Корнус открыл верхний ящик и положил перед магистром Риером небольшой, но приятно звякнувший кошелек.
— Отличная работа, Риер, — Магистр громко сглотнул, с жадностью глядя на награду, но лишь сильнее вцепился в уже насквозь мокрый платок. Министр перестал улыбаться и подозрительно прищурился. — Есть еще что-то, что ты хочешь мне рассказать?
Гость кивнул, беззвучно щелкнул пальцами, и на столе возникла инкрустированная перламутром шкатулка. Корнус облизнул враз пересохшие губы и посмотрел на съежившегося в кресле мага:
— Она ее открыла? — Риер кивнул. Министр дрожащими от волнения пальцами откинул крышку и тут же ее закрыл. Глаза мага потемнели. — Где артефакт? — обманчиво ласково поинтересовался Корнус, вставая из-за стола.
Магистр Риер вжался в спинку кресла и, заикаясь, пролепетал:
— У Жемчужины.
Министр осел обратно в кресло и, с трудом сдерживая ярость, прохрипел:
— Мальчишка знает? — Магистр кивнул. Корнус сделал глубокий вдох и прикрыл глаза. — «Сердце моря» не должно вернуться в Дейнир. Даже если придется убить наследника, а вместе с ним и Жемчужину. Ты понял меня, Риер?!
***
Гоблин ловко сгрузил поднос с завтраком на стол и огляделся. Госпожа ректор обычно встречала его на пороге, отбирала поднос и тут же выставляла за дверь. Но сегодня Ариги повезло, суровый ректор не только не заперла дверь, но и продолжала спать. Гоблин посмотрел на часы — стрелка неуклонно приближалась к десяти. Служка повернул свой острый, охочий до сплетен нос в сторону спальни и принюхался. Ректор была одна, но ночью тут явно был еще кто-то, и не один. Ариги сделал робкий шаг в сторону спальни и втянул носом воздух. В комнате пахло некромантом, гоблин сделал еще шаг и сунул нос в спальню.
Скомканное одеяло и подушка валялись на полу, ректор разметалась по кровати. Пижама опасно задралась вверх, открывая выступающие лопатки и родинку над копчиком. Ариги покраснел до кончиков ушей, но любопытный нос уже успел уловить запах эльфа, которым ректор успела пропитаться насквозь. Гоблин счастливо пискнул, предвкушая, как будет делиться новостями на кухне.
Рей перевернулась на спину и, сладко причмокнув губами, продолжила спать как ни в чем не бывало. Ариги тяжело вздохнул, поднял подушку с пола, и, прикрывшись ей как щитом, пошел будить начальство.
— Госпожа ректор… — гоблин осторожно потряс спящую за плечо. Не открывая глаз, Рей попыталась пнуть доброжелателя, но промахнулась. — Госпожа ректор, — чуть громче произнес служка, не рискуя, впрочем, подходить близко. Рей недовольно заворчала, стараясь нащупать подушку, чтобы накрыть ее голову. — Госпожа ректор, — начал гоблин в третий раз, но тут окно распахнулось, и в комнату с тихим шорохом вползла усыпанная розами плеть. Она скользнула мимо замершего Ариги, взобралась на кровать и пощекотала ректору пятку. Еще две плети в это время скользнули к шкафу, распахнули дверцы и вытащили оттуда единственное платье. Гоблин попятился к выходу, зеленый стебель ловко вытащил у него из рук подушку и захлопнул дверь спальни за его спиной.
Гоблин осторожно приложил ухо к закрытой двери, и тут же из-за нее донеслось:
— Какого е…го демона, совсем ох…! Да чтоб тебя! — служка тихо ойкнул и стрелой вылетел из ректорских комнат.
Рей отобрала у роз платье и уселась на кровать. Вчерашнего разговора с Айзири ей хватило, чтобы понять, что эльф ее в покое не оставит. Да и кто бы оставил. Дармовые источники силы на дороге не валяются. Ректор запихнула платье в шкаф и вытащила на свет старую армейскую сумку, последнюю пару сапог и китель. Мысль сбежать казалось настолько соблазнительной, что Рей пришлось пару раз тряхнуть головой, чтобы ее отогнать. Идти ей некуда, да и не отпустят ее просто так. Маги уверены, что она похитила артефакт, которого и в помине не было в старой шкатулке, а если к погоне присоединится эльф, то ее скрутят еще по дороге в порт. Жемчужина распахнула сумку, на дне лежал армейский нож с пятью зарубками на рукояти. По одной за каждый год службы. Рей зашвырнула сумку обратно в шкаф и пошла в ванную, часы уже пробили десять, стоило поторопиться.
У ректорского кабинета нес вахту Его Высочество Инери де Ро. Принц был вооружен букетом роз и перетянутой красной лентой коробкой конфет. Рей одернула форменный китель, поправила пристегнутый к поясу нож и пригласила принца войти. Стоило двери кабинета захлопнуться, как цветы и конфеты полетели на пол, а оборотень сгреб ректора в охапку и попытался запечатлеть на ее губах страстный поцелуй. За что тут же и поплатился. Рей сомкнула зубы и прокусила ему губу. Инери зарычал, выпуская когти, за что тут же получил удар армейским сапогом по ноге.
— Адепт де Ро, — рей сплюнула кровь на пол. — Мне казалось, мы все выяснили еще в прошлый раз.
Принц с видимым удовольствием облизал кровоточащую губу и разжал объятия. Ректор, чувствуя спиной взгляд кошачьих глаз, медленно обошла стол и заняла свое место. Оборотень снова облизнулся и сел напротив. Ему понравилось играть с ней, он чувствовал исходившую от этой женщины силу и опасность. Инери готовы был поклясться своей удачей на охоте, что эта женщина едва ли не опаснее всех, кого он встречал до этого, хотя бы потому, что он не готов ее убить. С остальными таких проблем не возникало, даже своей последней фаворитке принц без колебаний разорвал горло, когда застал ее с кинжалом у своей постели. А эта женщина заставляла его сомневаться, внутренний зверь бунтовал, стоило только подумать об ее убийстве. К тому же она отвратительно пахла эльфом. Это раздражало.
Инери обвил хвостом ножку кресла и попытался улыбнуться. Вышло плохо, вместо доброжелательной улыбки вышел хищный оскал. Оборотень провел языком по чуть удлинившимся клыкам и попытался унять раздражение. Он пришел сюда не за этим.
— Я бы хотел перекупить артефакт, госпожа де Оре, — промурлыкал принц, не отрывая взгляда от пары кровавых пятнышек на кителе. — Надеюсь, вы понимаете,
