Читаем без скачивания Псионик. Навсегда - Павел Барчук

спора с Бутурлиным и я тщетно пытался придумать, как провернуть все это, не спровоцировав открытый конфликт с Ликвидатором. Он ведь конкретно дал понять, опозорю его — мандец. Главное, в этой ситуации вообще никого не волновало, а что скажет сам Император. Так-то, к нему во дворец припёрся пацан, который превратить день рождения Великой Княжны в форменный цирк. В любом случае, как ухитриться совместить несовместимое, и спор выиграть, и с Полковником не превратиться в откровенных врагов, пока никаких идей в голове не возникало.

Поэтому когда лоб в лоб столкнулся с мужиком в смокинге, выглядящим так, будто смокинг — самое последнее, что стоит ему носить, я позволил своему раздражению выплеснуться. Честно говоря, подумал, будто это вообще кто-то из сопровождающих. Ну, может, не слушай, конечно, не лакей. А вот какой-нибудь секретарь — вполне. Хозяин уже находится во дворце, а этот шляется по парку, ожидая начальство.

— Слушайте, ну вот я же вас не трогаю. Хожу тут себе спокойно, воздухом дышу. Вам чего надо? Вы с соседней аллеи так бежали, что по кустам треск стоял. А теперь делаете вид, будто не в курсе, кто я такой. Ну смешно, честное слово.

Мужик иронично поднял одну бровь. Странное дело, мой ответ его даже не зацепил. Хотя, у меня как раз было именно такое желание. Зацепить и послать к черту.

Тем более, несмотря на смокинг и на прилизанные куафером волосы, этот конкретный тип вообще казался здесь совершенно неуместным. Здесь, это я имею в виду посреди императорского парка.

Слишком уж до безобразия просто он выглядел. И эту простоту не могла скрыть нарядная, дорогая одежда.

Мужик был небольшого роста. Ну, вот прямо небольшого. Метра полтора. Просто коротышка какой-то. Честное слово. Самый настоящий гном-переросток из старых сказок. Ко всему прочему, в наличии имелось пузо, которое выпирало с такой настойчивостью, будто вот-вот пуговицы рубашки расстегнутся и оно, пузо, вывалится наружу. Видимо поэтому и смокинг не был застегнут. Не сходился просто-напросто.

Волосы у мужика были жиденькие, прилизанные, нос картошкой, маленькие глазки, которые бегали туда-сюда, туда-сюда. Губы наоборот казались непропорционально большими. А еще у него лоснилось лицо. Реально. Я впервые понял значение данного слова. Такое чувство, будто это круглое, похожее на шар лицо, сочилось кожным салом изо всех пор.

— Ну, что ж вы так дерзите незнакомым людям. — Мужик усмехнулся. — А дочь отзывалась о вас как об очень приятном молодом человеке…

— Вот видите. — Я тоже усмехнулся. Почему бы и нет, раз толстяк сам выбрал такой тон беседы. — А спрашиваете, что за молодой человек. Сами говорите, будто знаете меня. Так на кой черт весь этот маскарад? А про дерзость… Знаете, если бы не тот факт, что вы старше, я бы, наверное, послал вас в первую же минуту. Мама учила, знаете ли, быть вежливым со взрослыми людьми.

— Интересно… — Коротышка многозначительно хмыкнул. Это был такой «хмык», который содержит в себе очень до хрена чего. — Вы знаете, Антон, я совсем не против общения своей дочери с вами. В вас действительно есть нечто интересное.

Я слегка подзавис. Просто сначала слова о какой-то там девице не особо привлекли мое внимание. Но сейчас, после заявления толстяка, будто он непртив, возник вопрос. То есть, я уже общаюсь с его доченькой. Так что ли? Но… Кроме Ангелины и Насти больше никаких девчонок рядом со мной не трется. Романовская, Настя… А! Еще Лопухина. Но она же…Она наследница Корпорации.

Я несколько раз моргнул, а потом уставился на коротышку в сильном недоумении.

— Вот видите, еще и неглупый. Хорошо. — Мужик удовлетворённо кивнул. — Позвольте представиться. Николай Александрович Лопухин. Глава Корпорации «Гигея».

Коротышка протянул мне руку, на которую я почти минуту бестолково пялился прежде чем пожать. Просто… Этот гном-переросток бенефициар? Серьёзно? Да еще не просто бенефициар, а человек, который всю медицину Империи держит в своих загребущих руках! То есть уж ему просто недопустимо иметь подобную внешность. Хорошо, не задалось с ростом. Пусть так. Но… Он имеет кучу возможностей, чтоб сделать из себя красавца.

— Ой, бросьте! — Рассмеялся Лопухин. — Это так стереотипно.

— Откуда вы знаете, о чем я подумал?

— Антон, у вас это написано на лице. Большими буквами. Хотите угадаю ваши мысли? Почему владелец Корпорации «Гинея» выглядит как черт знает кто? — Николай Александрович подмигнул мне.

То есть его вообще не обидела моя реакция. Черт… Я, конечно, не сильно много бенефициаров встречал лично, всего лишь двух на данный момент, но этот толстяк даже вызывает у меня симпатию. Если поставить рядом с ним Романовского, то Лопухин, несмотря на свою внешность, всяко будет поприятнее.

— Извините… — Я кивнул, намекая на то, что действительно с моей стороны это было бестактно.

— Ой, да бросьте! — Толстяк громко, неприлично громко рассмеялся. От его хохота с соседнего дерева испуганно взметнулись птицы. — Мне нравится наоборот, что люди, которые не встречались со мной прежде, ведут себя как вы. Поавда подобное случается слишком редко. И еще мне нравится, что в вашей реакции нет фальши. Вы не кинулись убеждать меня, будто на самом деле я редкостный красавец.

— А что? Бывает и такое?

— Сплошь и рядом! — Лопухин перестал гоготать на весь парк, но при этом легкая улыбка все равно осталась на его мясистых губах-сардельках. — Фальш, пресмыкание, вылизывание не самых приличных мест. В переносном смысле, конечно. Да… Жизнь бенефициара не так хороша, как можно подумать. Мы не знаем наверняка, почему люди тянутся к нам. Из-за денег или искренней симпатии. В большинстве случаев это полисходит всё-таки деньги. Сами понимаете. Деньги и власть… Ну, да ладно. Что мы все об мне и обо мне. Вы сегодня имеете все шансы стать звездой вечера, Антон. Давайте поговорим о вас. Представляете, почти все представители нашего круга последние два дня с немыслимым азартом делали ставки. Очень интересно всем, сможете ли вы выполнить условия спора с Бутурлиным-младшим.

— Серьёзно? — Я покачал головой, недоумевая с этих богатеев. Вот ведь людям действительно нечего делать.

— Абсолютно. Вы знаете… — Толстяк наклонился ближе и едва ли не шепотом доверительно сообщил. — Между прочим, я тоже поставил приличную сумму. И заметьте, из моих уст словосочетание «приличная сумма» обозначает очень много. Поставил на вас. Так что вы уж не подведите.

Лопухин отстранился и весело посмотрел на меня.

— Да уж… —