Читаем без скачивания Ушедший - Ариша

— Это уже не важно… — прошептала она, глотая слёзы. — Всё, что было до вас в моей жизни, не важно. Вы будете жить, мои хорошие, я вам обещаю. Вы будете в безопасности. Я не дам ситху до вас добраться. Что бы ни случилось – вы будете жить. Он будет искать вас – я вас спрячу. Я не дам ему вас найти – никогда.

Она долго смотрела на малышей, ища выход из ситуации. Искала, перебирая комбинации, разбирая варианты, искала…

— Падме, — тихо побеспокоил её Оби-Ван. — Тебе надо поесть,

— Нам надо поговорить, — жёстко произнесла она, включая дроида-няню около детей.

Оби-Ван вышел в другую комнату. Падме ревниво относилась к детям. Её одолевало беспокойство, она не давала ему подходить к новорожденным. Всегда носила комлинк с онлайн-видео из комнаты двойняшек. Мания преследования со стороны Сидиуса усиливалась с каждым днём. Оби-Ван старался не задумываться над личными отношениями внутри любовного треугольника, в котором оказался замешан его бывший падаван, который ушёл из Ордена ради Амидалы, и старый друг, сама сенатор Амидала, и, к тому же, Бейл Органа, который вызывал у Оби-Вана уважение, и он даже мог вписать короля в ранг друзей. Он не хотел в этом разбираться, а вмешиваться ему не позволял его сан джедая. Он бы хотел взять в напарники Асоку, которая также сильно переживала уход наставника, и отправиться на войну против Сидиуса, а не участвовать в непонятном военно-политическом кавардаке, который устроил его бывший ученик. Тем не менее, когда Органа пришёл к нему и к магистру Йоде с личной и невероятной просьбой, он не смог улизнуть. Новоявленная чета Органа были важными элементами в новой неустоявшейся политической структуре. Орден был единственной силой, которая удерживала Корусант, и, как и прежде, поддерживала демократию и республиканские взгляды. Под давлением Совета ему пришлось пойти на уступки. Первые месяцы Падме работала в столице, избегая любых ситуаций, в которых ей бы пришлось улететь с Корусанта. Но ситуация на Тарео не была опасной или критической, но стратегически важной для нового Альянса. Продумав все возможные варианты, они отправились на переговоры. Магистр боялся делать какие-то предсказания или делиться своими разумениями, а блокада планеты были слишком непредсказуема. Беспокойство и порой паника Падме была объяснима – она потеряла первого ребёнка и боялась потерять второго, но спустя месяцы, когда срок её беременности увеличился, Оби-Ван стал ощущать значимые перемены в её рисунке, который он видел через Силу. Он не хотел задавать опрометчивые вопросы, он не хотел знать правду. Он – магистр Ордена, его задача – мир и безопасность, он не хотел и не имел права вмешиваться в личную жизнь других людей. А ещё у него был приказ Ордена: всех одарённых детей необходимо доставить на Корусант. Жертв войны было слишком много в их рядах, и сколько ещё будет – неизвестно. Эта мысль гложила его с того самого дня, как он почувствовал шевеления Силы внутри Амидалы. Он мог молчать до конца, сделав последнее дружеское одолжение этой женщине, но, по всей видимости, она сама поняла, чего будет стоить это молчание. Учитывая реальный размах влияния Сидиуса над Галактикой. Оби-Ван не хотел думать про возможные грандиозные планы Энакина. Скайуокер всегда имел аналитический склад ума, с должной информационной базой он может начать собирать одарённых и обучать их по своему виденью Силы. И не известно ещё, во что это выльется. Это был ещё один ночной кошмар магистра Кеноби, но данных, подтверждающих или опровергающих это пока не поступало. Пока ситх в Галактике один – Сидиус, но он быстро найдёт себе очередного ученика.

— О чём вы хотели поговорить, Падме?

Женщина посмотрела на закрывающуюся дверь, затем сразу же на комлинк в руке, и только после этого присела на стул. Магистр деликатно присел, оказавшись напротив неё.

— Палпатин на орбите? — с этого вопроса она начинала каждое утро.

— Нет, ваше величество, — терпеливо ответил магистр. — Я не чувствую его присутствия так близко.

— Он может найти нас?

— Нет, Падме, я надежно скрываю вас, — он старался как можно больше уверенности и защиты вложить в свои слова.

— Вы чувствуете моих детей? — её покрасневшие глаза опустели, глубокий карий цвет превратился в холодный камень.

— Их сложно не почувствовать на таком расстоянии.

— А он? Может их почувствовать сейчас?

— Маловероятно, — она ждала конкретики, но он не мог ей её дать.

— Но вероятно? — женщина напряглась, расправила плечи и застыла каменной скульптурой. Он боялся, что она не выдержит и гормональная паранойя перерастёт в нечто серьёзное.

— Падме, вы уверены, что Сидиус про них знает?

— Эта моя слабая надежда, но как только он о них узнает – он придёт за ними, — её голос стал бесцветным, потерял интонации, стал пустым, как песок. Сила вокруг неё замерла, опасаясь резких движений.

— Вы разрешите сделать мне анализ на медихлорианы? — рискнул магистр.

