Я резко притягиваю Селесту в свои объятия. Она обвивает руками мою спину и укладывает голову у меня на груди. Я несколько раз целую ее макушку.
Мне с ней тепло и уютно. Моя солнечная девочка. И это настоящий подарок судьбы, что я ее встретил, что она вдруг неожиданно согласилась провести со мной эту ночь в Париже. С абсолютно незнакомым парнем, с которым случайно познакомилась в каком-то баре. Водит меня всю ночь по городу, показывает разные интересные места. А могла бы сейчас уже лежать в кровати и видеть десятый сон.
Но мой проклятый самолёт все ближе и ближе.
Бросаю взгляд на часы. 40 минут до моего отъезда в аэропорт.
— Селеста, — зову ее.
— Что? — отрывает голову от моей груди и смотрит на меня.
— А мы с тобой еще увидимся?
Она застывает и смотрит на меня немигающе взглядом.
— Может быть, — отвечает туманно.
— Поехали со мной в Москву?
Она смеётся.
— Что я буду там делать?
— Книги писать.
После моих слов улыбка как-то очень быстро сходит с ее лица.
— Я уже три года ничего не пишу.
— Почему?
— Ряд событий в моей жизни произошёл. Больше не могу писать.
— Это были трагические события? — осторожно интересуюсь.
— Да…
— Не расскажешь мне?
Ее лицо моментально искажается болью. Такой сильной, что я тут же начинаю жалеть о своей просьбе.
— Моя лучшая подруга умерла, — говорит, наконец. — И я разорвала помолвку со своим женихом за два месяца до свадьбы. А затем и вовсе кардинально изменила свою жизнь.
— Кем был твой жених?
Этот вопрос мучает меня с того момента, как я услышал от парня в ресторане «Не собираешься снова замуж?». Всю ночь подавлял в себе любопытство и внушал, что это не мое дело. Но больше не могу. Хочу знать.
— Мой друг детства. Мы были одноклассниками, учились вместе в интернате. Он начал встречаться с моей лучшей подругой, она его любила. Ему она тоже нравилась, но его чувства к ней так и остались симпатией. А в меня он со временем влюбился.
— И ты увела его у подруги? — догадываюсь.
Селеста тяжело вздыхает.
— Не совсем увела. Он сам хотел уйти, хотя я просила его не делать этого. Но в итоге мне все-таки пришлось выбирать между ним и подругой. И я выбрала его. А за пару месяцев до нашей свадьбы моя подруга умерла, и я поняла, что не могу быть с ним. Все мои чувства к нему будто испарились в один момент. Просто нас с ним не должно было быть изначально.
Я ничего ей не отвечаю.
«Нас с ним не должно было быть изначально».
Пожалуй, нас с Кристиной тоже не должно было быть изначально.
Глава 33. Другая жизнь
POV Кнопка
Три года назад
Я возвращаюсь с кладбища домой очень поздно. Себас звонил мне несколько раз, но я выключила телефон. У меня не было ни малейшего желания говорить с ним.
— Черт возьми, Кнопка, где ты пропадала? — налетает на меня сходу, когда я переступаю порог квартиры. Затем он бросает на меня взгляд, замечает мое состояние и спрашивает обеспокоенно. — Дорогая, что-то случилось?
Я смотрю на него будто через какую-то пелену. Себ подходит ко мне вплотную, берет в ладони мое лицо и всматривается в глаза.
— Любимая, что произошло? Где ты была?
Я внимательно рассматриваю его лицо. За столько лет я выучила каждую его черточку, каждую ямочку, каждую родинку. Я знаю Себастиана всю свою жизнь. И люблю его тоже всю свою жизнь.
Но вот сейчас я смотрю ему ровно в глаза и чувствую внутри лишь пустоту. Как будто у меня вырвали сердце, и я больше не способна испытывать эмоции.
— Я была на кладбище, — наконец-то говорю ему. — Флёр умерла.
Себ резко от меня отстраняется и начинает жадно хватать ртом воздух.
— Господи… Как же так? Ей ведь всего 23…
Себ беспомощно запускает ладонь в волосы и трясёт головой с зажмуренными глазами. Затем оборачивается ко мне и крепко обнимает.
