Читаем без скачивания Спецподразделение Чистки - Сергей Сацук

Наступило продолжительное молчание, во время которого я почувствовал легкий укол совести за то, что постарался переложить груз ответственности на плечи новобранца. В гибели солдат был виноват командир, и только командир.

— Лэд, — снова позвал я дежурного на челноках.

— Слушаю, капитан, — немедля ответил он.

— Засеки наши координаты и свяжись со звездолетом. Пусть пришлют сюда «шакалов», чтобы убрали «мусор». И скажи, пусть присылают сразу всех. Без работы не останутся. Мертвых кааров у нас не меньше девяти тысяч.

— Хорошо, капитан, я понял. — Лэд с секунду помолчал. — Девять тысяч… — произнес он после паузы. — Хоть не напрасно ребята легли.

— Да, не напрасно, — пробормотал я, взяв в руку металлическую трость с непонятным, вроде хрустальным набалдашником. Это было оружие предков, которое я нашел в хижине колдуна лаинов. Оружие… Но я даже приблизительно не знал, как им управлять.

Глава 12

Мы продолжили поход почти сразу. Хас, правда, хотел еще на пару дней задержаться, чтобы сжечь мертвых, но я заверил его, что слуги Ирави придут и заберут их. И это было не сильным преувеличением. Для Хаса и его клана мусорщики были такими же слугами Ирави, как и мы. Уж шакалы то знали свою работу. Они уничтожали трупы и даже следов не оставляли. Была у них одна компактная передвижная печь. За час До двух сотен кааров могла обработать. Лишь один раз я увидел эту штуку… Мерзостно пахнет.

Следующим в нашем боевом походе значился клан Самисуса. Я едва смог выговорить имя этого бога — владыки воды и песка. Клан жил на почти непроходимых болотах и по своей неприступности считался самым неуязвимым. Но неуязвимость эта касалась прежде всего самих кааров. Для нас же самисусы были очередным объектом чистки — ничуть не более сложным, чем предыдущий.

Неприступность клана Самисуса заключалась в том, что никто, кроме них, не знал заветных тропок по болотам. Какого-либо понятия о гати у кааров абсолютно не было. Этот пробел я и собирался восполнить по прибытии на место. Но до болот, где располагался клан Самисуса, было не меньше восьми местных суток пути, если считать ночлеги. И за это время колдун Хас успел мне порядком надоесть, расспрашивая о том, как я собираюсь перенести через болото целое его войско. Несколько раз я пытался ему объяснить… Но он не понял, и мне пришлось на следующие вопросы отвечать, что Ирави может все, даже, как это ни странно, перенести войско через болото.

На продолжении всего пути караульную службу несли только мои солдаты.

Каары почему-то были абсолютно уверены в своей безопасности и по ночам спали все поголовно. Я же не хотел рисковать жизнями ребят, и поэтому возле нашего расположения всегда стоял караул из трех солдат — конечно же солдат Чистки.

Через девять местных суток мы благополучно подошли к болотам, и каары под моим руководством принялись возводить гать. Своих ребят я не трогал, хотя некоторые из них на добровольной основе помогали мне в руководстве. Работать каары не умели, но их количество с лихвой возмещало все издержки при строительстве. Лок организовал нечто наподобие живого конвейера, который перетаскивал деревья к болоту. И работа пошла значительно быстрее. Уже через три часа мы заметили первых любопытных кааров клана Самисуса, которые наблюдали за нашей работой. Но ответных мер они никаких не предпринимали, хотя точно знали, что происходит. И мы продолжали строить, а противник наблюдать.

К концу следующего дня гать через болото была проложена. Дальше вновь начиналась суша. Там уже была территория самисусов, и где-то в глубине леса, они, возможно, теперь полным ходом укрепляли свой лагерь. Выступление я назначил на утро. На ночь же дал Волату приказ охранять гать и держать в прикрытии один из «смерчей». С таким оружием на узкой дороге можно было уложить в болото всех кааров, а не только клан Самисуса. Поэтому, не опасаясь никаких нападений, я спокойно проспал всю ночь. А утром меня разбудил Волат.

— Прибыли парламентеры от клана Самисуса, — сообщил он мне.

— Парламентеры, — пробормотал я, протирая глаза, — это интересно. Пойдем посмотрим.

Парламентерами были колдун клана и его боевая свита, которую Хас даже не додумался обезоружить. Переговоры уже были в полном разгаре.

— Позволит ли мне Хас узнать, почему он начал войну, когда еще много каширы? — спросил колдун клана Самисуса.

