Читаем без скачивания Ганнибал. Враг Рима - Бен Кейн

Квинт улыбнулся до самых ушей. Фабриции принадлежали к сословию всадников, и их статус был не столь высок, чтобы он мог претендовать на должность трибуна. Но при покровительстве влиятельных людей это могло оказаться куда проще. Слова его будущего зятя немало смягчили разочарование Квинта оттого, что он не отправляется вместе с отцом.

— Я жду возможности послужить Риму, — с гордостью отрапортовал Квинт. — Куда бы меня ни послали.

Флакк похлопал его по спине:

— Вот это правильно.

Но увидев Аврелию, подвинул Квинта в сторону.

— Позволь мне поговорить с невестой, прежде чем я отправлюсь. До июня еще очень далеко.

Обрадованный перспективой блестящей военной карьеры, Квинт списал поспешность Флакка на желание пообщаться с будущей женой. Аврелия превращалась в прекрасную молодую женщину, кто же откажется на ней жениться? Оставив Флакка, Квинт принялся разыскивать отца.

— Аврелия! — крикнул Флакк, входя на внутренний дворик.

Девушка, которая как раз погрузилась в мысли насчет того, какой будет семейная жизнь, едва не подпрыгнула, затем неловко поклонилась.

— Флакк.

— Прогуляемся? — предложил тот, делая жест рукой.

На щеках Аврелии появились крохотные красные пятнышки.

— Я не уверена, что мать разрешит…

— За кого ты меня принимаешь? — с легким удивлением спросил Флакк. — Я даже не подразумевал, что ты выйдешь из дома без сопровождающего. Имел в виду пройтись по внутреннему двору, у всех на виду.

— Конечно же, — смущенно согласилась Аврелия. — Прости.

— Это я виноват, что не объяснил, — произнес Флакк, ободряюще улыбаясь. — Просто подумал, что, если нам суждено пожениться, было бы хорошо хоть немного времени провести вместе. Близится война, и скоро таких возможностей уже не будет.

— Да, конечно, — ответила Аврелия, спешно подходя ближе.

Флакк буквально ел ее глазами.

— Бахус сделает привлекательным самого некрасивого, и одни боги знают, сколько я вчера выпил его напитка. Но при свете солнца твоя красота еще блистательнее, — сказал он. — А это действительно редкость.

Не привычная к таким комплиментам, Аврелия покраснела до корней волос.

— Благодарю тебя, — прошептала она.

Они принялись прохаживаться по периметру внутреннего двора. Чувствуя неловкость за свое молчание, девушка начала показывать на различные деревья и растения, посаженные здесь. Лимоны, миндаль, инжир, лозы винограда, которые оплели деревянные подпорки, образовав естественную тень.

— Сейчас не то время года, чтобы глядеть на них, — сказала она. — Летом здесь очень красиво. К празднику Виналия Рустика уже можно все собирать не сходя с места.

— Уверен, это красиво, но я собирался говорить не о винограде. — Заметив ее смущение, Флакк взял инициативу в свои руки. — Расскажи мне о себе. Что тебе нравится?

Аврелия задумалась в нерешительности, не зная, что может заинтересовать Флакка.

— Люблю говорить на греческом. В математике и геометрии я лучше Квинта.

Уголки губ Флакка дернулись.

— В самом деле? Чудесно. Значит, ты девушка образованная.

— Наверное, — покраснев, ответила Аврелия.

— Значит, сможешь правильно считать деньги. Математика никогда не была моим любимым предметом.

Аврелия почувствовала себя немного увереннее.

— А как насчет философии?

Флакк глянул на нее поверх длинного носа.

— Концепции пиетета и официума мне привили с младенчества. Мой отец постарался, чтобы идея служения Риму была главным для меня и моего брата. Конечно, мы учились и другому. Прежде чем проходить военное обучение, отправились в школу стоиков в Афинах. Хотя там мне и не очень понравилось. Они там только сидят в переполненных залах и разговаривают. Мне это несколько напомнило Сенат. — Лицо Флакка просветлело. — Однако думаю, скоро я получу высокий пост в одном из легионов. Уверен, мне это подойдет намного больше.

Аврелия заразилась его энтузиазмом. Это напомнило ей Квинта, и она сразу же подумала о том, чего сможет достичь брат, если она выйдет замуж за представителя такого уважаемого семейства.

— Ведь твой брат уже служил консулом, так? — спросила она.

— Да, — с гордостью ответил Флакк. — Разгромил бойев, четыре года назад.

Аврелия никогда не слышала о бойях, но не собиралась в этом признаваться.

— Слышала, как отец рассказывал об этой войне, — с умным видом сообщила она. — Отличная победа.

