Читаем без скачивания Формула ЧЧ - Эмиль Офин

Щепкин повертел в пальцах затертый, обтрепанный листок.

— Если бы библиотечный штамп был, тогда просто: установили бы в библиотеке название книги и кому она выдана. А так… Я вот, например, не знаю, что это за книга. Текст совсем незнакомый.

— Может, Инна Андреевна знает? Это наша классная руководительница, — сказала Нинка. — Надо будет ей показать.

— Дайте-ка мне, — попросил Симка. — О-о, тут про какого-то «дьявольского» моряка… Н-не знаю.

Нина выхватила у Симки листок, быстро пробежала его глазами с обеих сторон.

— Действительно… Даже нет, как назло, ни одного имени собственного. Тогда бы легче было узнать название книжки.

Клим с тревогой смотрел на старших. Если уж поэт Симка, который так много всего читал и даже сам сочиняет, не может сказать, из какой книги этот листок, так уж куда ему, Климу?

— Ладно! — Игорь упрямо тряхнул стриженой головой. — Мы покажем этот листок нашему первому ученику, «профессору» Славке Оболину. Он-то наверняка читал все на свете, товарищ старший лейтенант!

Но Щепкин, видно, думал о чем-то совсем другом, потому что вдруг сказал:

— Вы тут говорили, что учитесь на сварщиков. Значит, умеете обращаться с железом? — Он помолчал. Посмотрел через дорогу на дверь булочной, куда ушел звонить шофер. — Знаете, ребята, хочу вам кое-что посоветовать. Вот послушайте, у меня есть один план…

Глава вторая

ТРЕПЕТНОЕ СЕРЕБРО РЫБ

Ребята любят давать друг другу прозвища. Эти прозвища бывают иногда здорово меткими, а иногда просто смешными или глупыми. Ну, взять хотя бы Симку Воронова: его прозвали «шестикрылым» только потому, что полное имя Симки — Серафим, а у Пушкина есть стихотворенье:

… И шестикрылый Серафим На перепутье мне явился.

Или вот Нинка Логинова. Она круглолицая и румяная, на щеках у неё ямочки. Её прозвали «толстухой». А разве это прозвище подходит ей? Оно глупое, выдумано наскоро. Нинка отлично умеет оказать медицинскую помощь, если у кого-нибудь царапина или, допустим, ожог. Нинка знает про стафилококков и салициловый спирт; она и беседу проводила на эту тему на сборах форпоста. Она даже сама может сделать укол противостолбнячной сывороткой. Словом, Нинка Логинова — настоящий пионер-санинструктор. Так при чем же здесь «толстуха»? И не такая уж она толстая. Особенно в белом халате, который сама себе сшила. Симка сочинил про этот халат такие стихи:

Я увидал тебя в халате белом,Ты стала выше, тоньше и милей…

А вот зато «профессор» — прозвище, которым наградили первого ученика Славку Оболина, — попадает в самую точку. Правда, очков он не носит и бороды у него, ясно, нет, но Славка — тощий, длинные ноги циркулем, да ещё у него привычка в ответственные минуты жизни задумчиво грызть коготь большого пальца. В общем, он сильно смахивает на рассеянного жюльверновского профессора Паганеля. И голова у него — самая настоящая профессорская. Сверхтрудные задачи по математике он решает в какие-то несколько минут, а любые деления и умножения трехзначных чисел производит прямо в уме. Он знает назубок все немецкие глаголы сильного и неправильного спряжения, включая даже проклятую форму причастия прошедшего времени, которая не дается половине класса. Он помнит наизусть схемы генераторов, трансформаторов и аккумуляторов, и Инна Андреевна частенько говорит, что у неё в жизни не было лучшего ученика по физике. На уроках литературы Славка тоже отвечает с блеском, особенно если на него в это время смотрит Лера Дружинина; стоит ей скосить на него свои чуть прищуренные насмешливые глаза, ну, тут Славку будто кто кнутом огреет. Он начинает прямо-таки скакать галопом по цитатам и датам, сыплет именами авторов и названиями книг: что в каком году написано и в каких исторических условиях — тут и библиография, и география, и фольклор, — словом, лезет вон из кожи, хотя пятерка ему и так давно обеспечена.

Кому же, если не ему, было разгадать, какой книге принадлежит четвертушка странички, которую добыл следопыт форпоста Клим Горелов?

Однако эта задача оказалась не по силам и Славке Оболину. Больше того, ни Лерина мать, которая работает диктором на радио, ни отец Игоря — главный инженер Механического завода, ни даже заведующая районной библиотекой не могли сказать, из какой же все-таки книги эта страничка. Симка проторчал весь вечер в библиотеке — и все впустую.

