— Могу заглянуть! — фыркнула Катя. То, как было сделано предложение, ее не вдохновило.
— Катя! Пожалуйста, пойдем со мной! — Марина ухватилась за эту возможность. Ей, разумеется, смертельно не хотелось идти в кукольную мастерскую, но, если уж этого не избежать, то лучше прийти не одной.
— С тобой… — Катя колебалась. В ней боролись естественный страх, любопытство, желание поддержать подругу. Какое из этих чувств победит, девочка и сама не могла понять. — Ладно, я подумаю… — Она решила пока не обнадеживать Марину, но и отказать совсем ей тоже не могла.
— Да, чуть не забыла! — воскликнула Вероника.
— Ну, что там еще! — устало воскликнула Марина, ожидая какой-нибудь новой пакости.
— Он предупредил, что если вы не придете или будете об этом болтать… — Вероника слегка запнулась, подбирая нужные слова или же пытаясь дословно вспомнить фразу кукольника. — В общем, для Марины это кончится плохо. — И она опустила голову, не решаясь взглянуть в глаза той, которую невольно предала.
— Даже если расскажешь, никто не поверит, — грустно произнесла Марина и посмотрела на Катю. Та могла проболтаться, сама не заметив.
— Молчу как рыба! — Катя прижала палец к губам.
— А ты тоже пойдешь с нами? — спросила Марина у Вероники.
— Нет, что ты! — испуганно воскликнула гостья. Очевидно, сегодняшнего общения с кукольных дел мастером с нее было вполне достаточно. — Я сейчас домой!
— Наделала дел и домой! — мрачно сказала Катя. По-видимому, она еще не решила для себя, стоит ей осуждать Веронику или сочувствовать ей.
— Я не могу явиться к нему просто так… Я не смогу… Простите меня… — Не в силах больше сказать ни слова, Вероника выбежала из комнаты. Хлопнула входная дверь.
Марина с Катей остались одни. Катя попыталась было строить предположения относительно завтрашнего визита, но Марина слушала ее рассеянно. В конце концов, у нее так разболелась голова, что она попросила подругу уйти и заглянуть к ней завтра с утра, чтобы хотя бы поддержать морально. Катя послушалась, хотя ей и не терпелось поскорее обсудить происходящее. Но, кроме Марины и уехавшей Вероники, говорить на эту тему было совершенно не с кем…
Весь вечер Марина просидела в своей комнате, бессмысленно глядя в окно и даже не замечая, как за ним постепенно темнеет. Ей совершенно не хотелось ни есть, ни пить, ни уж тем более заниматься каким-либо из своих обычных дел. Даже все мысли куда-то разбежались, и Марина не делала никаких предположений о своем будущем. На ее счастье, родители в этот вечер пошли в театр, так что хотя бы не пришлось отвечать ни на какие расспросы и не делать изо всех сил вид, что с ней все в порядке, все как всегда.
Спохватилась она только тогда, когда на улице совсем стемнело. Девочка решила лечь спать пораньше, до прихода родителей. Какая разница: бессмысленно сидеть у окна или лежать в постели. Она думала, что уснуть ей этой ночью вообще не удастся, но ошиблась. Едва голова коснулась подушки, как Марина погрузилась в глубокий сон, который был так необходим ей для отдыха после всех потрясений этого тяжелого дня.
* * *
Марина надеялась, что на этот раз ей хотя бы ничего не будет сниться, но этим надеждам не суждено было сбыться. Во сне девочка вновь очутилась в до боли знакомом помещении. На этот раз оно было освещено, но Марина отчего-то была абсолютно уверена, что это то же самое место, где она слушала шаги, танцевала по воле неведомого кукловода и откуда она сбежала во сне после того, как завладела куклой.
Но теперь это помещение было буквально залито светом, от которого даже слепило глаза. Все пространство было заполнено куклами, которые образовывали большой круг. Марина и сама стояла в этом кругу, только не до конца понимала: присутствует ли она здесь в своем нормальном виде или тоже является куклой, как и все остальные. Глаза у всех кукол были удивительно живые, но во всех них читались тоска и обреченность.
За ее спиной раздались тяжелые шаги. Сейчас девочка их уже практически не боялась, она ожидала чего-то подобного. Остальные куклы смотрели ей за спину, и никаких особых эмоций в их глазах прочитать не удалось. Очевидно, и тот, кто был у нее за спиной, и сама готовящаяся процедура были здесь делом совершенно обычным.
