бежать вроде не собиралась.
Пашка с улыбкой покачал головой и кивнул Михаилу. Ну, и они пошли вперёд, болтая о своём и весело смеясь, абсолютно не обращая внимания на Тень, которая стояла сзади и хмурилась. Ребята изображали видимость веселья, при этом постоянно отслеживая происходящее сзади. Когда же Тень глубоко вздохнула и понуро поплелась за ними, они оба еле заметно облегченно выдохнули.
Тень, хоть и была той ещё занозой в заднице, но она была своей занозой в заднице, и Александр вряд ли оценит, если она станет в этой большой дружной семье изгоем.
Глава 16
Сколько времени я шарился по этим Разломам — понятия не имею. Да-да, для себя я тоже назвал их «Разломами», так как по факту всё это представляло собой обломки миров. Ну, как миров… Понятия «миров» и «обломков» — тоже были несколько притянуты за уши. Но, как говорил, я только разбирался в физике процесса, поэтому сознание автоматически пыталось подтянуть в качестве «якоря» что-то знакомое, дабы уже на основании этого строить новые предположения.
Весь мой, казалось бы, хаотичный путь представлял собой череду проб и ошибок, необходимых мне для того, чтобы понять, как работает здесь система. И в этом мне очень пригодился мой старый опыт.
Нельзя просто взять и засунуть Охотника в задницу, надеясь, что он там надолго останется. Не такие мы, не так нас учили, и не так мы действовали.
Многие в Многомерной Вселенной шутили, что Охотники — самые живучие твари во Вселенной, способные пережить практически всё. Тут, конечно, было допущено небольшое преувеличение, однако само изречение было совсем недалеко от истины. Мы реально выживали там, где другие дохли, и относились, самое главное, к этому, как к само собой разумеющемуся. Мы же Охотники.
Итогом моих нынешних блужданий стала постепенная наработка совпадений, которые я аккуратно переводил в правила. Новую энергию я уже начал различать на «вкус, запах и цвет», и, исходя из этого, строил свой путь в этом, казалось бы бесконечном, лабиринте.
И чем дальше я продвигался, тем больше офигевал от масштаба задумки кого-то или чего-то. Все эти маленькие мирки, в которые я попадал, были маленькими строительными кирпичиками, которые неизвестный мне создатель сгруппировал вместе по каким-то странным, одному ему ведомым признакам.
Мне стали попадаться несколько Разломов, соединённых, как параллельно, так и последовательно. Ну, то есть они были прикреплены один к одному в этом мире, расширяя пространство, а также встроены один в другой. Это была ни фига неизвестная нашим Истребителям монстров, хоть и редкая матрёшка — когда один Разлом встраивался в другой. Здесь матрёшка была гораздо более сложная. У кого-то мог бы взорваться мозг, но только не у меня.
Я видел всё больше и больше закономерностей, что позволяло находить мне другой, правильный путь.
Кое-что ещё было мной подмечено: части этих миров на моих глазах растворялись, переправляясь куда-то дальше, а некоторые возникали в процессе моего нахождения здесь. Похоже, это было на действия грамотного портальщика. Вот только я не знаю ни одного портальщика, который смог бы кидать куски миров между Вселенными.
С усмешкой я подумал, что пригодился бы мне сейчас Грегори-Торговец. Вот кто отличался неимоверной настойчивостью, граничащей с безумием. Думаю, застрял бы он здесь надолго, и вышел бы только после того, как понял бы принцип, смог бы повторить.
Но, опять же, я здесь был один, и разбираться в этом нужно было именно мне.
В итоге я нашёл ту «форточку», через которую могу вернуться обратно. Причём эта «форточка» была одноразовой. Вернувшись обратно сюда, воспользоваться ей ещё раз у меня уже не получилось бы.
А ещё я наконец ухватился за сущность Кодекса. Именно он держал проход с той стороны, не давая «форточке» захлопнуться, и тратил на это очень много энергии. Логично было бы рвануть обратно и освободить Кодекс от такой нагрузки.
Вот только я нащупал ещё один путь, который мог бы дать ответы на некоторые вопросы.
«Спасибо, брат», — мысленно обратился я к Кодексу. — «Но тебе нужно ещё немного подержать дверь открытой. Я быстро…»
Опять же, понятие «быстро» в этой реальности мне было не совсем понятно. Поэтому я просто делал то, что должен был сделать: несколько прыжков с короткими битвами.
На этот раз я не задерживался на зачистку беснующихся тварей, я просто целенаправленно пробивался сквозь них, запрыгивая всё в новый и новый портал, пока наконец не оказался в нужном мне месте.
То, что это место — то, которое мне нужно, кроме моей интуиции, подсказывало ещё и то, что на меня никто не напал. Вокруг стояли тишина и спокойствие. А беснующаяся вокруг энергия была уже частично знакома, уже привычна.
Я втянул её «на экспертизу». Мой мозг перенастроился: теперь он не сразу отторгал непривычные вещи, а пытался сравнивать и анализировать. Да, всё вокруг было всё ещё чуждо.
Но я предположил, что нахожусь где-то в обители высшей сущности. У нас их называли богами. Как называют их здесь? Да кто ж их разберёт.
В очередной раз я пожалел о том, что со мной нет Шнырьки. Здраво рассуждая, я избавил мелкого от опасности быть сожранным, но вот прямо сейчас он бы мне сильно пригодился. Что ж, придётся обходиться собственными силами.
Вспомнив всё, что знаю о скрытности и незаметном перемещении — я применил все эти знания. Перемещаться в результате пришлось очень медленно, но интуиция подсказывала, что идти напролом сейчас точно не стоит. Чужую силу я почувствовал задолго и ещё более сбавил скорость, приближаясь вообще со скоростью черепахи.
Но зато, когда я добрался до правильного места, моё терпение было вознаграждено.
Да, я находился в Междумирье. Легче всего это было описать, как будто я лежал на высоком утёсе, а внизу, подо мной, происходило действие, свидетелем которого я стал.
Внизу суетились обычные на вид люди. Слов я не слышал, хотя они явно общались между собой — скорее всего, на мысленном уровне. Но рискнуть залезть им в голову я тоже не решился, потому что всё та же моя интуиция прямо сейчас была на пороге сердечного приступа.
Я даже живо представил её сейчас, сидящую на кресле и держащуюся за грудь, в ужасе ожидая, пока её предсказание исполнится. Но нет, сегодня я буду предельно осторожен.
Люди, находящиеся внизу, были одеты в разные, разноцветные одеяния — то ли разделённые по должностям, то ли по кастам. А вот то, что они делали… было невероятным.
И
