за ее реакцией. — С какой начинкой они были?
Глаза занозы забегали, и если бы не одна деталь, можно было бы подумать, что она отчаянно пытается вспомнить.
— С… с яблочным джемом… я знаю, что ты не любишь шоколад.
Надежда… Боже, как она хотела, чтобы этот ответ был верным.
Я покачал головой.
— Значит… не с яблочным…
— Идель никогда не готовила мне эклеров.
— Нет, — девушка закусила губу и виновато отвела взгляд. — Это нечестно… Несправедливо, — из глаз снова хлынули слезы.
Мне ее стало жаль. Вот по-настоящему жаль, потому что, кем бы она там ни была, пережить такое точно и врагу не пожелаешь. А еще я кое-что вспомнил. Даже не представляю, как этому случайно брошенному Идель имени удалось всплыть у меня в памяти.
— Княжна?
Плач прекратился, девушка снова подняла лицо и даже попыталась улыбнуться.
— Я… Я твой… Я твой друг.
— Капитан, не дайте ей запудрить вам мозги. Идель находится внутри, и эта тварь ее не выпускает.
— Я не тварь! У меня есть имя!
— Да какая разница, как тебя зовут⁈ Ты взяла то, что тебе не принадлежит!
Перепалка началась с новой силой. Слушать и смотреть на это сил не было никаких. Я подошел к Княжне и стал вытаскивать спицы.
— Джек, что ты делаешь?
— Хочу убрать этот ужас.
— Нельзя.
— Почему?
— Нужно сначала выгнать ее из тела.
— Не нужно никого выгонять. Думаю, с ней можно вполне себе договориться, а не устраивать очередную садо-мазо вечеринку на ровном месте.
— На ровном месте⁈ — Рита неожиданно перешла на повышенные тона. — Даже если закрыть глаза на то, что нас обманывали, она по-прежнему пользуется телом Идель. Когда беда не касается тебя, то кажется, что ничего страшного в этом нет, но посмотрите на это с другой стороны. А если бы кто-то занял тело Бьянки? Или Химеко? Такой же добрый и отзывчивый, но вы бы знали, что где-то там внутри сидит одна из ваших жен и ждет, когда капитан Джек ее освободит. Что тогда? А если бы этот кто-то занял ваше место? Весь красивый, смелый, умный, ходил бы и, извиняюсь, смело-умно потрахивал, скажем, Киану? Что бы вы чувствовали в этот момент? Когда кто-то распоряжался бы вашим телом без вашего на то согласия, а вы оставались бы лишь молчаливым наблюдателем?
Нда… Ничего не скажешь. Доводы у Риты железные, а ситуация поганая. Как бы то ни было, я не стал останавливаться, продолжая доставать спицы.
Княжна явно чувствовала, что проигрывает, но все же пыталась переманить меня на свою сторону.
— Джек, — девушка продолжала плакать. — Джек, я же хорошая. Я старалась быть хорошей. Я помогала тебе, Джек. Ты слышишь? Я друг. Я твой друг, Джек, — ее охрипший голос дрожал и постепенно переходил на рыдание. — Я твой друг! Не отдавай меня! Пожалуйста, не отдавай меня! Я твой друг! Я хочу обратно в академию, к кролику, близняшкам и Фу Хуа! Я хочу просыпаться с тобой каждое утро! — ее голос становился громче. — Я не хочу обратно! Я твой друг! Я хорошая! Я старалась быть хорошей! Пожалуйста, Джек! Прошу тебя!
Каждое сказанное слово словно ножом било по сердцу.
— Капитан… — Рита встала за моей спиной, пока я вытаскивал последнюю спицу из ноги Княжны. Ее голос звучал тише. — Я знаю, как это выглядит. Понимаю, что вы чувствуете. Но и вы должны понять, что ее нельзя отпускать. И я не могу позволить вам этого сделать. Только не с Идель.
Поднявшись, посмотрел на Риту. Валькирия действительно выглядела очень напряженной, несмотря на спокойный голос и свою привычную манеру держаться. Затем взглянул на Княжну… Блять! Ну вот п*здец просто. Хороший парень внутри меня, который стремится всем помогать, буквально орал благим матом, что ее необходимо освободить, однако разум говорил обратное.
Не в силах держаться, Княжна просто повисла на оковах и продолжала смотреть мне в глаза. Девушка явно рассчитывала на мою помощь. Ждала, что я спасу ее.
Но…
«Да сука, ну как так-то а? Ну почему я должен делать это?»
Видимо, прочитав это в моих глазах, Княжна поджала губы и отвела взгляд, а затем тихо заговорила.
