в турецкой бане. В ванной комнате установлена парная кабинка. Именно тогда он сказал, что не собирается идти на вечеринку с убийством к мистеру Дервенту. Я спросил, какой костюм ему приготовить – официальный или неформальный. Он ответил: не важно, потому что он никуда не пойдет.
В. (Г. М.): Это вас удивило?
О.: Еще как!
В.: И что вы подумали по этому поводу?
О.: Я решил, что это из-за разговора с мистером Соаром о шали.
В.: Вам это показалось разумным? Если кто-то сыграл с ним скверную шутку, заказав шаль от его имени и заставив мистера Соара послать ее миссис Дервент, не лучше ли было поговорить с самой миссис Дервент и выяснить, в чем дело?
О.: Не знаю. Меня это не касается. Хотите, чтобы у вас не было неприятностей, – делайте хорошо свою работу и не лезьте в дела хозяев, я так считаю.
В. (снова Мастерс): Были ли в тот день еще какие-нибудь звонки?
О.: Мисс Гэйл позвонила, но уже вечером, около пяти. Не знаю, о чем они говорили. Я смешивал на кухне коктейль-после-турецкой-бани, и мистер Китинг сам поднял трубку.
В.: Как он провел этот вечер?
О.: Дома. Он отправил меня купить полдюжины детективных романов и весь вечер читал и слушал радио.
В.: Он всегда был таким домоседом?
О.: Нет, но иногда случалось.
В.: Теперь расскажите о среде – дне, когда его убили.
О.: Я как раз собирался к этому перейти. Утром в среду он получил письмо, которое, видимо, до крайности его взволновало.
В.: Вы читали это письмо?
О.: Естественно, не читал. Но в конверте лежали два ключа. Один походил на ключ от входной двери, другой был поменьше.
В.: Вы думаете, это были ключи от дома номер четыре по Бервик-Террас?
О.: Теперь полагаю, что да. Хотя это не мое дело. Я просто отвечаю на ваш вопрос.
В.: Что он делал потом?
О.: Он все утро бродил из комнаты в комнату, а в полдень заявил, что должен выйти. Как раз когда он выходил…
В.: Подождите. Посмотрите на эту шляпу: серый хомбург, размер семь и три четверти, на подкладке – имя Филипп Китинг. Когда в среду он выходил из квартиры, на нем была эта шляпа?
О.: Не было. Это не его шляпа.
В.: Тогда в какой он был шляпе?
О.: Ни в какой. Он редко надевал шляпу в жару.
Здесь, вспомнил Поллард, началась перепалка. Допрос Бартлетта происходил в гостиной Филиппа Китинга, отдельно от остальных свидетелей. Но самого Филиппа попросили присутствовать на этой части дознания. Опрос всех жителей дома вовлек в дискуссию швейцара, который заявил, что, когда днем в среду Вэнс Китинг вышел из лифта в вестибюль, на нем была серая шляпа. Однако, несмотря ни на что, Бартлетт не отступал от своих показаний: Китинг покинул квартиру с непокрытой головой.
В.: Мог ли он обзавестись этой шляпой на пути из своей квартиры к лифту?
О.: Может, так оно и случилось, но мне ничего об этом неизвестно. Я утверждаю только, что на нем не было шляпы, когда он выходил из квартиры. И если кто-то это отрицает, он врет.
В.: Мог он прихватить шляпу в квартире мистера Филиппа Китинга?
Филипп Китинг: Нет, не мог. Повторяю еще раз: я никогда в жизни не видел этой проклятой шляпы.
В.: Находились ли вы в своей квартире в полдень в среду?
Филипп Китинг: Нет, я был у себя в офисе, как любой человек, зарабатывающий на жизнь честным трудом.
После того как Филиппа утихомирили и выпроводили из комнаты, допрос Бартлетта подошел к концу.
В.: Итак, у нас есть свидетельства, что мистер Китинг отправился на Бервик-Террас сразу после полудня, ушел оттуда в десять минут третьего, взял такси и вернулся в свою квартиру на очень короткое время около трех часов дня. Зачем он возвращался?
О.: Понятия не имею. Таким уж он был.
В.: Что вы имеете в виду?
О.: Ну, он всегда носился туда-сюда.
В.: Что он сделал, когда вернулся?
О.: Зашел в спальню, прикрыв за собой дверь, и через пару секунд вышел снова. Не знаю, что он там делал.
В.: Была ли на нем эта пресловутая шляпа?
О.: Да, была. Ее трудно было назвать подобающим головным убором, так что мистер Гарднер даже спросил: «Где ты раздобыл такой забавный цилиндр?»
В.: Мистер Гарднер? Он там был?
О.: Да, был. Он зашел незадолго до возвращения мистера Китинга, чтобы узнать, почему тот не явился на вечеринку, и ждал его в гостиной.
В.: Что мистер Китинг ответил по поводу шляпы?
О.: Какую-то глупость. Я плохо помню.
В.: И все-таки?
О.: Он сказал, что шляпа обладает магической силой. Сказал, что ему нужно ненадолго отлучиться, и если мистер Гарднер его дождется, то узнает грандиозную новость. И выскочил за дверь.
В.: Мистер Гарднер остался ждать?
О.: Он ждал до четырех двадцати, потом разозлился и ушел.
В.: Что-нибудь еще произошло, пока мистер Китинг находился в квартире?
О.: Нет, он задержался там всего на несколько минут. Ах да, позвонил мистер Филипп Китинг, но мистер Китинг сказал, что у него нет времени на болтовню. Они немного повздорили, обозвав друг друга по-всякому, но в этом не было ничего необычного.
В.: Из-за чего началась ругань?
О.: Кажется, мистер Филипп Китинг пытался занять денег. Утром он уже звонил по этому поводу.
В.: Можете ли вы объяснить, как обычная шляпа от «Пранс и Сыновья» за пятнадцать шиллингов шесть пенсов может обладать магической силой?
О.: Я так и не думаю. Просто передал вам слова мистера Китинга, а это большая разница.
Огромная разница, подумал Поллард, с отвращением закрывая блокнот со своими заметками, и уставился в окно, на серую пелену дождя. Автобус, с громыханием спускающийся по склону на Флит-стрит, казалось, неодобрительно ему просигналил. Все еще оставалась нерешенной загадка внезапного отказа Китинга участвовать в игре. По-прежнему было непонятно появление Ничьей Шляпы. Ни о никаких скандалах, которые могли бы хоть что-то прояснить, узнать не удалось. Даже та капля информации, которая, казалось бы, поддерживала одно из алиби, на самом деле вовсе не избавляла от сомнений. Поллард установил, опираясь на показания швейцара, что Рональд Гарднер действительно покинул квартиру Китинга в среду примерно без двадцати пять. Следовательно, чтобы добраться на Бервик-Террас ровно к пяти и убить там Китинга, ему надо было развить хорошую скорость. Однако, при феноменальном везении с пересадками на метро, задача была решаемой, а значит, ни один