Хас изобразил на своем лице искреннее сочувствие и вымолвил:

— Посланцы Ирави пришли к нам, — колдун показал рукой в нашу сторону, — и сказали, что идет большой голод и только для одного клана хватит каширы. Каары будут умирать, и будет много мертвых голов. Лишь война может нас избавить от них. Пусть выживут сильнейшие.

— Пусть выживут сильнейшие, — повторил колдун самисусов и поклонился сначала Хасу, затем мне и Волату. — Ирави могуч, и он не забывает свой народ, — немного напыщенно вымолвил он. — Вы смогли победить клан Лаинов, я слышал об этом. Каары Ирави очень сильны, и они смогут пройти через болото, я знаю. Но вам незачем воевать с нами. Каары Самисуса будут давать вам много каширы, столько, сколько вы захотите. На болотах ее много растет, и, зная легкие тропы, мы сможем насобирать и для вас, и для себя. Не будет голода для народа Ирави и не будет мертвых голов. И незачем воевать.

— Однако этот колдун неглуп, — шепнул я на ухо Волату. — Он сразу сообразил, что его клану не выстоять.

— И что будем делать? — также шепотом поинтересовался Волат.

— В переговоры вмешиваться не станем. Подождем, когда уйдет парламентер, и послушаем, что ответит Хас. Даже если он согласится на предложение самисусов, затем мы сможем его переубедить.

Хас размышлял недолго. Предложение о дани каширой ему очень понравилось.

Он сразу же растянул свой рот в широкой улыбке и не без удовольствия почесал оголенное колено.

— Мне нравится твое предложение, Сигус, — произнес Хас. — Народу Ирави нужна кашира, но как долго ты собираешься давать нам ее?

— Пока не закончится твоя жизнь, Хас. — Колдун Сигус еще раз вежливо поклонился. — Хорошо, — без лишних колебаний вымолвил Хас, — мы не будем сражаться с вами. Живите и собирайте каширу для себя и для нас. — Ценю твою мудрость, Хас, — в очередной раз поклонившись, ответил Сигус.

— Завтра к утру каары Самисуса принесут твоему народу очень много каширы.

А сейчас я хочу подарить тебе оружие Самисуса, повелителя песков и воды. Это будет знаком моего преклонения перед твоим народом. Носи его всегда при себе и помни о нашей преданности.

Сигус протянул Хасу небольшой и на вид довольно легкий черный ящик, покрытый пожелтевшим листом какого-то дерева. И, отдав подарок, парламентер тут же повернулся и со своей вооруженной свитой быстро удалился.

— Хитрая собака Сигус, — гневно произнес я, когда посланцы Самисуса исчезли из виду. Про собак Хас ничего не знал, но мои слова понял. И большим его недостатком в подобных делах была молодость. — Хитрая собака Сигус, — вновь повторил я, — но Хас хитрее и умнее его. Ты правильно сделал, что согласился с предложением Сигуса. Пусть он думает, что ему ничего не угрожает. Он не будет готов к сражению и быстро его проиграет.

— А разве мы будем воевать с каарами Самисуса? — удивленно спросил Хас.

— Конечно будем, — немного оскорбленным тоном ответил я. — Сигус хотел обмануть народ Ирави — напасть сзади и срубить много мертвых голов. Но ты его перехитрил. Мы нападем на них к полудню, когда они не будут ждать этого.

— Но Сигус подарил мне оружие Самисуса, — не унимался Хас, — он не мог обмануть.

— Да, подарил, — согласился я, — но он не объяснил, какие заклинания нужно произносить, чтобы иметь власть над ним. Вдруг из этого ящика сейчас выйдет Самисус и убьет весь твой народ…

Неожиданно я замолчал. Так неожиданно, что даже испугал этим Хаса. В моих заведомо ложных изъяснениях могла заключаться и правда. А почему бы и нет? В ящике и в самом деле могло находиться какое-нибудь оружие замедленного действия. Нечто наподобие бомбы. Слишком уж быстро удалились парламентеры. Ведь поверил же Хас в байку про голод, и мог поверить в это и Сигус. И почему, следуя этому убеждению, выжившим кланом ему не сделать свой клан. Я протянул руки к ящику, но колдун быстро принял его.

— Никто не может прикасаться к оружию богов, кроме колдунов и самих богов, — в испуге пробормотал он.

— Вот как? — Я изобразил язвительную улыбку. — Ты забыл, что мы посланцы Ирави? Сигус хочет уничтожить твой народ, если ты не желаешь его защитить, то я назначу другого колдуна.

— Прости, Великий, глупость помутила мой рассудок. — Хас протянул мне ящик. — Собака Сигус хочет погубить мой народ, но посланники Ирави не допустят этого, — повторил он мои прежние слова.