Читаем без скачивания Противогазы для Саддама - Геннадий Прашкевич

– Любишь помахаться?

– Да ну, – возразил Леша. – Я человек серьезный и работаю у серьезного человека.

– И давно?

– Если уж говорить начистоту, – Леша, казалось, не расслышал вопроса, – то даже в драке важен порядок. Прежде всего, порядок. Я люблю, чтобы был порядок. Будь моя воля, я бы придумал специальное меню. Вот пришел хороший человек в гости, захотел подраться, не надо искать никаких приключений, просто бери меню, там на вкус всякая разблюдовка.

– Это как? – удивился Сергей.

– А вот так, – с удовольствием пояснил Леша. – Берешь, значит, меню и выбираешь драку по вкусу. Ведешь пальчиком по меню и выбираешь драку, которая тебе особенно по душе.

– Ну, к примеру?

– К примеру? – на секунду задумался Леша. – Ну возьмем, к примеру, драку по-людски.

– По-людски?

– А чего? Звучит неплохо. Драка по-людски! – с большим удовольствием повторил Леша. – То есть такая драка, где коллектив гарантируется. Ты, значит, ведешь пальчиком по меню, – хозяйственно объяснил Леша, – и зачитываешь вслух своей даме, или подруге, если ты, конечно, пришел в гости с дамой или с подругой, а не просто с уличной шлюхой. Зачитываешь, значит вслух. «Драка по-людски, – прищурив глаза, задумчиво, как бы мысленно вглядываясь в меню, как бы даже ведя по меню кривым мозолистым пальчиком, важно и хозяйственно процитировал Леша. – Хозяева – 2 чел. Родственники – 3–5 чел. Гости – 9-10 чел. Всякие соседи – 4–5 чел. Водка – 0,8 л. на одно рыло. Столовые приборы – по числу непосредственных участников. Родственники всяких соседей – 2–3 чел. Пиво – по надобности. Участковый инспектор – 1 шт. Собака-бульдог из соседней квартиры – 1 шт». Ну, и так далее.

– Подожди, не торопись, – попросил Сергей. – Драку ведь надо начать. А это не всегда просто.

– Да ну! – заржал Леша. – Никаких проблема. Выпиваешь стаканчик крепкого, даешь хозяину в рыло и кричишь: наших бьют! Срабатывает сразу и стопроцентно, сам проверял. Меня вот в Эстонию пригласила подруга, – покосился он на Сергея, будто подозревая, что тот опять спросит что-нибудь неприличное, скажем, о Карпицком. – Хорошая подруга. Боевая, заслуженная, много потерпевшая. У нее, к примеру, стоит в спальне кровать. Ну, это даже не кровать, – шумно восхитился Леша, – а какая-то караван-кровать. Когда у моей подруги начинается драка, а она до сих пор живет вместе с отцом, я падаю в эту кровать, самый длиннорукий до меня не дотянется.

– Ты что же, даешь пощечину хозяину дома? – не поверил Сергей.

– А как же!

– Да это же отец твоей подруги!

– Ну и что? – удивился Леша. – Он же немец с оборонки! Немец-перец-колбаса. Всем улыбается и ручки всем жмет. А мне обидно. Я, значит, сплю с его дочкой, а он нет, чтобы меня обнять, как возможного родственника, он ручки жмет всем другим гостям. А на меня ноль внимания. Это мне обидно. Я, конечно, сперва терплю, а потом не выдерживаю, подхожу к немцу и говорю: «Здравствуй, папа!» И сразу в рыло, в рыло ему, чтобы не успел ответить. И сразу кричу: «Наших бьют!» Среди немцев это здорово срабатывает.

– Может тебе проще жениться?

– На этой подруге? – возмутился Леша. – Ты что? Она ж иностранка!

– Ну, было время, жили в одной стране.

– Вот теперь пусть себя и корит, коза мичуринская. Упустила время! – рассердился Леша. – Пока кончала музыкалку, ее время и ушло. Папа немец с оборонки, значит, оплачивал музыкалку, думал, моя подруга честно учится музыке, а она издевалась над Бетховеном и трахалась на рояле с собственным учителем. А в свободное время забеременела от него. Я это точно знаю. Она выдала это как на духу. Я вообще расспрашиваю своих подруг с особым тщанием. Ну, понятно, не где они жили, расспрашиваю, а с кем? Улавливаешь разницу? А они, дуры, рады! Им, дурам, нет, чтобы помолчать для ясности, они в меня все сразу вываливают, как в мусорную урну.

– А муж у твоей подруги есть?

– Был! – обрадовался Леша. – Только он молодец. И держался молодцом, и вовремя умер. Подруга говорит, муж у нее был мягкий. И правильно сделал, что умер! Сейчас бы поглядел вокруг, не понял своей страны и снова умер. В этой жизни для мягких, я считаю, все безнадёга.

– Ладно, Леша. Расскажи, как будем проходить таможню?

– Я ж говорил. Задекларируем по двести баксов и хватит.

– А техника?

– У меня под бардачком тайник.

– А докопаются до тайника?