До этого момента Марина не могла пошевелиться. Теперь же она почувствовала, как ее телом вновь начинает управлять какая-то чуждая сила. То же происходило и с куклами вокруг: они сделали шаг вперед, потом другой, потом присели в реверансе… Все это они проделывали с неестественной, пугающей одновременностью, на которую едва ли способен даже самый слаженный танцевальный ансамбль. Все движения совершались в полной тишине, что делало танец без музыки еще более неприятным и таинственным. Марина даже сначала и не заметила, что движется точно так же, как и все остальные. Она пыталась противиться, хотя бы чуть-чуть сбиться с ритма, но у нее ничего не получалось. Неведомая управляющая сила была значительно сильней нее. «Я не хочу! Я не буду танцевать!» — пыталась выкрикнуть Марина, но из ее горла не вырывалось ни звука.
— Марина, очнись! — Кто-то тряс ее за плечо.
— Я не хочу! Я не буду танцевать! — закричала девочка еще раз и окончательно проснулась. Рядом с ней стояла встревоженная мама. Очевидно, она очень боялась, что загадочная болезнь вновь вернулась к дочери.
— Все в порядке. — Марина изо всех сил постаралась улыбнуться, но улыбка получилась совсем уж неестественной. — Мне просто приснился кошмар.
— А что тебе приснилось? — настаивала мама.
— Приснилось… Я не помню, — солгала Марина. На самом деле сон отпечатался у нее в памяти с пугающей четкостью, как самое что ни на есть реальное событие, но рассказывать содержание и погружаться вновь во все его перипетии девочка не согласилась бы ни за что в жизни.
Глава XIII
В мастерской
За окном светило яркое солнце, такое необычное для этого времени года. Только на душе от этого становилось еще тяжелее. Марина даже предпочла бы, чтобы погода стояла мрачная и дождливая, под стать настроению. Мысль о том, что сегодня придется зайти в гости к этому страшному человеку, от которого неизвестно чего можно ожидать, повергала в глубокое уныние. Конечно, Вероника многое рассказала, но вдруг она что-то недоговорила? Или у кукольника на Марину какие-то особые планы. Ведь она едва не сбежала от его власти, едва не нарушила его замыслы. Радовало только то, что никаких неприятных симптомов вроде тех, что были в прошлый раз, пока что не наблюдалось. По крайней мере, мастер не был настроен мстить ей сразу.
Разумеется, девочке безумно хотелось отложить визит к кукольнику как можно на более позднее время, хотя бы до вечера. Но Марина понимала, что чем мучиться весь день неизвестностью, лучше прояснить все сразу. Она только ждала Катю, чтобы единственный человек в городе, который обо всем знал, поддержал ее.
Катя не заставила себя долго ждать. Она пришла, когда еще не было полудня, что в выходной день было для нее просто удивительно рано!
— Ну, что? — спросила она с порога.
— Пока ничего, — ответила Марина, которая ждала подругу, уже одевшись для выхода, — пойдешь со мной?
— Вот так, сразу? — Катя предпочла бы некоторое время посидеть дома, построить предположения, помыть косточки Веронике и кукольнику…
— А что тянуть! — вздохнула Марина, надевая сапоги, и грустно усмехнулась, вспомнив свою вчерашнюю гонку в тапочках.
— Знаешь, я, пожалуй, провожу тебя до мастерской, — решила Катя. — А то ты одна, пожалуй, и не дойдешь…
— Теперь дойду, — опять грустно улыбнулась Марина, вспомнив, как подруга разве что не за руку ее тащила к кукольнику несколько недель назад. — Куда ж я денусь!
— Это точно! — согласилась Катя, предпочитавшая не вспоминать о том эпизоде. Сейчас ей действительно хотелось поддержать подругу. Но, помимо этого, ее мучило любопытство. Грядущие события казались ей едва ли не самыми интересными и уж точно самыми таинственными из того, что с ней происходило за всю ее жизнь.
* * *
До кукольной мастерской девочки шли молча. Катя несколько раз пыталась завязать разговор, но, почувствовав состояние Марины, поняла, что сейчас лучше оставить ее в покое. Марина же не замечала ничего вокруг. Сейчас она не узнала бы даже собственных родителей, встреться они ей по дороге.
Когда мастерская показалась в конце улицы, девочки остановились. Кукольник, разумеется, сидел на своем привычном месте, безучастный ко всему окружающему. Из-за неожиданно хорошей погоды на улице было относительно многолюдно. А у витрины толпилось несколько детей.
— Вот видишь, сколько людей вокруг! — зашептала Катя. — Ничего он тебе не сделает. Это хорошо, когда много свидетелей!
