захотелось их всех перенюхать.
Хм… вот это склянка с золотистой жидкостью очень приятно пахнет восточными маслами и скидка на нее указана хорошая… Я уж хотела попросить себе ее у хозяйки лавки, но та, заметив мой заинтересованный взгляд тут же подошла.
— Ой, нет-нет, госпожа, вам это средство не подойдет. Оно на основе экстракта виреи, делает волосы жесткими. Его берут, в основном, пожилые дамы, из тех, кто привык носить очень сложные прически, — она изобразила смуглыми, приятно округлыми руками над головой целый Вавилон, — ну или эррагалки, у тех волосы очень мягкие да короткие, им подходит… А вам лучше что-то вот из этого посмотреть, — она сделала плавный жест ладонью в сторону отдельно стоящих флаконов.
В результате при выходе из лавки мой кошелек опустел на пять серебрушек, зато я стала обладательницей двух флаконов, пахнущих сладким спелым цитрусом. Вот с этим уловом в сумке я и вернулась к себе и еле дождалась Миртена, чтобы поделиться с ним новостями.
— Короче говоря, Мир, я собираюсь в скором времени нанести аль Гарду визит, — закончила я свой рассказ.
Тот слушал меня, слегка хмуря темно-русые брови, но при этом одобрительно покачивал головой в такт моим словам.
— Только не вздумай и вправду заключить с ним контракт, — на всякий случай напомнил он, — ничего не подписывай и отпечатков своих не ставь.
— Да, я поняла, — успокаивающе согласилась. — А кстати, у аль Виарров ведь тоже должен быть столичный особняк, почему же ты там не живешь?
Мир тут же изобразил до ужаса постную физиономию..
— Мог бы, но пришлось бы вот так ходить целыми днями… Все эти завтраки, ужины и визиты… А еще выслушивать что я кому должен и в каком размере. Ты не представляешь, какая это скука смертная.
— Так может у Гарда то же самое?
— Может, но вообще-то он любитель покичиться своим происхождением и всем прочим, так что не факт. В любом случае, стоит об этом узнать. Я тоже попробую аккуратно расспросить наших общих знакомых.
Поход за разведданными я назначила на свой ближайший выходной в таверне господина Агира и ближе к вечеру указанного дня отправилась прямиком на улицу Трех генералов.
Данный постоялый двор был очень похож на привычную нам гостиницу. С поправками на другую реальность, конечно, но основные черты вполне угадывались: вежливый распорядитель за стойкой, расторопные работнике в форме. Мужчины — в голубых жилетах, женщины — в аналогичного цвета фартуках и чалмах.
— Добрый вечер, мне нужен господин аль Гард, он у себя? — обратилась я к мужчине за стойкой.
Тот приветливо мне поклонился и сверился с лежащим перед ним журналом.
— Да, госпожа, комнаты номер семь на втором этаже. Как подниметесь, сразу направо, — он показал рукой в сторону лестницы.
Странно, что сам Гард этот номер не указал. Вряд ли запамятовал. Выходит, он не очень-то шифруется?
Я поднялась на этаж выше, повернула, куда было сказано, и оказалась в широком, хорошо освещенном коридоре. Кроме меня здесь никого не было, если не считать девушку-горничную. Она шла по коридору мне навстречу, неся стопку чистых полотенец. Я быстро отыскала дверь с цифрой семь и негромко постучала. Горничная бросила в мою сторону любопытный взгляд и прошла дальше.
— Деянира? — открыв дверь, умеренно удивленно вопросил аль Гард.
Выглядел он примерно так, как и положено выглядеть шедарскому аристократу, отдыхающему дома от трудов праведных: волосы свиты в свободную косу (Мир тоже иногда так делает), поверх рубашки наброшен короткий шелковый… ну пусть будет халат.
— Здравствуйте, мастер, — начала свою речь. — Я все думаю о вашем предложении, — я всеми силами пыталась показать, что думаю я в его пользу, — и пока вижу в нем только плюсы, но… — а вот сейчас слегка конфузимся.
— Но…? — наставник радушно предложил мне устроиться в глубоком мягком кресле насыщенно-зеленого цвета, слегка похожем на трон. Я послушно опустилась на самый краешек.
— Вы не могли бы дать мне почитать сам контракт? Папа велел всегда внимательно изучать то, что я подписываю… — проговорила извиняющимся голосом.
— Ваш отец необычайно мудр, — изрек Гард. В глазах же его явно читалось недовольство. — Подождите меня здесь, я поищу для вас подходящий пример, — он направился в соседнюю комнату.
Ага, там, скорее всего, и есть кабинет и все самое интересное.
А вот в гостиной мне поживиться, думаю, нечем. Я бегло осмотрела просторную, не загроможденную мебелью комнату. Нет, если бы я была шпионом, здесь бы точно ничего прятать не стала.
Я поерзала в кресле, устраиваясь поудобней, но это было не так-то просто: наши с ним выпуклости и вогнутости ну никак не хотели совпадать. Я слегка развернулась, пытаясь угадать, как тут вообще предполагается сидеть, и механически смахнула со спинки кресла волосок. Нет, ну никак, значит, буду сидеть, как сидела… И вот только я села обратно, как в голове сразу щелкнуло: Медея Сергевна, вы балда… вы только что отправили к ракшам какой-никакой, а вещдок. Волос-то был примечательный: слегка светлей моих и довольно короткий. Нет, может, конечно, у аль Гарда волосы местами выгорели и ломкие как черти…
— Вот, Дея, — ага, легок на помине, — вот так будет выглядеть наш с вами договор, — мастер протянул мне лист, заполненный убористым почерком. Что-то подобное я уже видела, когда просматривала папку в кабинете Лика. Пока же я придирчиво разглядывала блестящие каштановые волосы своего второго наставника. Нет, ничего там не выгорело и не ломается. Ну да ладно… Контракт, значит… угу… ага… Ого, сумма-то какая — восемьсот золотых… Да уж, по-крайней мере, жмотом его не назовешь. На пышные похороны с оркестром точно хватит. Все остальные условия были мне знакомы. Пометок о досрочном прерывании договора тут не стояло, но это же его экземпляр, поэтому неудивительно.
Сделав неловкое движение я «случайно» уронила врученный мне документ на пол и тут же нагнулась, пытаясь заодно найти упавший куда-то в эту сторону волосок. Мне даже показалось, что из этой затеи что-то может выйти, и я принялась активно шарить руками по полу..
— Что такое? — обеспокоился моим странным поведением мастер.
— Мне показалось там… клоп. Ну, знаете… такой… бе-е — я сделала ужасную рожу, которая должна была изобразить данное насекомое в совсем уж неприглядном виде. Если бы это увидел настоящий клоп, он имел бы полное право подать на меня в суд за оскорбление своего достоинства.
Гард моргнул, а потом посмотрел на меня с выражением под названием «и с этой дурой я собираюсь идти в Бездну…»
— А… где у вас можно руки помыть? — «и заодно подумать, что делать дальше?»
— Вот,