– Да ну! Мы люди интеллигентные, а эстонцы любят интеллигентных людей. Докапываются они только до туристов. Их всегда интересуют богатые и бедные туристы. А мы? Кто мы? Откуда? Да мы самые обыкновенные интеллигентные люди! – с удовольствием повторил Леша. – Мы не просто так. Мы красоту любим. Мало ли, что я сплю с эстонкой, правда? Зато красиво кругом, – ткнул Леша пальцем в торчащие вдоль дороги сосны. – Вот деревья. Валуны. Озера круглые, как по циркулю. У них тут ледниковый период еще не кончился.

– А телефон? Войдет телефон в тайник?

– Телефон не войдет, – с сожалением покачал головой Леша. – Телефон не спрячешь. С ввозом электроники у эстонцев строго. Придется тебе, Серега, раскошелиться. Ты заплати им налог, эстонцам это дико нравится. Они же, Серега, как дети. Скажешь эстонцам, что вот ты желаешь заплатить налог, они обязательно обрадуются, приезжай, дескать, еще! Это раньше эстонцы считали нас оккупантами. А сейчас мы налоги платим.

Леша подумал и застенчиво добавил:

– Я ведь, Серега, тоже немножко коммерсант.

– Это в каком смысле?

– Ну, в каком? – топнул Леша ногой по коврику. – У меня под ковриком лежат три пластины титана. Лео за такой металл дает хорошие деньги. А в запаске – набор серебряных ложек. Я же говорю, эстонцы, они как дети, они никак не могут обойтись без серебра и цветных металлов.

– Титан? – удивился Сергей. – Ты спятил! – И покачал головой: – Карпицкий будет недоволен.

– А ты ему не скажешь, – уверенно заявил Леша.

– Это почему?

– А потому, что если мы погорим на таможне, то на тебя и на меня все будут смотреть одинаково нехорошо. А если не погорим, то никто на нас и смотреть не станет. Какой смысл смотреть на людей, если они ни на чем не погорели?… Вон туда гляди… – указал он. – Видишь, там съезд с бетонки? Запросто можно без всякой проверки въехать в Эстонию. Прямо по полю, никто за тобой не погонится. Но зато, если ты потом попадешься без визы, впаяют тебе статью сразу за шпионаж. Поэтому рули к контрольно-пропускному пункту, не надо в поле. пусть видят, что мы люди серьезные и интеллигентные. К тому же и коммерсанты немного… – важно кивнул Леша. И напомнил: – А телефон, конечно, задекларируй. Эстонцы электронику пропускают только под залоговую цену. – И успокоил: – Деньги это небольшие, переживешь.

Красавец Лео

В Выру они въехали под вечер.

На въезде проскочили трогательную рощицу, напомнившую Сергею родную Сибирь – рыжие сосны, несколько плакучих берез, рано побагровевшая осина. Правда, тут же рос можжевельник, и валялись в траве непривычно округлые массивные валуны.

В просторном, спрятавшемся за бетонным забором дворе Лео Тиилка, некоронованного медного короля Эстонии, стояло несколько иномарок: шикарный автобус «Шевроле», оборудованный связью т кондиционерами, два американских спортивных «Форда», потрепанный японский массивный джип, облепленный невероятным количеством противотуманных фар, и совсем новенький, с иголочки, «Мерс».

Похоже, медный король интересовался не только цветными металлами.

Леша ударил по клаксону и двор, похожий из-за полосатых гаражей на двор пожарной команды, огласился верблюжьим ревом. На звук выглянул из окна примыкающего к кирпичному дому флигеля удивительный человек. Его широкое лицо густо поросло белесыми бородавками. И сам он был белес, а маленькие глазки поглядывали на мир удивленно, но как бы с некоторым пониманием. И самое удивительное: многочисленные белесые бородавки этого человека ничуть не выглядели безобразными.

– Леша приехал! – обрадовался белесый.

– Его, наверное, сглазили? – спросил Сергей. – Не может быть на свете такого редкостно бородавчатого человека.

– Да ну! – радостно возразил Леша. – Это же Петер! Такого никогда не сглазишь. Тут шутка природы, сам он не при чем. Когда Петер появился на свет, доктор сразу дал по морде его матери – за его уродство, но сам Петер тут не при чем.

Сергей только покачал головой.

– Страстфуй, трук Леша! – радостно заявил, выйдя во двор, Петер. Он немножко горбился, но улыбка у него была добрая. – Наверное, сам курат не знал, что ты к нам етешь.

– А ты пошли его к черту! – заржал, выбираясь из машины, Леша.

– Как мошно шерта послать к шерту? – еще больше обрадовался Петер. – Курат, Леша, это и есть шерт, по-нашему. – И добавил с какой-то невероятной осознанностью: – Вот ты приехал, Леша. Это хорошо. У меня имеется ликер «Валга». Его как валгаллы вкусить, – наверное, это была шутка. – У меня имеются отшень вкусные пирошные. Я сварю тебе крепкий кофе. Мы теперь бутем с топой пить по тшёрному.