Читаем без скачивания Парень на уикенд (СИ) - Тьюдор Анастасия "Ниана"

Я снова влезла в чужие отношения.

— Пойдем, чай попьем. Расскажешь, что тут произошло, пока меня не было.

Иду в сторону кухни, которая тут же озаряется ярким светом — это Дэн щелкнул выключателем, хотя я планировала включить свет над вытяжкой. Тем лучше, Кейт, никакого интимного полумрака и романтичного настроения. Съедим пирожное, выпьем чай, дам несколько советов и отправлю его домой, может, помирятся.

Не обращая внимание на то, как внутри начинает ворочаться глупая ревность, я включаю чайник и тянусь за кружками. И в этот момент талию обжигают горячие ладони, рывком поворачивая меня. Легкий толчок бедрами, и я почти сижу на прохладной столешнице, а знакомые губы, прикосновение которых я так и не забыла, целуют меня с такой страстью, что воздух сжимается в груди, словно в прессованный шар.

Платье задирается вверх, еще больше оголяя мои ноги, каждая клеточка тела напрягается, превращается в один сплошной нерв, а прикосновения чужих рук вызывают неосознанную дрожь.

Дэн на мгновение отстраняется, выпуская из оглушающего плена мои губы, и я растерянно хватаю ртом воздух, не отводя от него дурного, как у мартовской кошки взгляда. Чувствую, как длинные пальцы скользят по правой ноге вверх, ныряя под платье. Он сжимает мое бедро, цепляя резинку трусиков, и стягивая их до самых щиколоток.

И все это глядя глаза в глаза. Черные зрачки почти полностью захватили ярко-голубую радужку.

Он замирает, словно ожидая от меня сопротивления. Еще на несколько миллиметров придвигается ближе. Расстегивает молнию платья и спускает плотную ткань с плеч, оголяя мою грудь. Обхватывает каждую ладонью, подушечками больших пальцев скользит по сетке бюстгальтера, от чего соски отзываются сладкой ноющей болью, реагируя на его прикосновение и контакт с жестким кружевом.

В этот момент я не могу сдержать стона, который становится для парня сигналом. Он наклоняется и по очереди обводит каждый сосок языком, прикусывает их, ласкает губами. Ловкие пальцы быстро справляются с застежкой и ненужная деталь моего гардероба остается лежать на полу. Платье некрасивым комом сбивается на моей талии и я понимаю, что сейчас абсолютно обнажена перед Дэном. И ему чертовски нравится все, что он видит, потому что я чувствую его прикосновения везде. Он жадно шарит руками по моему телу, изредка останавливаясь на самых чувствительных местах.

Он знает мое тело наизусть, потому что помнит о тех открытиях, которые делал почти год назад, в номере дешевого отеля. Он помнит, насколько меня сводит с ума прикосновение к ногам. Помнит, какая нежная кожа на животе. Помнит, какую реакцию вызывает язык на моих ключицах.

— Кейт… — хрипло выдыхает он в какой-то момент, уткнувшись носом в мою шею. — Блядь, только не останавливай меня.

Он словно не замечает, что я со всей своей страстью отвечаю на его поцелуи, стягиваю с него рубашку и расстегиваю ремень. Пальцы касаются гладкой головки возбужденного члена, влажной от смазки и горячей, как и все его тело. Тихий стон, и Дэн толкается бедрами навстречу моей ладони, одновременно помогая мне спустить его брюки и боксеры. Я откидываюсь назад, практически ложусь на стол и бесстыдно раздвигаю ноги, позволяя ему войти в меня одним резким движением.

— Черт, — шипит он, встряхивая левой рукой, три пальца у него измазаны в креме. Тянусь к ним губами и медленно облизываю каждый, продолжая впитывать взглядом его реакцию на меня. Дыхание Дэна учащается, он следит за каждым движением языка, а его член мягко пульсирует внутри моего тела, словно продолжая увеличиваться в размерах.

Остатки крема размазываются по моей груди и уже Дэн выступает в роли дегустатора. Я делаю несколько ответных движений бедрами и мы наконец возвращаемся к тому, на чем остановились. Каждый толчок заставляет меня рассыпаться на миллиарды осколков голого и острого наслаждения. Каждый толчок выбивает громкий стон, пальцы скользят по гладкой столешнице в бесполезной попытке ухватиться и задержаться на земле еще несколько секунд.

