Всадники были совсем рядом.
Фанни подняла револьвер.
– Спрячь его у себя между ног.
Фанни задрала юбку и сунула пистолет за подвязку.
– Слушай меня, Фанни. Что бы ни случилось, мы это переживем.
Трое мужчин в темной униформе притормозили. Каждый из них держал Рейфа под прицелом. Самый высокий и тощий из троих, с высокими скулами и провалившимися щеками, глумливо ухмыльнулся.
– Что с ней не так?
Рейф опустил руки.
Лицо у тощего было все в рубцах после оспы. Он напомнил Рейфу одного крысолова с такой же глумливой ухмылкой. При близком рассмотрении злодеи-франты оказались совсем не такими уж франтами.
– Эй, лапы не опускать!
Рейф повернул голову на оклик. Сзади подъехал еще один всадник на крупном гнедом коне. Этот выглядел солиднее прочих. Достав из кармана какую-то серебряную штуковину, он поднес ее к губам. Раздался пронзительный свист.
Здоровяк со свистком спешился.
– Отвечай на вопрос, – приказал он и со всего маху ударил Рейфа по спине так, что тот чуть было не свалился на Фанни.
Увидев страх в ее глазах, он нашел в себе силы подмигнуть ей.
– Помнишь, что я тебе сказал, – шепнул он. В широко распахнутых глазах Фанни плескался ужас, но она кивнула.
Рейф распрямился, широко разведя поднятые руки.
– Мисс Грейвил-Ньюджент повредила лодыжку. Ей довольно трудно…
От удара в плечо Рейфа развернуло на сто восемьдесят градусов. Он едва не задел носом наставленное на него дуло.
– И кто в этом виноват, дружище?
Рейф смотрел на толстяка, чьи отвисшие щеки покрывала трехдневная щетина.
– Поскольку твои подонки – преступники, я бы сказал, что виноват в этом на самом деле ты.
Рейф не вполне сумел увернуться от удара. Щека наверняка распухнет, но зубы целы, и это хорошо.
Рейф сгруппировался, и град ударов не заставил себя ждать. Делая вид, будто теряет равновесие, Рейф исхитрился схватить за руку того, кто держал его на мушке, и, развернув, закрылся им, как щитом.
Раздался выстрел, и кровь брызнула Рейфу в лицо. У схваченного Рейфом верзилы остекленел взгляд. Рейф успел вырвать из рук мертвеца револьвер, пока тот еще не свалился наземь, и тут же нацелил его на угрюмого всадника с изрытым оспой лицом.
Франтоватый крысолов прищелкнул языком.
– Видишь, к чему ты меня вынуждаешь? – Он прицелился Рейфу в грудь и взвел курок. – Остается вопрос: буду ли это я? – Тускло блеснул еще один ствол. – Или ты? – Взгляд Рейфа упал на пистолет, направленный вниз. – Или она?
Рейф пристально вглядывался в лицо тощего. Очень маловероятно, чтобы он решился ее убить. Столько сил потрачено на то, чтобы ее захватить, и все впустую? С другой стороны, нельзя ручаться за то, что они не причинят ей боль. Рейф опустил пистолет, и что-то холодное и тяжелое ударило его по затылку. Он упал на колени и услышал, как Фанни закричала.
– Рейф, не смей меня бросать! – словно сквозь вату услышал он и провалился в темноту.
Глава 15
Голова раскалывалась так, словно в черепе кто-то устроил артиллерийские стрельбы. Казалось, на теле нет живого места. Саднило виски, ребра, локоть пронизывала острая боль.
– Рейф!
– Рейф, проснись!
Глаза отекли, веки не открывались полностью. Все, что он мог разглядеть – это смутные очертания. С его потрескавшихся губ сорвался стон.
Тело просыпалось, и вместе с ним оживала боль. Рейф сделал глубокий вдох и, изнемогая от боли в груди, закашлялся, наглотавшись пыли. Воздух был тяжелым и спертым.
– Где я? – с трудом прошептал он.
– Мы на дне шахты. – На этот раз он узнал голос. Голос принадлежал Фанни. И этот голос дрожал. Звучал он, конечно, испуганно, но при этом довольно бодро.
Рейф почувствовал легкий толчок под ребро, и одновременно что-то теплое скользнуло у него по спине.
– Они нас связали – привязали друг к другу. Наверное, чтобы раздавить сразу обоих.
Рейф попытался ухмыльнуться, при этом нижняя губа треснула, и он почувствовал привкус крови во рту. Как Рейф ни напрягал зрение, он ничего не мог разглядеть. Оставалось ждать, пока глаза привыкнут к темноте. Постепенно в чернильной мгле стали проявляться очертания вырубленных в породе стен. Над головой вырисовывались контуры каких-то механизмов. В тусклом луче света, проникшего в шахту, плясали пылинки. Запрокинув голову, Рейф посмотрел наверх, пытаясь оценить расстояние до поверхности.
– Господи. Как они нас сюда опустили?
– С помощью лифта на паровой тяге. На том самом, на котором в шахту спускаются шахтеры и оборудование.
– Очередное изобретение твоего отца?
В ответ тишина. Затем слабое:
– Видимо, да.
– Так, кажется, я начинаю догадываться. – Рейф пристально разглядывал устройство, нависшее над их головами. – Толстый кабель и всякие там рычаги и колеса. Похоже, нас поместили непосредственно под этим хитроумным приспособлением.
– Прямо под лифтом, да.
Рейф облизнул разбитую губу и с шумом втянул воздух в легкие. Стягивающая его грудь веревка натянулась.
– Пожалуй, я с тобой соглашусь – нас решили расплющить.
– В чем нашим врагам никак не откажешь, так это в изобретательности.
Рейф боролся с болью, понимая, что сейчас ему никак нельзя терять сознание. Спиной он почувствовал, как заерзала Фанни.
– Что делать, Рейф?
Для начала следовало понять, каким образом освободиться от пут. Руки его были связаны за спиной, ноги тоже были связаны, но другой веревкой. Еще одной веревкой потолще их связали вместе – спина к спине.
– Приятно слышать, что ты не спросила, есть ли у меня план.
Фанни закашлялась.
– А он у тебя есть?
Рейф живо представил ее насупленные брови и губки бантиком, и на душе сразу стало легче. Он не имел права предаваться унынию. Ради нее. Ради спасения их обоих.
– Первым делом нам надо освободиться от веревок.
Рейф нагнулся и вытянул ноги. Он обнаружил, что может раскачивать их обоих в таком положении. Итак, если их связали одинаково…
– На чем мы сидим?
– На опрокинутом загрузочном ковше.
– Считай, нам повезло. Возможно, повезло. – Рейф размышлял вслух. – Ну что же, тогда мы будем двигаться в унисон, как положено хорошим солдатам. Готовься к тому, что мы свалимся на землю, если мой план сработает. – Рейф выпрямил спину и уперся ногами в пол. – Обопрись на меня хорошенько, поставь ступни на ковш и оторви от него свой хорошенький зад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
