Читаем без скачивания Прах к праху - Тэми Хоуг

Куинн искоса посмотрел на нее и произнес:

— Пять лет — слишком долгий срок для обиды.

— Я на тебя не обижаюсь.

— Так я и поверил, черт побери! — рассмеялся он. — Ты не отвечаешь на мои звонки. Не желаешь разговаривать со мной. Каждый раз, когда видишь меня, поворачиваешься спиной.

— Я видела тебя… максимум пару раз. В первый раз ты использовал меня, чтобы добиться своего. Во второй — чтобы потешиться над моей работой…

— Неправда, — возразил Куинн. — Над твоим клиентом.

— Ну, это меняет дело, — язвительно ответила Кейт, намеренно забыв о том, что над Дэвидом Уиллисом потешались все, в том числе и она сама. Не желая, чтобы Куинн смотрел на нее сверху вниз, она встала. — Джон, то, чем я здесь занимаюсь, крайне важно. Может, не так, как то, чем занимаешься ты, но все равно.

— Не стану спорить.

— Не станешь? Насколько мне помнится, когда я решила уйти из Бюро, ты сказал мне, что я кидаю свою жизнь псу под хвост.

Ее слова высекли искру застарелой обиды, которая тут же вспыхнула огоньком в его темных глазах.

— Ты поставила крест на завидной карьере. Сколько лет прослужила? Четырнадцать или пятнадцать? Ты была ценным приобретением для отдела бихевиористики, хорошим агентом, и…

— А сейчас еще и лучший адвокат. Я имею дело с людьми, которые пока еще живы. Вытаскиваю их из пучины отчаяния, помогаю в трудную минуту заново обрести силы, сделать шаги, с которых начнется новая жизнь. Разве это не ценное приобретение?

— Я не против того, что ты стала адвокатом, — возразил Куинн. — Я против твоего ухода из Бюро. Ты позволила Стивену выставить тебя…

— Я не позволила!

— Ты просто сбежала и позволила ему победить.

— Он не победил, — парировала Кейт. — Я бы назвала это победой, если бы он медленно выдавил жизнь из моей карьеры, по капельке за один раз. Что же я должна была делать — остаться, чтобы показать свою упертость? Что, по-твоему, я сделала не так? Или ты предпочел бы, чтобы я без конца переводилась с места на место, пока у него не закончились бы друзья? Или чтобы в конце концов оказалась в каком-нибудь Гэллапе, штат Нью-Мексико, подсчитывая змей и тарантулов, переползающих через дорогу?

— Ты могла бы побороться с ним, Кейт, — стоял на своем Куинн. — Я бы поддержал тебя.

Кейт сложила на груди руки и удивленно выгнула бровь.

— Правда? Насколько я помню, после твоего небольшого конфликта с отделом дисциплинарной ответственности ты не слишком-то горел желанием иметь со мной дело.

— Это здесь совершенно ни при чем, — сердито бросил Куинн. — Я никогда не боялся этих парней. Стивен и его пакостные подковерные игры никогда меня не страшили. Просто оказался связан по рукам и ногам. Одновременно расследовал не менее семи десятков дел, включая и Кливлендского Каннибала…

— Можешь не рассказывать, — съязвила Кейт. — Всемогущий Куинн, несущий на плечах бремя криминального мира.

— И что ты хочешь этим сказать? — холодно спросил он. — У меня есть работа, и я ее делаю.

«И к чертям весь остальной мир, включая меня», — подумала Кейт, но вслух не сказала. Что толку? Это не изменит историю их отношений. Бессмысленно утверждать, что ему не все равно, что именно отдел дисциплинарной ответственности занес в его личное дело. Бессмысленно спорить с Куинном, считающим, что главное в жизни — работа.

Короче говоря, у нее был роман, который нанес смертельный удар по браку, и без того давно трещавшему по швам. Возмездие оскорбленного мужа столкнуло ее с карьерной лестницы. Куинн же избежал катастрофы и растворился в первой своей любви — работе. Когда судьба нанесла удар, он отступил назад и позволил Кейт упасть. Она решила уйти, а он не стал удерживать ее, не попросил остаться. За пять лет он ни разу не позвонил. Впрочем, ей это тоже было не нужно.

Теперь Куинн настолько близко, что до обоняния Кейт доносился легкий запах его крема после бритья. Она едва ли не кожей чувствовала его напряжение. Мельчайшие частички воспоминаний, которые столько лет она носила в себе, всплыли на поверхность. Сила его рук, тепло тела, утешение, — все, что он предлагал ей и что она впитывала в себя подобно губке.

Но ошибка заключалась в том, что тогда он был нужен. Теперь же она не нуждалась в нем.

Кейт отвернулась и вновь опустилась на стул.

— У меня есть работа, которую нужно делать, — сказала она, посмотрев на часы. — Думаю, что и ты здесь находишься по той же причине.