Чувствую, как подо мной погибают пирожные, крем холодит кожу спины и ягодиц, добавляя ощущениям новый акцент, новую ноту в такой банальной, но восхитительной мелодии. Дэн рывком заставляет перевернуться меня на живот, а затем его язык скользит по позвоночнику, к ягодицам, к впадине между ними.

Я выгибаюсь, опираюсь на ладони, подставляясь под его толчки, раскрываясь еще больше. Жмурюсь, когда ладонь ложится на клитор и слегка сжимает его, подталкивая меня к пропасти.

Этой острой ласки мое тело уже не выдерживает, я шагаю навстречу оргазму, напоследок громко вскрикнув и падая грудью на остатки коробки с пирожными. Дэн ускоряет темп и спустя несколько грубых, размашистых толчков догоняет меня и замирает, сжимая мои бедра.

Наклоняется и нежно целует чувствительную кожу спины, миллионы легких поцелуев ласкают меня подобно крыльям бабочки. Помогает встать, придерживая, потому что ноги предательски дрожат и кажется, чертов крем оказался даже на полу, слишком уж скользко. Моя голова удобно прижимается к мускулистой груди, я с удовольствием замечаю, что его сердце бьется также сильно, как и мое.

— Мне нужно в душ, — наконец шепчу, пытаясь отодвинуться, но сталкиваюсь с ярым протестом. Сильные руки продолжают держать меня в крепких объятиях. — Дэн…

— Только со мной. Не хочу давать тебе возможность думать о какой-нибудь чепухе.

— Хорошо, — соглашаюсь, притворно вздохнув и пряча улыбку.

В этот же момент оказываюсь на свободе и даже могу снова дышать. Дэн окидывает меня взглядом с головы до ног, рывком срывает платье, которое до сих пор оставалось на талии, и указательным пальцем цепляет порцию крема с моего живота.

— Обожаю пирожные.

Облизнув палец, он сладко целует меня, а затем тянет в коридор, к лестнице. А я послушно иду за ним и улыбаюсь как идиотка.

Почему я не знала, что у моего счастья голубые глаза и губы с привкусом взбитых сливок?

15

ДЭН

Я открываю глаза и несколько мгновений любуюсь спящей под боком Кейт. Расслабленная, с рассыпанными по подушке волосами, обнимающая мою руку и прижимающаяся к ней щекой. Уютная, домашняя и безумно красивая. Во всех смыслах моя.

Воспоминания прошлой ночи вихрем проносятся перед глазами, и я довольно улыбаюсь. Несмотря на прошедший год, мы с Кейт не изменились. Такие же жадные и откровенные ласки, такой же мгновенный отклик на любое прикосновение. Кремовое безумие на кухне, расслабление и плавность под упругими струями в душе и настоящая сладость здесь, в спальне.

Касаюсь ее щеки и отвожу с лица прядь волос. Вырисовываю подушечками пальцев узоры на нежной коже плеч, постепенно, миллиметр за миллиметром опускаясь к груди, скрытой тканью тонкого одеяла. Убираю мешающую преграду, одновременно наклоняясь, чтобы поцеловать в уголок губ, слегка подразнив девушку языком.

Кейт протестующе мычит и даже пытается оттолкнуть меня, а затем открывает глаза и в ту же секунду улыбается.

— Доброе утро, — шепчу на ухо, проводя языком по ушной раковине и уделяя особое внимание пульсирующей венке над ключицей.

— Ага, — выдыхает она, обнимая меня за плечи и притягивая ближе. Затем ее рука ныряет под одеяло, скользит по моей груди и животу и обхватывает напряженный ствол, просто жаждущий ее особенного внимания.

Рыкнув от удовольствия, целую мягкие губы, отбрасывая одеяло в сторону и нависая над ней. Кейт толкается бедрами, словно подгоняя меня, но в этот самый момент из детской доносится плач нашего сына и я разочарованно падаю на постель. Не только я требую от нее внимания в это утро.

Девушка торопливо накидывает халат и идет к Харви, пока я пытаюсь усмирить свое либидо. Принимаю решение охладиться под душем. Окей, потерплю до обеда, когда приедет Дафна и заберет сына на прогулку.

Когда я, облаченный лишь в полотенце на бедрах, заглядываю в детскую, Кейт уже переодела малыша и даже закончила его кормить. Отбираю довольного жизнью ребенка, отпуская ее искупаться. Включаю мобиль, позволяя веселой песенке нарушить утреннюю тишину в комнате и с удовольствием ношу сына по комнате, рассказывая ему всякую чепуху, словно он способен меня понимать.