Она опустила пустой взгляд на комлинк в руке, сменила настройки и подала его джедаю. Кеноби внимательно посмотрел туда – это был уже сделанный анализ. Свыше восьмисот тысяч… он уже видел точно такие же данные, много лет назад, и тогда он не поверил своим глазам, а сейчас поверил. И сейчас этот вопрос стал его, магистра Ордена Джедаев.

— Вы понимаете, что я должен сделать? — прямо спросил он, не представляя, что ему нужно сделать с этой женщиной в закрытом помещении, в столь безвыходной ситуации.

— Я не отдам вам их обоих.

Повисла тягучая тишина. Оби-Ван Кеноби, магистр Ордена, не решался продолжить разговор, он не решался брать на себя ответственность. Не хотел, но придётся.

Падме Амидала поднялась и сделала пару шагов к нему навстречу:

— Оби-Ван Кеноби, вы клянётесь мне, что мои дети, под покровительством Ордена, будут в безопасности от Сидиуса?

Магистр повёл головой в растерянности, он не мог давать такую клятву.

— Падме…

— Назовите мне три самых надёжных способа уберечь их от ситха?

— «Неизвестность – лучшая защита», — ответил он. — Их нельзя прятать вместе, и да, Орден. Их лучше прятать с похожими, чтобы они не выделялись на фоне остальных.

— Кто из них сильнее?

— Мальчик.

Женщина закрыла глаза, борясь с собой. Каменная скульптура Падме Амидалы Органы могла в любой момент рухнуть, и Оби-Ван больше всего боялся, что это произойдёт сейчас. Он не мог решать судьбу детей, он не мог нарушить правила Ордена, и приказ Гранд-Мастера, он не мог… Каменная статуя продолжала стоять.

— Вы будете его наставником.

— Падме, не я решаю это.

— Вы магистр Совета, вы сделаете всё, чтобы мой сын был под вашей личной защитой, — эта был не просьба. Это был приказ. И это был выход из сложившейся ситуации. И, как бы тяжело ему это ни давалось, но да, он сделает это.

— Оби-Ван, я лично отдаю под вашу защиту Люка, вы обещаете мне беречь его?

Он не хотел никого брать под защиту, он не хотел во всё это вмешиваться. Он не хотел знать правду, участвовать в политике и принимать решения за судьбу двух одарённых детей. Тем более, он не хотел брать ещё одного падавана, который вероятнее всего будет такой же активный, как и первый, и принесёт ещё больше головной боли. Он хотел улететь на край Галактики, поселиться в какой-нибудь хижине и медитировать, познавать Силу, вести внутренний диалог, размышлять. В спокойствии! Он так надеялся, что после окончания войны, ему разрешат снять погоны, уступить место в Совете и вести спокойный и размеренный образ жизни.

— Да, ваше величество, я сделаю всё, что в моих силах.

— Оби-Ван, обещайте мне, что раз в месяц будете писать мне о его состоянии и высылать его голоизображения, — магистр молча кивал головой. Для него это уже было не важно, все условности важны для неё, удивительно мужественной и сильной женщины. — Раз в полгода, я хочу его видеть и иметь возможность говорить с ним.

— Но он никогда не узнает, что вы его мать.

— Когда он вырастет, получит звание джедая и сможет сам выбирать. Я ему расскажу всю правду, и тогда у него будет свой выбор.

— Но только, когда он получит звание джедая, — Оби-Ван поднялся, акцентируя важность момента, — не раньше. Ни единого слова, ни намёка. С этого момента, он – сын Ордена, Падме.

— Да, — больно сглотнула королева Альдераана. — К тому моменту он уже сможет понять моё решение.

— А девочка?

— Лея останется со мной, — Падме прижала к себе руку, так как будто её проткнул нож. — Люк сильнее её, он под большей угрозой, чем она. Лея станет наследницей Альдераана и весь Альдераанский сектор будет защищать её. А его… будете защищать вы, магистр Кеноби, лучший из Совета Ордена джедаев.

Лёгкий характерный толчок сообщил о выходе из гиперпространства. Лорд заранее раздал все приказы, чтобы сейчас сесть в свой шаттл и, со спокойной душой, сразу спуститься на поверхность Кипраса. Проверив боевую готовность базы, отправиться на заслуженный отдых в бордель к роскошным блондинкам. Да, сегодня он хотел общества блондинок. Людей Альянса спустят на базы и разместят без него. Что с ними делать дальше, он решит утром. Когда выспится и на свежую голову разберёт разведданные. Видения Силы, общество Леи, затем Падме со своими вечными закидонами, Оби-Ван со своим очень интересным учеником, Палпатин, который ничего не делает, — всё это странно влияет на его рациональность. А этого допускать нельзя. Надо напиться и расслабиться, затем выспаться и только после этого принимать важные решения. Ещё этот Люк не выходил из головы. Хороший мальчишка. Смелый, резкий, открытый и безумно талантливый. Надо стать ему другом, в принципе подружиться с Крохой у него уже получилось, хотя он этого не хотел. Наверное, он стареет, коль начинает думать столько на перспективу. Он сел в удобное кресло, положил руки на рычаги управления и расслабился, впуская в себя Силу. Надо передохнуть.