Саша числился у них в конторе водителем Сергея, но так как начальник любил водить автомобиль сам и исключительно личный, то Сашу вместе с его служебной «ауди» перекидывали, по мере надобности, от одного к другому.
— Точно! Как же это я не сообразила? Он же может быть одновременно и охранником, и свидетелем! Вот черт! Это я с перепугу поглупела совсем!
— Ничего, Тиночка, держись! Прорвемся!
Помня о предупреждении Артема, да и сама чувствуя, как вокруг нее от предчувствия чего-то страшного сгущается воздух, она договорилась с Верой, секретаршей Сергея, что они вместе пойдут на обед.
Визит на их фирму милиционеров, расспросивших всех сотрудников, да еще ее историческое появление с царапинами поутру и с забинтованными руками, ее таинственные исчезновения среди рабочего дня — все это породило гуляющие по офису самые невероятные слухи о том, что происходит с Игнатовой. По-хорошему, давно надо было собрать коллектив и все объяснить, но ей было не до их горячего любопытства и фантазий, да и времени, сил и желания объясняться у нее ну никак не было. Она чувствовала свою вину за невнимание к людям, они надежная команда, проверенная, и вместе проработали не один год, помогая друг другу.
Поэтому, когда Верочка сообщила, что с ними идут обедать еще пять человек, непременно желающих узнать, что происходит, от самой Тины, она даже обрадовалась возможности объяснить, пресекая ненужные домыслы.
В этом кафе они считались постоянными и почти любимыми клиентами и пользовались определенными льготами и повышенным вниманием. Официантки помогли им сдвинуть два стола вместе, чтобы поместиться всей компанией, быстро приняли заказы и так же быстро принесли еду.
— Итак, господа, — обратилась к собравшимся Тина, — подозреваю, что вы собрались не только от большой и чистой любви ко мне, а еще и от желания узнать, что происходит.
— И от любви тоже! — сказала Ирина Викторовна, главный бухгалтер фирмы. — Мы вас любим и уважаем, и вы, Тиночка, об этом знаете, и нам не безразлично, когда у вас неприятности.
— Спасибо! — расчувствовалась Тина. — Я тоже вас всех очень люблю, поэтому спешу вас успокоить: надеюсь, скоро мои неприятности закончатся.
Она рассказала сильно откорректированную версию событий, из которой следовало, что у Алексея неприятности, связанные с бизнесом, — «В него стреляли, представляете?» — поэтому люди, у которых к нему претензии, пытались «поговорить» и с ней. Она объяснила, что рассталась с Алексеем и к его делам не имеет никакого отношения. Люди они, мягко говоря, «недоверчивые», из поля зрения ее не выпускают, но и не трогают. Следователи сказали ей, что в ближайшие дни все разрешится и ее оставят в покое, тем более что она действительно не имеет к этому отношения.
— Валентина Игоревна, а что у вас с руками? Вас пытали? — спросила Вера.
— Что ты, Верочка! Фильмов глупых насмотрелась! Просто мне связали руки, пока со мной разговаривали. Потом они извинились, объяснив, что связали для моей же безопасности, не знали, как я себя поведу, могла от испуга наделать глупостей, попытаться убежать или еще чего.
— Слушай, а что значит разрешится? — спросил Игорь, старший менеджер, работавший с ней с самого начала.
— Я и сама не знаю, но думаю, что милиция и Лешкина фирма разберутся, что к чему, и как-то разрулят ситуацию. Я не вникаю в подробности.
— Прямо боевик какой-то! — восхитилась одна молодая сотрудница. — Похищают, допрашивают!
— Согласись, Светочка, — обратилась к ней Ирина Викторовна, — это всегда интересно и приятно, если происходит не с тобой!
Все рассмеялись.
Тине задали еще несколько вопросов, но постепенно разговор перешел на насущные рабочие темы, обсуждение новых заказчиков, идею, которую разработал Игорь, и так далее.
Обед проходил довольно шумно и весело, после Тининого объяснения напряжение последних дней, которое чувствовалось в офисе, спало.
— Добрый день! — раздалось у Тины за спиной. — Приятного всем аппетита!
Она резко обернулась и увидела Юрия Ревина, стоящего возле нее. Повисло настороженное молчание, Тина поспешила всех успокоить.
— Это партнер Алексея, — пояснила она, не представляя его. — Здравствуй, Юра.
— Ваши сотрудники объяснили, где вы обедаете. Мне надо с тобой поговорить, Тина. Можно украсть тебя у коллектива?
Ей не хотелось с ним разговаривать, ей вообще не хотелось с ним общаться, но она согласилась, чтобы не нагнетать обстановку и не объяснять всем присутствующим, что происходит.
— Ладно. Давай сядем вон за тот столик, выпьем кофе, — согласилась она и обратилась к Ирине Викторовне: — Вы меня дождитесь, вернемся все вместе.
— Конечно, Валентина Игоревна, мы вас дождемся! — подчеркнув специально для Юрия Тинин статус, ответила она.
Тина встала, Ревин галантно подвинул ее стул. Они устроились за столиком на двоих возле окна. Когда официантка отошла от их стола, приняв заказ, Юрий встал:
— Я сейчас подойду, через минуту. Тина удивилась, но кивнула, соглашаясь.
Она смотрела ему в спину, когда он, лавируя между столиков, выходил из кафе, и испытывала дискомфорт.
Юрик Ревин был темной лошадкой, она чувствовала в нем склонность к предательству и обману. Находясь с ним в одной компании, она всегда контролировала свои слова, жесты и, главное, расстояние между ними, стараясь держаться от него подальше.
Сейчас, поймав себя на том, что в ней нарастает какая-то брезгливая неприязнь, она постаралась себя урезонить: в конце концов, это несправедливо, просто он ей не нравится, это же не повод на него наговаривать! Но тут ей в голову пришла мысль, преграждая путь всем возможным оправданиям его: «А ведь это вполне может быть он! Я ему несколько раз отказывала и даже съездила один раз в причинное место, весьма чувствительно, между прочим! А Лешку он ненавидит и презирает! Господи! А если это он?» На Тину накатила волна паники. Она готова была ринуться назад, под защиту своих коллег — вон как насторожились, оберегая ее, не поздоровались даже с ним! Тина стала приподниматься со стула, не глядя, нащупывая рукой висящую на спинке сумочку, но в это время дверь, с которой она не спускала глаз, открылась, и в кафе вошел Юрик с огромным букетом роз.
Тина опустилась назад, поняв сразу, для чего он пришел и о чем хочет с ней поговорить.
«Черт! Вот только этого мне и не хватало! Сбежать бы!» — безнадежно помечтала она и оглянулась на стол, за которым сидели ее сослуживцы.
Девушки, с интересом следившие за происходящим, пораскрывали рты, Игорь показал ей большой палец, поощряя, видимо, к амурным делам.