Куинн медленно выдохнул, и плечи его поникли дюйма на три. Он не ожидал, что старые чувства так быстро прорвутся наружу. А ведь это совершенно не в его характере — отступать без победы.

Он сделал шаг назад.

— Сэйбин хочет, чтобы я сидел с тобой и свидетельницей, когда она придет к Оскару работать над фотороботом.

— Мне плевать, — упрямо произнесла Кейт. — Я не хочу, чтобы ты приходил. Мне и без того трудно с этой девчонкой. Стоит кому-нибудь прошептать коротенькое слово «ФБР», как она сбежит.

— Ну, тогда не надо его произносить.

— Она почувствует ложь за километр.

— Эта девица даже не заметит моего присутствия. Обещаю, что буду сидеть в углу тихо, как мышка.

Кейт едва не расхохоталась. Как это можно не заметить Куинна? Загорелого, рослого, мускулистого красавчика в дорогом итальянском костюме? И чтобы девчонка вроде Эйнджи его не заметила?

— Хотелось бы посмотреть на нее, — сказал он. — Кстати, как она тебе? Ей можно верить?

— Лживая и изворотливая сучка, которая любит сквернословить, — упрямо ответила Кейт. — Скорее всего, она беглянка. Я бы дала ей лет шестнадцать, не больше. Жизнь ее изрядно потрепала, она одинока и до ужаса напугана.

— Типичный американский ребенок, — сухо пошутил Куинн. — Так все-таки видела она Коптильщика или нет?

Кейт задумалась над его вопросом. Действительно, видела или нет? Какой бы алчной ни была эта девица, рассчитывая на вознаграждение, какую бы ложь ни городила, то, что она заглянула в лицо зла, — факт неоспоримый. Кейт это интуитивно чувствовала.

— Да, думаю, что видела.

Куинн кивнул.

— Но по-прежнему не признается?

— Она боится мести преступника, а может, и копов тоже. И ни за что не скажет, что делала той ночью в парке.

— Твои предположения?

— Может, искала наркотики. Или же обслужила клиента где-то поблизости и свернула через парк, чтобы вернуться в какой-нибудь темный проулок, где обычно ночует.

— Приводы у нее были?

— Никто не смог найти. Мы пробиваем данные по базе и фото по делам, связанным с сексуальными преступлениями, наркотиками и прочим, что относится к молодежной преступности. Пока ничего не нарыли.

— Женщина-загадка.

— Во всяком случае, она — не воплощенная невинность.

— Плохо, что ты нигде не нашла ее отпечатков.

Кейт состроила гримасу.

— Мы их получим, если пойдем на поводу у Сэйбина. Он хотел, чтобы Ковач в понедельник посадил ее под арест и хорошенько припугнул.

— Могло бы сработать.

— Только через мой труп.

Услышав знакомый металл в голосе, Куинн не смог сдержать улыбки. Кейт явно покрывает подопечную, даже если та и впрямь лживая маленькая стерва. Ковач рассказывал, что Кейт профессионал с большой буквы, она защищает потерпевших и свидетелей, как будто родственников. Интересный подбор слов.

За эти пять лет Кейт так больше и не вышла замуж. Ни на столе, ни на полке он не заметил фотографии, на которой был бы изображен ее нынешний любовник. Зато в изящную серебряную рамку вставлено небольшое фото маленькой девочки. Милое личико, задвинутое в угол среди груды всевозможных бумаг, подальше от нескромных взглядов посетителей и почти скрытое от ее собственных глаз. Дочь, чья смерть легла на ее совесть, словно камень.

Тогда душевная боль едва не раздавила ее. Здравомыслящая, непробиваемая Кейт Конлан. Горе и чувство вины ударили, как грузовик на полном ходу, сокрушив и оглушив. Он не знала, как с этим справиться. Возвращаться к бывшему мужу не имело смысла, ведь Стивен Уотерсон с готовностью переложил собственное чувство вины на ее плечи. И тогда она вернулась к одному из его друзей…

— Если ты брякнешь Сэйбину, что это сработало бы, — продолжила она, — то получишь очередной труп. Свой. Я сказала, что ты поддержишь меня, Джон. Так что давай, нечего увиливать. Ведь за тобой должок.

— Верно, — ответил Куинн, чувствуя, как воспоминания всплывают на поверхность. — По крайней мере один — это точно.

Глава 14

Расположенная чуть южнее клубка автострад, что опоясали центральную часть Миннеаполиса, кофейня «Ди Кап» была достаточно стильной, чтобы сюда захаживали так называемые люди искусства, и достаточно чистой, чтобы привлекать зрителей расположенного по соседству театра и посетителей художественного центра. Зайдя внутрь, Лиска тотчас набрала полную грудь напоенного кофейными ароматами воздуха.