Когда Сиам очнулся, первым делом, после того как пару часов отлежался, избил до полусмерти всех жен, кроме младшей. Потом стал думать, где взять 'мясо'. Думал долго, видимо, мозг, не получавший кислорода достаточно долго, не смог восстановить все нервные связи. Потом все-таки вспомнил, что у него есть пленники. Их было отдавать жалко, он уже заказал старшей жене холодец и завтра собирался отрубить у кого-нибудь из них одну ногу. Или уши отрезать. На днях должен был придти с официальным визитом Джамп. Придется обойтись крысиными хвостами. Хотя, по правде сказать, они совсем неплохи. 'Да уж.... Придется отдавать этих. Да и шут с ними, новое 'мясо' наловим!'
Когда дикари вошли в комнату, служившую камерой для двух людей, даже они поморщились от запаха, густой волной выплеснувшейся в коридор. Никто об 'удобствах' для пленников никогда даже не задумывался. Потому что никогда до этого так долго их и не держал. День-другой и пожалуйте на обед. В качестве главного блюда. А тут пришлось сначала съесть, тех, кто уже убит, а живое 'мясо' дольше храниться, это все охотники знают. Но то, что его и кормить надо, это было уже за гранью разумного. Хорошо, что еще воду в ведре приносили. За эти три дня Кнут оказался на грани смерти. Нога, в которую попала отравленная стрела, распухла и размером стала походить на бревно, хорошо, что при этом потеряла чувствительность и не болела. Но температура была высокой, в сознание приходил редко, постоянный бред. Саша знала Кнута, он ей очень нравился. Когда она его узнала в том теле, которое небрежно бросили на пол три дня назад, вернувшиеся домой охотники, она рыдала навзрыд.
- Саня, милая! Я нашел тебя! - Тихий, прерывающий голос, когда он, наконец пришел в себя, вызвал просто фонтан радости вперемешку с плачем, даже скорее, ревом. Саша просто не могла больше сдерживаться и весь ужас, который она пережила, выплеснулся на Кнута. Тот и так держался на тонкой грани, а тут уже просто не смог. Когда девушка закончила реветь, то обнаружила, что ее собрат по несчастью пребывает без сознания. Стресс прошел, и она бросилась обтирать лицо парня куском тряпки оторванной от своей рубашки, чтобы хоть как-то облегчить его страдания. Йохансон застонал и открыл глаза.
- Ты как? Больно? - Затарахтела Санька. Она-то была совершенно здорова, в физическом смысле. Поймали ее элементарно, в ловушку. Она с подружкой пошла в тоннели, собирать съедобный лишайник, отвлеклась и свернула не туда. Задела тонкую веревку, и прилетевшая сбоку труба ударила по голове. И все. Очнулась уже здесь. Перепугалась страшно, все ждала, что со дня на день ее убьют и съедят, но потом страх немного притупился. Отца часто вспоминала, боялась, что он броситься ее искать и сам может погибнуть. Но когда Кнут рассказал, что отец жив, она успокоилась и уже более спокойная расспрашивала о новостях уровня. Когда узнала о пришельцах снизу, то решила, что это шанс на свободу. Кнут не стал ее разочаровывать. Ему и так было плохо. Он знал, что они оба погибнут, никто не сможет их найти в этих тоннелях. И на ребят надежды нет. Специально их искать не будут, да и не знают они, что он попал в плен. А шанс на случайный выход техников к жилищам мутантов, вообще мизерный. Да и он на их месте, предпочел бы обойти деревню, чем вступать в бой. И сбежать не получится с этой ногой. Кнут попытался встать с помощью девушки, но нога не держала совершенно, и он со стоном свалился на грязный пол.
'Что же делать? Надо убить Сашу, а потом и себя! А то ведь они могут и какие-нибудь ритуальные пытки устроить над ней!' - Мелькнула нехорошая мысль. А может и наоборот, это еще как посмотреть. Но оружия мутанты не оставили, обшаривали тщательно.
Но оружием может быть что угодно. Ремень, например. Или шнурок от берца, из которого может получиться хорошая удавка. Были нехорошие людишки, кончившие свою никчемную жизнь как раз таким способом. 'Черт, как же у меня рука поднимется на Сашу?' - всплыла некстати мысль и рука, уже дернувшаяся вниз, к обуви, застыла. Он так и не смог себя заставить сделать это...
В тот же вечер за ними пришли. Прискакали трое 'индейцев', открыли дверь и кое-как, с бульканьем и курлыканьем, приказали выходить строиться. Когда увидели ногу Кнута, посовещались между собой и отправили одного обратно. Видимо, доложить. Обратно он пришел с армейскими, брезентовыми носилками, неплохо сохранившимися, к тому же. Йохансона положили на них и попробовали поднять. Опять послали гонца. На этот раз прибыл целый отряд. Четверка самых сильных охотников подхватила бойца и потащила куда-то по коридорам. Саньке носилки никто не предлагал, вместо этого ей связали руки, конец веревки подхватил один из мутантов, и вся кавалькада бросилась догонять ушедших вперед. На следующем этаже их поджидали еще одни носилки, больше похожие на экипаж, в которых восседал, видимо, местный вождь. Саша его один раз видела, когда кто-то из местного начальства приходил взглянуть на пленницу, но в этом парадном мундире офицера военно-воздушных сил но, с погонами старшего прапорщика, она его не узнала. Черномазый царек был важен и надут, глянул мельком на пленных и махнул рукой - мол, вперед!
Путь был долог, пришлось даже делать три короткие ночевки. На них пленных оставляли в какой-нибудь небольшой комнате и на входе выставляли пост охраны. Руки Сане развязывали только когда останавливались на обед и вечером, на ужин. А так всегда, даже на ночь руки были связаны, и сбежать не было никакой возможности. Да и Кнута бросить она бы не смогла. К нему подходил кто-то из охотников, посмотрел на ногу, покачал головой и, поковырявшись в карманах, достал мешочек с каким-то порошком, насыпал его чуть-чуть на ладонь и сунул в рот впавшему в забытье парню, с трудом разжав ему рот. Потом дал воды из фляги. Йохансону после этого стало легче, и последний день он даже провел в сознании.
Куда они шли, Саша не знала, она понимала, что ничем хорошим эта дорога не может кончиться и когда они пришли на место, девушка сразу и не сообразила. Просто подойдя к очередным воротам, охотники не стали их вручную раскрывать, как делали это десятки раз до этого, а аккуратно нажали кнопку вызова на входном сканере. Открылись не сами ворота, а калитка сбоку.
Оттуда вышел мужчина. Старинная военная форма, бронежилет, правда, на голове ничего нет. Высокий, худой такой, что костистым выглядело даже лицо, абсолютно лысый череп обтягивала сухая кожа. Такой же сухой и скрипучий голос:
- Мастер вас ждет.
И все, больше не произнес ни слова. Отошел к стене, звякнув по ней чем-то висящим за спиной, видимо, оружием. Саня разглядеть не успела, один из охотников с силой толкнул ее и она, чуть не упав, пролетела внутрь.
Обычный, ничем не примечательный коридор тамбура, таких на их этаже сотни. В меру пыльный, кое-какой мусор вдоль стен, ободранные кабели, некоторые еще в гофре, свисают с потолка, правда при этом все световые панели работают, что немного удивляет. Дома так светло только у президента в приемной, Сашу один раз брал с собой в детстве отец, и пока он зашел в кабинет, Саня сидела в приемной, под надзором злой секретарши. Тогда она и узнала, что может быть так светло. В остальных помещениях этажа, хорошо если один из трех светильников работает, а то и один из десяти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
