у них различные. Если не сказать противоположные.
А. С.: А мы уже что-то знаем об этих целях?
Б. В.: Хотел бы напомнить, что мы уже говорили о предотвращении ряда событий катастрофического характера.
А. С.: То есть, вы настаиваете на теории «доброго спасителя». Я верно понял?
Б. В.: Ничего не знаю про эту теорию. Я сужу только по фактам. А они таковы, что, возможно, наше вмешательство сыграло бы на руку одной из сторон. И не факт, что с выгодными или хотя бы приемлемыми для нас результатами.
Председатель: Тут я соглашусь с коллегой. Ситуация под Иркутском очень уж наглядна.
А. С.: А я вот не совсем понял, что там случилось в Железногорске. Зачем организовали им допуск на объект? Это ведь проще всего: создать чрезвычайную ситуацию, чтобы потом героически с ней бороться.
Б. В.: Ну этот вопрос мы затрагивали. На тот момент это было взвешенное решение, ситуация полностью контролировалась. Нам необходимо было прояснить их намерения.
Председатель: И как? Прояснили?
Б. В.: До определённой степени да.
А. С.: Ладно. Это всё игра слов. Факт в том, что мы по-разному оцениваем степень опасности группы «Звонаря», верно?
Председатель: Я бы не стал оценивать группу как таковую в отрыве от контекста.
А. С.: Поясните, пожалуйста вашу мысль. Я искренне не понимаю.
Председатель: Мы не знаем, с чем имеем дело. Все ведь видели отчёты экспертов? А сейчас сидим с вами в этой комнате и пытаемся делать вид, что оцениваем явление обычного порядка. Будто на нашей территории появилась особо опасная диверсионная группа, или что-то в этом роде.
А. С.: А это не так?
Б. В.: Не так. Вот за это могу ручаться. Уж с чем-чем, но с диверсантами мы руку хорошо набили. Изучили от и до,