— Кнопочка, мне так жаль. Если бы мы только знали раньше…
Я прижимаюсь к нему в ответ, но тело мое не реагирует на прикосновения Себа. Я стала словно камень.
— Мы можем как-то помочь ее родителям?
— Не думаю, — отвечаю ему, помедлив.
Себастиан целует мои волосы и сильнее сжимает меня в своих руках.
— Это так ужасно. Почему ты мне не позвонила? Вместе бы съездили на кладбище…
Я высвобождаюсь из его рук.
— Давай ложиться спать?
— Давай…
В кровати Себ по привычке прижимает меня к себе, но меня его объятия сейчас только тяготят. Когда он засыпает, я осторожно высвобождаюсь из его рук и отстраняюсь на другой конец кровати. Такое ощущение, что часть меня умерла вместе с Флёр.
Я смотрю на полную Луну в окне и не имею ни малейшей идеи, как мне жить дальше, зная, что ее больше нет — этой чистой, доброй, романтичной девушки, которая всегда верила только в добро. В интернате я была готова убить любого, кто смел ее обидеть. И только ее мягкие и нежные объятия успокаивали меня, когда я возвращалась в школу с каникул у своей семьи. Не отец, мать и Элайза были моей настоящей семьей, а она, Флёр. Она была моей сестрой, которую я жестоко предала.
Я тихо переворачиваюсь лицом к Себу и внимательно смотрю на него спящего. Человек, которого я предпочла ей. Человек, из-за которого я лишилась ее. Он за все эти шесть лет даже ни разу не вспомнил Флёр. А когда ее вспоминала я, он только отмахивался.
— Флёр нет в универе, — сказала я ему, спустя месяц после начала учебы.
— Ну и хорошо, — ответил мне. — Давай закажем пиццу на ужин?
— У Флёр завтра день рождения… Я хочу ее поздравить, — говорю я Себу несколько лет назад.
Он скептически морщится.
— Зачем?
— Мне сегодня снилась Флёр, — тихо начинаю за завтраком года три назад.
— Ты до сих пор ее вспоминаешь? Выкини из головы.
Утром Себ уходит на работу, а я одеваюсь и снова еду на кладбище. Опускаюсь на землю у ее могилы, обнимаю памятник и сижу так полдня.
Разве Флёр заслужила того, чтобы ее жизнь оборвалась в 23 года? Разве Флёр заслужила того, чтобы так страдать на протяжении шести лет? Разве Флёр заслужила того, чтобы ее мечты так и остались неисполненными?
Мой телефон в сумке разрывается целый день. Звонит наш свадебный распорядитель. Но я не беру трубку. Я не хочу больше думать о свадьбе с Себастианом. Я вообще больше ни о чем не хочу думать.
— Мне звонил наш свадебный распорядитель, — начинает Себ сходу, как только переступает порог квартиры. — Почему ты не отвечаешь на его звонки? У нас проблема с рестораном. Он не прошёл противопожарную проверку, и его закрывают. Нужно срочно искать новый.
Я смотрю на него немигающим взглядом и вообще не понимаю, о чем он говорит. Себ смотрит на мое лицо и тут же осекается. Садится рядом со мной на диван и берет мою холодную руку в свою.
— Дорогая, я все понимаю. Это очень неожиданное потрясение. Но у нас через два месяца свадьба…
— Она не нужна мне, — говорю хриплым и севшим голосом.
Себас еще крепче сжимает мою руку.
— Давай откажемся от торжества? Просто распишемся. Или давай перенесём свадьбу на год? Выждем положенное трауром время… А хочешь, перенесём на год и не будем делать торжество? Просто распишемся следующим летом и все.
Он смотрит на меня с такой любовью и заботой. Но я больше не могу ответить ему тем же взглядом. Я всматриваюсь в лицо человека, которого люблю с шести лет, и чувствую лишь пустоту. Выжженное поле.
— Я ухожу от тебя, — говорю спокойно, ровно. И ни один нерв во мне сейчас не шелохнулся.
Себас округляет глаза и начинает быстро дышать.
