Ты всё поделал? — подняла на меня недовольный взгляд моя начальница.
— Угу.
— И с бумагами по делу Мэйсона разобрался?
— Угу.
— И с архивными делами?
— Угу.
— Хочешь сказать, тебе больше нечем заняться? — подозрительно прищурилась Мишель.
— Угу, — подтвердил я.
— Я сейчас придумаю, чем тебя занять. Не бывает такого, чтобы не было работы… — пробурчала блондинка и решительно поднялась со своего кресла.
Проверила бумаги на столе, похмыкала, подошла к шкафу… Задумчиво потрогала сложенные в алфавитном порядке папки и обернулась ко мне…
— Ладно, давай так поступим… — вздохнула она. — Сегодня можешь идти домой, будем считать — пятница короткий день…
— Звучит, будто будет какое-то «но», — усмехнулся я.
— Будет, — не разочаровала меня Мишель. — Один из моих клиентов не выходит на связь уже пару дней, а у нас в понедельник предварительное слушание в суде по его делу. Если он не объявится до завтра, нужно будет съездить к нему и проверить. Поедешь со мной!
— Как прикажете, босс… — вздохнул я. — Тогда, я могу идти?
— Да, иди. Если будешь нужен, я завра заеду за тобой.
— Только не очень рано, — обернулся я уже в самых дверях. — Дай мне хоть завтра отоспаться.
— В десять! — безапелляционно заявила блондинка.
— Понял. Пока, Мишель…
— Хороших выходных, Алекс…
Ну вот! Кто говорил, что у меня плохая начальница? Я такого точно не мог сказать!
Домой я вернулся не сразу. Завёз Джимми деньги за байк, отложил за аренду квартиры, прошёлся по магазинам, заодно купив себе за $19.99 книжку в мягком переплёте, чтобы коротать вечера да и шлифовать свой английский, и снова остался с жалкими пятью сотнями в кармане. Ну, надеюсь, до зарплаты я дотяну…
Посидел на пляже до заката и двинулся, наконец, домой…
* * *
От чтения «Сияния» Стивена Кинга, продававшегося сейчас на каждом углу, меня оторвал уверенный и настырный стук в мою дверь…
Я поднялся с постели, удивлённо прислушался к шуму в коридоре, вернее к его отсутствию, и неторопливо двинулся проверять, что за поздний гость ко мне пожаловал…
Распахнул дверь и удивлённо уставился на стоящую за порогом девушку в широкополой шляпе и небольшим дорожным чемоданчиком на колёсиках.
— Привет, моя любимая огненноволосая радиоведущая. Давно не виделись.
— Привет, привет… — небрежно бросила Энджи, торопливо оглянувшись по сторонам, будто опасаясь, что её может кто-то заметить на пороге такой убогой квартирки.
— Ты куда-то уезжаешь? — задумчиво поинтересовался я.
— Что? — нахмурила лоб девушка, стянув с лица солнцезащитные очки.
— Ты куда-то уезжаешь? — повторил я вопрос, кивнув на чемодан.
— А! Нет. Я пока поживу у тебя, — как бы невзначай бросила она.
— Что? Это ещё почему? — удивился я, успев грудью перегородить проход, дёрнувшейся в сторону моей квартиры девушки.
— За мои домом следят. Кажется…
— Кажется или следят?
— Следят, — гораздо увереннее произнесла рыжая.
— А я тут при чём? Ты даже моё имя не помнишь.
— Да помню я всё… — недовольно скривилась Энджи и воровато оглянулась. — Просто… Слушай, ты пустишь меня или нет⁈
— Нет!
— Оставишь девушку в беде⁈ — удивлённо подняла она на меня свои зелёные глаза.
— Ты сама говорила, что я тупой идиот, который кидается на помощь всем сирым и убогим… А! — дошло до меня. — Вот почему ты ко мне пришла… Понятно.
— Прости… Я не хотела тогда такое говорить. Да и вообще — я пьяная была! Ну Алекс! Пожалуйста! — взмолилась рыжая. — Мне больше некуда пойти…
— К подруге, например? — предположил я.
— У одной парень, вторая живёт с родителями, — тут же выпалила скороговоркой девушка, будто была готова к такому разговору. — Да и вообще — жить с подругой в одной комнате… Мне не семнадцать лет! Мне нужно личное пространство!
— У меня тут тоже с личным пространством маленькая проблемка, если ты не заметила, — кивнул я себе за спину. — Снять квартиру не пробовала?
— Нет, — упрямо помотала она головой.
— Э-э-э… Почему?
— Серьёзно? Ты мне допрос устраиваешь⁈ — решила перейти рыжая от защиты к нападению.
— Просто интересно, — пожал я плечами, — почему именно я.
— Потому! Нет у меня больше знакомых в городе. А одной страшно! Всё? Доволен?
— В полицию обращаться? Раз за тобой следят, пусть они с этим разбираются.
— Ты идиот⁈ Прости… — смутилась девушка. — Алекс, ты вообще понимаешь, что творится у нас в городе? В общем, я пока поживу у тебя! — решительно заявила рыжая радиоведущая, устав спорить, отодвинула меня в сторону плечом и прошмыгнула мимо меня внутрь моей квартиры.
— Тебя месяц не было видно и слышно, и теперь ты объявляешься и собираешься жить у меня? — пробормотал я ей в спину, закрывая дверь на замок.
— Ну да!
— Говорят, — обречённо вздохнул я, — у рыжих нет души…
— Зато сиськи хороши! — парировала Энджи, скинув, наконец, свою нелепую широкополую шляпу и продемонстрировав мне кончик своего острого язычка.
— Это да. Тут не поспоришь… Может поэтому вас и сжигали на кострах в средние века.
— Из-за сисек? Или души? — задумчиво нахмурилась девушка.
— Хм… Вполне возможно, что и за то, и за другое, — пожал я плечами. — Ты же помнишь вообще, что у меня только одна кровать? Вернее, даже не кровать…
— Да помню я, помню… Поместимся как-нибудь… Знаешь, как русские говорят: «В тесноте, да не в обиде»!
— Чего это ты про русских вспомнила? — слегка напрягся я.
— Да так… Проводила одно журналистское расследование. Тут у нас появилась одна серьёзна банда из бывшего СССР. Из Одессы, вроде…
— Из Одессы?
— Не из нашей Одессы, — поморщилась девушка. — У них там своя Одесса есть, оказывается. Так вот. Наглые, дерзкие, отмороженные на всю голову. Захватывают территории в Западном Голливуде, ставят всех под крышу… Не знаю, что это значит, но они точно не строители…
— Это значит, берут деньги за то, чтобы их «клиентов» не трогали. По факту — это защита от самих себя. — пояснил я.
— Да? — удивилась Энджи. — Ну я так примерно и поняла. Рэкет! Мафия! В общем, пока я