— Похоже… Похоже, что уроки игры на гитаре придется отменить… а жаль, — голос вроде был спокойным, но я видел, как у нее затряслись губы, а через секунду снова хлынули слезы. — Это нечестно… Нечестно, Джек…
Она выглядела как обманутый и брошенный всеми ребенок. Вспоминая пережитое, ее любопытный взгляд, живое стремление познать все и всех вокруг… Мне правда стало ее жаль.
— Послушай, я обещаю тебе, что поговорю с Идель. Все будет хорошо.
— Нет! — девушка вновь подняла лицо. — Она никогда меня больше не выпустит! Она злая!
Рита нахмурилась, но смолчала. Княжна плакала. Я же, не выдержав этой душераздирающей сцены, подошел к ней и обнял. Бедолага так настрадалась, что просто уткнулась мне лицом в шею и продолжала реветь.
— Спаси меня… пожалуйста. Не отдавай меня, Джек. Я хорошая. Я твой друг… Пожалуйста…
— Это неправильно. И зная тебя, могу с уверенностью сказать, что ты и сама понимаешь это. Ты действительно хорошая. И я хотел бы быть твоим другом. Но мы должны поступить правильно. Просто поверь мне, я сделаю все, чтобы мы смогли еще раз увидеться, — отстранившись, взглянул ей в глаза. — Не нужно больше это терпеть. Просто поверь. Ты мне веришь?
Сначала все было хорошо. Княжна закивала и вроде бы согласилась, но уже через пару секунд снова замотала головой.
— П-прости, Джек. Прости, но я не верю. Х-хочу, но не могу. Ты хочешь обмануть меня, — шмыгнула носом. — Обманщик… Предатель… Предатель! Не верю! Почему, Джек⁈
— Княжна… Я клянусь тебе, что…
— Лгун! Почему вы хотите все у меня отобрать⁈ Чем она заслужила это все⁈ Я лучше старалась! Я хорошая! — в этот момент у нее началась истерика. Настолько она не хотела уходить. Настолько была уверена, что никогда не вернется. Девушка в отчаянии забилась в моих объятиях, а затем, видимо, не найдя иного выхода, набрала полные легкие воздуха и закричала.
Это был крик отчаяния, плач, горечь потери и страх. Княжна напоминала ребенка, который попал в безвыходную, опасную ситуацию и очень сильно нуждался в помощи, защите и поддержке близкого человека. Последнего человека, в которого она еще верила.
— ФУ ХУА-А-А-А-А! ФУ ХУА-А-А!
Рита среагировала первой. Она наверняка прекрасно понимала, что если сюда придет феникс, то вряд ли будет слушать о том, кто такая Идель и кто такая Княжна. Сначала наворотит дел, а потом начнет спрашивать.
В один шаг она подскочила к занозе и вырубила ту.
* * *
Сумеречный бастион
Княжна даже не поняла, как это произошло. Последнее, что она помнила и что могла описать, это какой-то водоворот отчаяния, в котором ее бросало из стороны в сторону, словно рыбацкую лодочку во время шторма.
Закончилось все так же неожиданно, как началось. Просто в какой-то момент она кубарем вывалилась в сумеречном бастионе. Кувыркаясь, бедняга пролетела через всю главную площадь, пока не врезалась в стену какого-то домика.
На душе царили грусть и тоска… Обида. Одиночество и страх. Все, что ей стало за это время таким близким и родным, в одночасье рухнуло. Превратилось в пепел.
Сил подниматься больше не было. Девушка просто лежала на земле, полностью опустошенная и разбитая. Но что было еще хуже… Как только зрение прояснилось, она заметила, что бастион вновь цел и сияет своим незыблемым величием. Как будто и не было той катастрофы. Как будто ничего не случилось, а все, что было, это лишь краткий сон, который исчез, стоило ей проснуться.
Внезапно перед розовой линзой появились чьи-то ноги. Княжна сразу сообразила, кто это. Хозяйка бастиона. Пришла позлорадствовать. Посмеяться над глупым хонкаем, что возомнил себя человеком. Напиться досыта ее страданиями.
Девушка не хотела видеть чужое самодовольное лицо, а потому просто свернулась клубочком, уткнувшись лицом в землю.
— Похоже… похоже, Идель, ты победила… В-вы все победили, — когти царапнули по мостовой. — Глупая Княжна решила, что может тягаться с людьми в хитрости… Глупая Княжна решила, что она самая умная… — голос хонкая дрогнул. — Глупая Княжна думала, что у нее есть друзья и дом… Гл… Просто… Просто глупая Княжна хотела… Хотела в это верить. Но как же… — обиженный голос сменился на плач, — как же это несправедливо! Это нечестно, Идель! Нечестно! Нельзя давать сердце, а потом плевать в него! Это несправедливо! Это… это больно.
Идель продолжала
