винтовки. Успею я до нее допрыгнуть, если ситуация обернется для меня плохо? А сколько там осталось патронов? Черт… Вот же вляпались…
Орфус сделал жест, отстраняя советника, и снова заговорил, обращаясь ко мне.
— Моя дочь, Рэйя, унаследовала от матери своей матери дар видящей. Она не чувствует в тебе Тьмы, Дэймон Старк. Но чувствует нечто непонятное. Нечто, что ее беспокоит. А мой советник, Дарикс, считает, что тебя нужно испытать. У Владеющих Даром много потомков. Многих из них они сами не признают своими детьми — хотя те выглядят так же, как они. Они не обладают Силой, они не способны зажечь Меч, Разящий Тьму. Люди говорят, что именно с его помощью ты сумел упокоить горкхов. Но я привык верить собственным глазам. Можешь ли ты, называющий себя Дэймоном Старком из рода Защитников, продемонстрировать нам свою силу? Сможешь ли зажечь Меч и доказать, что ты — тот, за кого себя выдаешь? Сделай это — и я принесу тебе свои извинения при всех.
Я выдохнул. Кажется, прокатило. Если я смог активировать Клинок там, в горах, смогу и здесь. Надеюсь, после этого все вопросы ко мне отпадут и можно будет о чем-то договариваться с Орфусом.
— Могу ли я взять свой меч, великий вождь? — смиренно поинтересовался я.
— Возьми, — тот кивнул. — Но помни — мои воины следят за тобой.
— У меня нет намерения причинить вред тебе или кому-то из присутствующих, великий вождь, — проговорил я, и шагнул к Клинку, лежащему на разгрузке. Наконец-то эти непонятки с лазутчиками закончатся!
Я поднял Клинок, плотно обхватил его ладонью, встал в эффектную позу и представил себе призрачное свечение меча. Ничего не произошло. Теплой волны от затылка до ладони, сопровождавшей активацию, не последовало. Что за фигня? Сохраняя бесстрастное выражение лица, я попробовал еще раз. Ничего. Блин! Да что за хрень? Давай, падла, активируйся же!
Пусто.
Упс…
— Он врал тебе, великий вождь, — не сдерживая торжествующей ухмылки, проговорил советник. — Он украл меч — и не может им пользоваться. Он самозванец, который отвел глаза разведчикам. Он — лазутчик и осквернитель. Его нужно убить.
Орфус нахмурился, а воины напряглись и подались вперед, готовясь сорваться с места.
— Великий вождь! — послышался звонкий голос, и я выругался про себя. Корал! Блин, ну сейчас она тут устроит… Теперь нас точно четвертуют — или что здесь делают с самозванцами?
— Великий вождь, — продолжила, тем временем, девушка. — Разреши сказать слово!
Орфус, кажется, удивился, но кивнул.
— Сегодня странный день. Сегодня все говорят, не спросив — но ты спрашиваешь разрешения. Говори, кто бы ты ни была. Мы выслушаем тебя — и я скажу, наконец, свое Слово! — вождю явно не нравилось происходящее, он был обеспокоен, и ему, кажется проще было и правда объявить нас лазутчиками, не ломая себе голову. Но, как я сразу заметил, он был все же справедливым мужиком, и решил сначала дать всем высказаться.
Корал выстпила вперед. Взгляды воинов тут же скрестились на изящной фигурке, на стройных ногах, открытых выше, чем позволяли приличия, и взгляды эти были весьма недвусмысленны. Корал это тоже заметила, вспыхнула, но сдержалась.
— Великий вождь, я — Корал Игнис, наследница Пылающего трона, дочь Юстианы Игнис, из рода Игнис, одного из Пяти Первых. Этот человек — действительно Дэймон Старк из рода Старков, сын Эйвора Старка, Эйвора-победителя, разгромившего последователей Забытого-и-проклятого, Защитника Седых отрогов и лорда Цитадели. Все, что он говорит — правда. Защищая меня и честь своего рода, Дэймон вступил в бой с Брандом, одержимым Тьмой бастардом лорда Эйвора. Он бился, как горный лау, но он не смог противостоять Тьме. Тварь из-за Грани, которой одержим Бранд, выпила его Силу. Его Источник поврежден, и эфир накапливается медленнее, чем его пьют Гиблые земли. Ты знаешь, как влияет близость Грани на таких, как мы. Он не может зажечь меч, но я даю слово, что он — именно тот, за кого себя выдает. Слово Игнис!
Вождь кивнул, давая понять, что выслушал Корал, а я внутренне поаплодировал девчонке. Вот где ее строгое следование этикету пригодилось, гляди ж ты. Титулами сыпала — аж от зубов отскакивали. И ведь вела себя нормально, говорила уважительно… Умеет же, когда хочет.
— Я выслушал тебя, Корал Игнис, — кивнул вождь. — Что думаешь ты, Дарикс? — Вождь повернулся к советнику. Старик мерзко прищурился и выступил вперед.
— Я думаю, что слово той, что называет себя громкими титулами, но выглядит при этом, как походная девка, звучит, как слово походной девки, называющей себя громкими титулами. Что, кроме своего вызывающего вида, может показать нам та, что зовет себя Корал Игнис? Чем докажет, что она — из рода Владеющих Даром? Зажжет огонь в руке? Сдвинет гору? Заставит покрыться льдом реку? Или, быть может, поразит меня молнией за нанесенное оскорбление? — советник подался вперед, вызывающе глядя на кипящую от возмущения Корал. — Ничем! Как я и думал! — торжествующе провозгласил Дарикс. — Я думаю, о великий вождь, что эти двое — лазутчики, ищущие Тьму. Которая, быть может, уже поселилась в их душах. Я думаю, что их надо сжечь, а их прах развеять со скал. Вот что я думаю, великий вождь. Слово!
Твою ж дивизию! А ведь этот доморощенный прокурор прав на все сто процентов! Мы ничем не можем доказать свое происхождение, и наши слова — всего лишь слова двух чужаков и оборванцев. Гребаный уродец! С каким наслаждением я бы свернул ему шею… И что теперь? Нас ждет костер? Долбанные охотники на ведьм! И самое ведь обидное, что и сделать-то ничего нельзя!
— Отец, позволь мне сказать, — заговорила неожиданно Рэйя. Орфус посмотрел на нее, тяжело вздохнул и кивнул.
— Отец, я видела, как тот, что называет себя Дэймоном Старком, убивал горкхов. И если Тьма может отвести глаза Младшим братьям и твоим воинам, то мне — нет. Я видела, как он орудовал Мечом, Разящим Тьму. Он — хороший воин. И он умеет управлять Силой. Ты всегда славился своей мудростью и справедливостью. Не дай же и в этот раз усомниться в них. Пусть чужаки пройдут испытание Серебряной сферой. Ты знаешь — она пускает внутрь лишь Владеющих Даром и никогда не подпустит близко одержимого. Если они те, за кого себя выдают — сфера не причинит им вреда и возродит их силы. Если же они врут —
