— Задавать вопросы, на которые я уже знаю ответ, — ответил Эдди.
— И каков ответ на твой последний вопрос?
— Мы вернемся в Тандерклеп, прежде чем идти к Башне. Убьем Разрушителей или выпустим их на свободу. Ради спасения Лучей. Убьем Уолтера, или Флегга, или как он там себя называет. Потому что он — фельдмаршал, не так ли?
— Был, — согласился Роланд, — но теперь на сцене появился новый игрок. — Он посмотрел на робота. — Найджел, ты мне нужен.
Найджел опустил руки и поднял голову.
— Чем я могу вам услужить?
— Принести что-нибудь пишущее. Есть тут такое?
— Ручки, карандаши, мел находятся в кабинете надзирателя в дальнем конце палаты извлечения. Во всяком случае, были, когда я заглядывал туда в последний раз.
— Палата извлечения, — повторил Роланд, оглядывая ряды кроватей. — Так ты это называешь?
— Да, сэй. — А потом добавил, очень робко: — Интонации вашего голоса предполагают, что вы сердитесь. Это действительно так?
— Они привозили сюда детей, сотнями и тысячами, по большей части здоровых, из того мира, где многие рождаются больными, и высасывали у них мозги. Так с чего мне злиться?
— Сэй, я уверен, что не знаю. — Найджел, похоже, уже сожалел о том, что вернулся сюда. — Но я не принимал никакого участия в процедуре извлечения, заверяю вас. Я занимаюсь домашним хозяйством, в том числе и техническим обслуживанием.
— Принеси карандаш и кусок мела.
— Сэй, вы не собираетесь уничтожить меня, не так ли? Последние двенадцать или четырнадцать лет извлечением руководил доктор Скоутер, а он мертв. Вот эта леди-сэй застрелила доктора Скоутера из его же пистолета. — В голосе Найджела прозвучала очень явственная нотка упрека.
— Принеси карандаш и кусок мела, да побыстрее, — повторил Роланд.
Найджел отбыл.
— Говоря про нового игрока, ты имел в виду младенца. — В голосе Сюзанны вопросительные нотки отсутствовали.
— Естественно. У него два отца, у этого бей-бо.
Сюзанна кивнула. Она думала о том, что поведала ей Миа, когда Прыжок забросил их в покинутый всеми Федик, всеми, за исключением компании Сейра — Скоутера да Волков-мародеров. Две женщины, белая и черная, одна беременная, вторая — нет, сидели на стульях перед салуном «Джин-Пуппи». Вот там Миа много чего рассказала жене Эдди Дина, возможно, больше, чем кто-либо из них знал.
«Именно там они изменили меня», — сказала ей Миа. Под «они», вероятно, подразумевался доктор Скоутер и другие врачи. Плюс маги? Такие же, как Мэнни, только перешедшие на другую сторону? Возможно. Кто мог это знать? В палате извлечения ее сделали смертной. Потом, после того как сперма Роланда уже была в ней, случилось что-то еще. От этого отрезка времени у Миа сохранилась в памяти только красная темнота. Вот Сюзанна и задалась вопросом: может, как раз в это время к ней приходил сам Алый Король и залез на нее своим огромным и древним паучьим телом, или его сперму каким-то магическим образом перемешали со спермой Роланда. В любом случае младенец был самой чудовищной помесью, какую только могла представить себе Сюзанна: не вервольфом — верспайдером.[47] И теперь он находился неизвестно где. Может, далеко, а может — совсем рядом, наблюдая за ними даже в этот самый момент, когда они совещались, а Найджел вернулся с письменными принадлежностями.
Да, — подумала она. — Он наблюдает за нами. И ненавидит нас… но не всех одинаково. Больше всего дан-тете ненавидит Роланда. Своего первого отца.
Она содрогнулась.
— Мордред хочет убить тебя, Роланд. Такова его цель. Для этого он создан. Положить конец тебе, твоему походу, Башне.
— Да, — кивнул Роланд, — а потом править, заняв место отца. Потому что Алый Король стар, и я все больше и больше склоняюсь к мысли о том, что он в заточении. А если это так, то не он наш настоящий враг.
— Мы пойдем в его замок на другой стороне Дискордии? — спросил Джейк. За последние полчаса он заговорил впервые. — Мы пойдем, не так ли?
— Я так думаю, да, — ответил Роланд. — «Ле кас руа рюс»,[48] так называют его древние легенды. Туда пойдет весь ка-тет, и мы убьем всех, кто там живет.
— Да будет так! — воскликнул Эдди. — Господи, да будет так.
— Ага, — согласился Роланд. — Но наша первая задача — Разрушители. Лучетрясение, которое мы ощутили в Калье Брин Стерджис, перед тем как отправились сюда, предполагает, что их работа близка к завершению. Однако если они не…
— Наша работа — не дать им довести ее до конца, — вставил Эдди.
Роланд кивнул. Выглядел он еще более уставшим, чем всегда.
— Ага. Убить их и выпустить на свободу. В любом случае мы должны помешать им в разрушении двух оставшихся Лучей. И мы должны прикончить дан-тете. Сына Алого Короля… и моего сына.
5Найджел доказал свою полезность (впрочем, как потом выяснится, помогал он не только Роланду и его ка-тету). Прежде всего он принес два карандаша, две ручки (одну такую древнюю, что ею, возможно, пользовался писец Диккенса) и три куска мела, один в серебряном футляре, который выглядел, как женская губная помада. Роланд взял именно этот кусок, а другой отдал Джейку.
— Я не могу писать слова, которые вам легко понимать, но цифры у нас одинаковые или, во всяком случае, очень схожи. Пиши сбоку то, что я буду говорить, Джейк, и пиши правильно.
Джейк все сделал, как и просил Роланд. В результате появилась грубая карта с пояснениями.
— Федик. — Роланд указал на 1, потом провел короткую линию к 2. — А это замок Дискордия, с дверьми под ним. Из того, что нам известно, их там много. Должен быть коридор, которым мы можем пройти отсюда туда, под замок. А теперь, Сюзанна, расскажи, каким путем шли Волки и что они делали. — Он протянул ей мелок в футляре.
Сюзанна взяла его, не без восхищения отметив, что мел самозатачивающийся. Пустячок, конечно, но приятно.
— Они проходят через одностороннюю дверь, которая переносит их вот сюда. — Сюзанна провела линию от 2 до 3. Эту цифру Джейк назвал «Станция „Тандерклеп“». — Мы узнаем эту дверь, потому что она должна быть большой, если, конечно, они не проходили через нее по одному.
— Может, и проходили, — вставил Эдди. — Если я не ошибаюсь, им приходится пользоваться лишь тем, что осталось от древних людей.
— Ты не ошибаешься, — сказал Роланд. — Продолжай, Сюзанна. — Сидел он не на корточках, а на пятой точке, вытянув правую ногу. Эдди оставалось только гадать, сколь сильно болит у Роланда правое бедро и есть ли во вновь обретенном мешке хоть капля кошачьего масла Розалиты. Он склонялся к тому, что нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