— Если боги будут благосклонны, когда-нибудь я достигну не меньшего, — с пылом уверил ее Флакк, поглядел вдаль, а затем снова воззрился на Аврелию. — Не скажу, что я чураюсь обычных радостей — таких, как поглядеть на гонки колесниц, поездить верхом, поохотиться…

— И я тоже, — не раздумывая, выпалила Аврелия.

Флакк снисходительно улыбнулся.

— В Риме самые красивые гонки колесниц. Буду брать тебя с собой туда так часто, как пожелаешь.

Аврелия поглядела на него слегка разочарованно:

— Я не это имела в виду.

— Не понимаю, — слегка нахмурившись, сказал Флакк.

На мгновение она оробела. Но потом собралась с силами. Если он станет моим мужем, наивно решила она, то нам следует обо всем говорить откровенно.

— Я тоже люблю езду верхом.

Флакк нахмурился сильнее:

— В смысле, глядеть, как ездят верхом Квинт и твой отец?

— Нет, я сама умею, — сообщила Аврелия и с удовольствием увидела на его лице изумление.

Флакк поглядел на нее несколько раздраженно.

— Как? Кто тебя научил? — требовательно спросил он.

— Квинт. Он говорит, что я прирожденная наездница.

— Твой брат научил тебя ездить верхом?

Придавленная его пристальным взглядом, Аврелия начала терять уверенность.

— Да, — еще тише прошептала она. — Я его уговорила.

Флакк грубо усмехнулся:

— Ты его уговорила? Фабриций ничего такого не сказал, когда пел тебе дифирамбы.

Аврелия опустила взгляд. Нельзя было этого говорить, подумала она. Но подняв голову, увидела, что Флакк внимательно смотрит на нее. Слегка поежилась.

— Может, ты и воевать умеешь?

Аврелия только рот открыла от того, куда зашла их беседа.

Флакк сделал выпад правой рукой, будто держа в ней меч.

— Сможешь управиться с гладием?

Встревоженная тем, что она и так уже много наговорила, Аврелия сжала губы.

— Я задал вопрос, — прошептал Флакк, но его глаза были жесткими, как гранит.

«В конце концов, я же не преступление совершила», — гневно подумала Аврелия.

— Да, смогу, — резко бросила она. — Но, как мне кажется, с пращой у меня выходит намного лучше.

Флакк вскинул руки.

— Я женюсь на амазонке! — воскликнул он. — Родители об этом знают?

— Конечно же нет.

— Да, не думаю, что Фабриция бы это обрадовало. А реакцию Атии могу себе только представить.

— Пожалуйста, не говори им, — взмолилась Аврелия. — А то у Квинта будет много неприятностей.

Мгновение он глядел на нее, а затем на его губах появилась хищная улыбка:

— И зачем бы мне говорить?

Аврелия ушам своим не поверила:

— Тебя это не беспокоит?

— Нет. Это показывает, что в тебе живет дух истинной римлянки и что наши сыновья вырастут воинами. — Флакк предостерегающе поднял палец. — Только не думай, что сможешь продолжать тренироваться с оружием, когда мы поженимся. В Риме такое поведение недопустимо.

— А ездить верхом? — прошептала Аврелия.

— Посмотрим, — ответил Флакк. Увидев на ее лице уныние, он странно посмотрел на нее. — У меня большое поместье за пределами столицы. Если я не стану ничего рассказывать, никто не узнает, что там происходит.

Ошеломленная реакцией Флакка, Аврелия не уловила слабого акцента на шести последних словах. Может, замужество не так плохо, как она думала. Взяла его под руку.

— Теперь твоя очередь рассказывать мне о себе, — проворковала она.

Бросив на нее довольный взгляд, Флакк начал рассказ.

Квинт нашел отца во дворе, следящим за тем, как груз вьючили на мулов. Увидев его, Фабриций улыбнулся.

— Что ты хотел мне сегодня сообщить? — спросил он.

— Ничего важного, — отмахнулся Квинт.

Он решил, что не станет раскрывать свои сомнения насчет Флакка. Вопросительно поглядел на мулов, навьюченных военным снаряжением отца.

— Как думаешь, сколько продлится эта война? Флакк, похоже, уверен, что она кончится через несколько месяцев.

Фабриций огляделся, проверяя, нет ли кого поблизости.

— Думаю, его уверенность несколько излишняя. Сам знаешь, политикам это свойственно.

— Но Флакк говорил о свадьбе в июне.

Фабриций подмигнул ему.

— Он хотел назначить дату. Я согласился. Что может быть лучше, чем самый популярный месяц свадеб? А если сыграть свадьбу будет невозможно из-за того, что мы останемся на войне, брачное соглашение все равно означает, что она состоится, просто позже.