Тогда решили поставить этот вопрос перед всем классом. Ведь тут не простое любопытство: от «раскрытия тайны листка», как выразился Симка, быть может, зависит судьба шофера Николая Курочкина.

Нина спросила:

— Ну, допустим, мы узнаем автора и название книги. А что дальше?

— Дальше будет видно, — неуверенно сказал Игорь. А Славка добавил:

— Шерлок Холмс придавал любым деталям огромное значение. А потом, вспомните известный афоризм: «Скажи мне, что ты читаешь, и я скажу, кто ты».

Форпостовцы были крайне заинтересованы. Клим — тот специально околачивался возле дверей восьмого «в», как только раздался звонок, немедленно пробрался в класс и, вопросительно поглядев на Инну Андреевну, втиснулся за парту между Игорем и Симкой.

Инна Андреевна стояла около своего столика. Она улыбнулась Климу, не прерывая разговора. А разговор шел о том, как ребята собираются провести лето.

Конечно, все поедут в пионерлагери. Даже Рита Галкина и Юра Бычков, которые постоянно ездят с мамами на дачу, и те в этом году уговорили родителей отправить их в Лесную Республику. А вот форпостовцы? Они ведь всегда придумают что-то особенное, такое, что не каждому под силу.

Действительно, на вопрос Инны Андреевны Симка выкрикнул непонятное:

— Барс!.. — И многозначительно замолчал.

— Что такое? — Инна Андреевна усмехнулась. — Опять у форпостовцев какая-то новая тайна?

— Напрасно он фасонит, — сказала Лера Дружинина. — Никакой здесь тайны нет, Инна Андреевна. Просто мы ещё не успели все как следует обсудить. БАРС означает: Боевой Авангард Разведчиков-Следопытов. Вот мы, форпостовцы, и хотим летом…

Учительница одобрительно кивнула:

— Поняла. Эта затея мне нравится. БАРС! Где-то я недавно читала…

— Да. В «Пионерской правде» было. Это придумали узбекистанские школьники.

За партами зашумели, задвигались: дела форпоста неизменно вызывали у всего класса живой интерес. Что за новая затея? Пускай расскажут! Начальник форпоста — чего он молчит?

Игорь сказал:

— В Узбекистане давно уже существует клуб юных туристов — БАРС. Прошлым летом отряды путешествен-ников-барсовцев совершили походы по своему краю. Ребята из других республик тоже не отстают…

— И вот мы хотим… — вставила Нинка. Учительница остановила её движением руки.

— А какие задачи ставят перед собой барсовцы?

— Да, какие? — поддакнула Лера и скосила глаза на Славку.

Ну, тут его словно пришпорили. Он поднялся с места, откинул волосы со лба и заговорил, как всегда, складно и обстоятельно, будто читал лекцию:

— Отряд Кривозерьевской школы Пензенской области разыскал песок и гравий; их теперь пустили в дело на стройках района — раз. Для гончарной промышленности Ивановской области нужна была специальная черепичная глина — туристы пестяковской школы разыскали её; сейчас уже выпускают изделия из этой «пионерской» глины — два! — Славка продолжал загибать пальцы. — А отряды юных воронежцев разведали сто сорок гектаров заболоченных земель, которые можно осушить. Особенно отличились пионеры Уфы — нашли такие редкие минералы, как нефрит и яшму цвета слоновой кости. — Славка умолк, оглянулся на «Перу Дружинину. — Хватит примеров или ещё?

— Подумать только — запомнить все это! — восторженно прошептала Нинка. — Не голова, а форменная кибернетика.

— Это очень интересно и полезно, — сказала Инна Андреевна. — Но для таких походов нужны большое мужество и выносливость.

Игорь усмехнулся про себя: «Эх, Инна Андреевна! Привыкла с первого класса считать нас малышами, да так и считает до сих пор. А вон Симка уже собирается жениться на Нинке Логиновой. «Окончу, — говорит, — школу, и назавтра же…» А чего ему не жениться, в самом деле? Ведь он уже почти квалифицированный сварщик. А Славка самостоятельно сменил у себя в квартире всю электропроводку. Пенсионеры со всего дома к нему на поклон ходят, потому что он чинит телевизоры не хуже, чем в ателье, да ещё бесплатно. А Лера в этом году завоевала первый юношеский разряд по плаванию. С такими ни в каком походе не пропадешь!»

Так подумал Игорь. Но вслух сказал только:

— Да хватит у нас и мужества и выносливости. Ведь мы же вот-вот комсомольцы.

Клим так и заерзал на месте. Это что же выходит? Значит, его, Клима, не возьмут в поход? Он поднял на своего старшего друга глаза, полные мольбы и упрека.