Видимо, уже замечтался! Я же говорю, что наш мир слишком греховный, чтобы вступать в новую эру единения, поэтому войдут туда лишь настоящие праведники.
— О остальные?
Она большим пальцем провела вдоль горла.
— Кирдык!
Галатар не знал, что на это ответить.
— Ахах, да ладно, я шучу! Он милостив и на суде выслушает каждого. Так, а теперь, всем занудам, надо посмотреть вниз. Что там у нас? А там «Зуб Пустоты», кинжал, дарованный самим Павшим Богом, но он носит, скорее церемониальную функцию, используется в основном для ритуалов или для защиты от врагов.
«Угу, конечно! Знаем мы эти ритуалы, Дирк не даст соврать».
— Теперь перейдем к следующему стенду. Ага! Сиреневый дым — тоже один из фирменных знаков Павшего Бога, с его помощью он общается со своими последователями и дает благословение. Где ты видишь этот дым, то там Он! К слову, — девушка скривила лицо, — здесь на выставке обычный подкрашенный пар. О! А вот это — глиняная скрижаль, написанная самим Торгримом Хранителем. — Она медленно подошла к этой табличке, размером с щит и исписанной нечитаемыми руническими письменами. — Вот оно, настоящее сокровище, ключ! Вот это точно не подделка, я тебе со стопроцентной уверенностью говорю!
Галатара немного удивила такая реакция его новой знакомой, он видел обычную глиняную табличку с каракулями, но та смотрела на нее, как парализованная, тихо повторяя только одно слово: «Портал».
Глава 18
«Агггррр… да что же это такое! Сраный Прогресс, почему ты опять лишаешь меня заслуженной награды!?» — Дайс со всей злостью кинула планшет в стену (благо планшеты инквизиции специально делались противоударными). Еще один запрос — и опять все впустую, очередная издевательская табличка: «Полуэльф Ленс Блик по базе не проходил».
Ну как это не проходил? Быть того не может! Он купил билет «Крайний Предел — Город Огней», сошел со станции, отметился в подземке, побывал на главной площади, потом в течение недели, пару раз отметился в транспорте и… все, испарился. Нет больше ни одного упоминания о Ленсе Блике в электронной картотеке Города Огней. Ни одного!
Может, он умер? Сорвался с моста? Убит? Нет, все неопознанные трупы в моргах не подходят под описание, да их и не так уж много. Но, тогда, где он? Система контроля «Безопасная столица» работала безотказно, и, если бы кто-то прислонил идентификационную карточку даже для банального прохода в общественный транспорт, она бы тут же его запомнила. Остается один вариант — проклятый полуэльф скинул карточку и обзавелся другой, с новым именем и данными, что превращало мероприятие по его поимке в поиск иголки в стоге сена.
В столицу Дайс ехала, считая, что дело у нее уже в кармане. Первое расследование, и тут же победа, да еще какая! С такими успехами ее сразу перебросят в экономической блок, или в отдел по борьбе с Мифриловым Пактом, или, может, вообще в Центральное Управление. О да, как ей хотелось бы увидеть рожи этих тварей — ее сокурсников и бывших преподавателей, которые твердили, что ничего путного из нее не выйдет. Но пока это все в мечтах, ведь проклятый полуэльф Галатар Каморан, он же Ленс Блик, опять ускользнул из рук.
С размахом плюхнувшись на кровать, она уставилась в обшарпанный потолок номера гостиницы третьего класса Города Огней. После вонючих ночлежек Крайнего Предела, это место казалось чем-то дорогим и элитным. В голову начали приходить воспоминания об академии инквизиции.
— Ну и срань! — Таков был первый комментарий будущей инквизиторши, когда она впервые переступила порог академии. В этом вульгарном заявлении не было ничего удивительного, ведь пай-девочкой Дайс уж точно никогда не была. Ее детство прошло в богатой семье заместителя директора инженерной корпорации, где она никогда ни в чем не нуждалась и никогда не получала отказа. Ее баловали, потакали всем капризам и исполняли абсолютно все желания, да что говорить, даже в задницу целовали по первому требованию. Но все изменилось в один момент, когда на свет появился этот проклятый младенец — ее младший братик. О, как же ненавидела Дайс это вечно ревущее существо, которое, к тому же, отобрало у нее большую долю внимания. Отец и мать теперь целуют в задницу этого спиногрыза, гувернантки практически не обращают на нее внимания, а она сама теперь была полностью предоставлена самой себе. И все это время в сердце девочки копилась обида и ненависть.
Годы шли, маленький гаденыш, который оказался тем еще фруктом, подрос и теперь сам начал показывать себя в полной красе. Не было ни дня, чтобы не подставил или не заложил сестру, а еще при этом всегда мерзко смеялся, в один момент Дайс сама не помнила, как накинулась на мелкого наглеца. Черная пелена спала, только когда няня ударом кулака по лицу смогла оттолкнуть ее. Еще бы секунд тридцать и лицо мальца, вместо лилового плавно бы перешло в белый цвет, но не судьба. А вот что действительно судьба, так это ссылка в элитный женский исправительный корпус на два года. Место, где из отбившихся от рук малолетних мажорчиков должны сделать достойных членов общества. Понятное дело, что ни о каком перевоспитании речи тут речи не шло, просто богатенькие родители таким способом избавлялись от своих нерадивых чад на какое-то время. Папаша Дайс, кстати, отсыпал немалых деньжат, чтобы сплавить туда свою ненаглядную дочурку.
В этой волчьей стае из богатеньких отпрысков Дайс, благодаря взрывному характеру и агрессивности, заняла не самое последнее положение одной из альфа-самок. Объединившись с такими же хулиганками, она нагоняла страх на тех, кто не мог дать отпор или проявлял слабость и малодушие. Эх, веселые были деньки! Но, два года пролетели быстро, и вот она уже в выпускном платье стоит в своей комнате, собирая чемодан, впереди возвращение в родные края. За время ссылки Дайс стала сильнее, жестче, хитрее и сообразительнее.
«Ну что, мелкий утырок! Сколько тебе сейчас? Двенадцать, кажется. Готовься, с этого момента время для тебя остановится».
От приятных мыслей о возвращении домой ее отвлек звук открывающейся двери.
— Папа! — Дайс аж подпрыгнула от такой неожиданной встречи. — Я думала ты не приедешь на выпускной, ведь у тебя всегда так много работы! Но я так
