Откровенная речь графини несколько шокировала.
— И все-таки мне жаль, что они поссорились, — пробормотала Зоэ.
— Жаль? — немного резко спросила Джонет.
— Да. Потому что… он сказал мне… она утверждает, что беременна от него.
— Сказал? — Джонет слегка подняла одну бровь. — И что ты об этом думаешь?
— Я… я думаю, что едва ли мои мысли имеют значение.
— Нет уж, доставь мне удовольствие, — твердо заявила Джонет.
Зоэ открыла, было, рот, потом снова закрыла.
— Мне жаль ребенка, — наконец ответила она. — Кто может знать это лучше, чем я? Лорд Мерсер должен взять малыша и сам вырастить. Он говорит, что так и намерен сделать, и, полагаю, будет прав.
Джонет с довольной улыбкой откинулась в кресле.
— Пока это всего лишь шарада, — заметила она, царственно подняв руку. — Все довольно скоро выяснится.
Зоэ долго смотрела на собственные колени. Ее сплетенные пальцы были почти бескровны.
— Лорд Мерсер… он действительно порвал с ней? Улыбка Джонет стала ярче.
— Это, — промурлыкала графиня, — тебе лучше спросить у моего сына. — Она поднялась, давая понять, что аудиенция закончена. — А теперь, когда с неприятными темами покончено, — беспечно добавила графиня, — у меня есть хорошие новости.
— Да? — Округлив глаза, Зоэ вскочила. — Какие?
— У нас к обеду будут гости, — ответила Джонет, направляясь к двери. — Снова приедут сэр Уильям и Уэры. Мы изобрели способ завтра вытащить Робина из кровати пораньше.
— Не могу себе вообразить, — уныло сказала Зоэ.
— Сэр Уильям вчера вечером подстрелил лису, которая воровала его кур, — продолжала графиня. — И решил натаскать щенков к сезону.
Охоту с приманкой иногда устраивали, чтобы проверить нюхновых гончих. Мертвая лиса использовалась, чтобы проложить след.
— Думаю, мы можем прогуляться. — Джонет распахнула дверь. — Я знаю, что ты замечательно сидишь в седле.
— Я действительно люблю ездить верхом, — призналась Зоэ.
Но она всегда стремилась ездить с мужчинами, беспрепятственно перепрыгивать ворота и изгороди. Дамское седло не позволит осуществить такие проделки. Хотя она выше этого, но Зоэ не осмелится надеть бриджи в таком обществе.
Джонет махнула рукой в сторону конюшни. — Стюарт держит прекрасных верховых лошадей, — сказала она. — Попроси его помочь выбрать тебе одну.
Зоэ в который раз залилась румянцем.
— Спасибо, мэм, — спокойно ответила она. — Но у меня нет особенных предпочтений.
Глаза Джонет озорно вспыхнули.
— Да? Хорошо! Увидимся за обедом?
Было половина третьего, когда Зоэ с девочками отправилась прогуляться в деревню в сопровождении мисс Адлер. Зоэ шла торопливо, кипя от нервной энергии. Как уверяла Давиния, узкая, но симпатичная тропинка, срезая путь, приведет их через лес, по бревенчатому мосту в самое сердце Лоуэр-Торпа.
Обе девочки оживленно болтали. Как выяснила Зоэ, сестра Робина вообразила, что влюблена в Эдварда Уэра, старшего сына священника. Юноша был лет на десять старше ее, что не мешало девочкам, чуть ли не в обморок падать при каждом упоминании его имени.
В деревне они миновали почту и стоявшую рядом печально известную таверну «Роза и корона». Не удержавшись, Зоэ оглянулась. Заведение выглядело несколько обветшалым, и она не могла не задаться вопросом, что в этом месте такого привлекательного для Робина, что он проводит там дни… и ночи.
Но ей нужно сопровождать двух юных леди, пока мисс Адлер выполняет поручения, так что Зоэ отвела взгляд и старалась не думать об этом. Они зашли в лавочку купить шнурки, но когда вышли, карманы Давинии были полны мятных конфет. Потом зашли к шляпнику, где купили новую ленточку для Валерии, и к торговцу льняным товаром — мисс Адлер купила кружева для Джонет.
Скоро они повернули в обратный путь. Но мисс Адлер зашла на почту отправить письмо. Во дворе «Розы и короны» молодой конюх держал большую гнедую лошадь, которая показалась Зоэ знакомой. Почти сразу дверь таверны распахнулась, и появился седой джентльмен, фигурой смахивающий на бочку.
— Сэр Уильям! — Давиния с неприличной поспешностью помчалась во двор, таща за собой Валерию.
У Зоэ не было выбора, она двинулась следом. Сквайр уже сел в седло.
— Добрый день, леди Давиния, леди Валерия. — Он глянул вниз, и на его лице появилось напряженное выражение. — Ах, и мисс Армстронг! Как поживаете?
— Прекрасно, сэр, — сделала реверанс Зоэ. — Надеюсь, леди Шенклинг…
— Сэр Уильям, это правда? — перебила ее Давиния. — Вы завтра устраиваете охоту? Можно мне поехать посмотреть?
Сквайр рассмеялся.
— Будет что-то вроде охоты, — ласково сказал он. — Что же касается «посмотреть», то вам нужно спросить об этом маму, юная леди.
Лицо Давинии вытянулось.
— Как я понимаю, мы будем иметь удовольствие видеть вас на обеде? — улыбнулась ему Зоэ.
— Да. — Сэр Уильям дернул мясистыми руками поводья, направляя лошадь на улицу. — Поторапливайтесь домой, мои дорогие. Чувствую, скоро с пролива налетит дождь.
Зоэ взглянула в безоблачное синее небо.
— Мы должны подождать мисс Адлер, — сказала Давиния.
Странная тень промелькнула на лице сквайра.
— А-а… Тогда всем доброго дня. — С этими словами сквайр коснулся полей шляпы и пустил лошадь вскачь.
Давиния, повернувшись, пнула камешек.
— Мама никогда меня не пустит, — горестно вздохнула она. — А у меня есть новая амазонка.
— Идем, Дав, — зашептала Зоэ. — Мисс Адлер будет ругаться из-за того, что мы стоим во дворе таверны.
Дверь таверны снова распахнулась, послышались переливы женского смеха. К изумлению Зоэ, появился Робин, на лице плотоядное выражение, галстук развязан.
— И пусть это будет тебе уроком, прохвост бесстыжий! — Вышедшая следом пышнотелая блондинка дернула его за галстук, будто собираясь втащить обратно.
— Ах, Джемми, любовь моя, ты разбиваешь мне сердце! — добродушно пророкотал Робин. — Вчера ночью ты была не так застенчива!
Блондинка снова рассмеялась, за галстук притянула Робина к себе и звучно поцеловала в губы.
— Ой, это Джемайма, — изумленно прошептала Давиния. — Кухарка говорит, что у нее круглые пятки.
— Круглые пятки? — невинно заморгала Валерия. — Разве не у всех так?
Давиния пожала плечами:
— Наверное, это значит вертушка. Кухарка всегда морщит нос, когда это говорит.
Джемайма все еще что-то нашептывала Робину на ухо. Зоэ, скрестив руки, наблюдала, как он снова рассмеялся, потом оба повернулись к конюшням. Молодой конюх вернулся со второй лошадью.
