Профессор начал подробный рассказ о городах, устройстве государств, науках, искусствах и т. д., которые были на земле тысячи лет назад. И во время рассказа он ясно видел, что слушатели, значительно увеличившиеся в числе, представляли себе все это очень смутно. Только Ли и еще один-два человека вставляли в его рассказ дельные замечания, убеждавшие его в том, что они имеют некоторое представление о далеком прошлом, а ведь слушало его больше полусотни людей!
Профессору казалось когда-то, что человечество всегда будет иметь перед своими глазами дела и мысли его современников. Ведь это было героическое время борьбы и достижений, когда в страданиях выковывалось будущее людей, во имя счастья грядущих поколений гибли умнейшие, каждая пядь завоеваний у природы области оплачивалась человеческой кровью.
Но проходили века, проходили и уходили многочисленные поколения людей, и в конце концов оказалось, что память о далеком прошлом стерлась, исчезла. Что знают теи о профессоре, как о представителе далекого времени? Не более, чем он сам и его современники знали об этруссках и Халдее.
И вот теперь он, живой свидетель варварских пережитков, сам анахронизм, участник в общем хоре человеческих усилий выбиться на светлую дорогу, силой случайностей оказался сохраненным в течение тысячелетий. Для чего? Не для того ли, чтобы получить подтверждение своей веры дикаря в могущество человеческого духа? Теи! Боги! Они все еще прикованы к земле! Могучие! Бессильные!
Вскоре судно начало слегка раскачиваться.
— Поднялся боковой ветер, — заметил кто-то. — Не мешало бы капитану увеличить скорость «Геркулеса».
Не все еще изменилось на земле
Стояло туманное утро. «Геркулес» шел в облаках, и капли воды стекали по канатам и трубам на палубу.
Но вскоре туман понемногу рассеялся и внизу под судном оказалась морская поверхность, посеребрянная солнечными лучами.
Море! Это было настоящее море с многими островами, поднимавшимися над его поверхностью. Профессор вперил взгляд вниз, стараясь угадать, что это за море. Очертания показались ему как будто знакомыми, но обилие островов смущало его. «Геркулес» шел теперь, судя по солнцу, к юго-юго-западу. Море быстро уходило назад.
По просьбе пассажиров капитан заставил «Геркулес» снизиться почти к самому морю: до его поверхности оставалось несколько десятков метров.
— Только будьте осторожны, — предупредил капитан, — это море самое небезопасное.
— Почему? — спросило несколько голосов сразу
— Дно его, особенно у берегов материка и островов, густо усеяно жилищами гоми. Как вы помните, здесь впервые был применен план заселения морского дна. Здесь — наиболее древние подводные поселения людей. Люди прожили здесь уже около тысячи лет, когда был закончен последний дворец для жилья под водой. Все это вы знаете. Но я думаю, немногие из вас знают о том, что именно гоми этого моря проявили наибольшую враждебность к теи: они неоднократно выходили из воды и уничтожали прибрежные селения теи. В свое время многие люди были поселены в подводные жилища этого моря насильно, так что враждебность их имеет некоторые основания. Итак, будьте осторожны.
— А что это за море? — спросил профессор у Ли.
— Если не ошибаюсь, оно на одном из прежних варварских наречий называлось Средиземным.
Любопытство профессора достигло крайних пределов. Повидимому, Средиземное море не слишком изменилось с тех пор: появилось несколько островов, да, как рассказывает Ли, Гибралтарский пролив расширился и был усеян множеством островов.
— И здесь силы, преобразующие лик земли, поработали как следует, — подумал профессор.
«Геркулес» стал часто менять курс. Повсюду над водой виднелись сложные силовые установки гоми, попользовавшие силу волн, приливов и отливов, ветра и атмосферного электричества одновременно. Под каждым таким сооружением несомненно было жилище гоми, ибо силовые установки над водой были в действии. Эти надводные установки были так часты, что, казалось, под водой жилища должны были иметь между собой самое тесное общение.
Вон вдали показалась темная точка, которая через несколько минут превратилась в субмарину, как две капли похожую на ту, на которой бежали профессор и Эйс. Интересно, что за намерение у нее? Отсюда не меньше четырех десятков километров до берега.
Пассажиры забыли уже предупреждение капитана и, перегнувшись через перила, с любопытством вглядывались в субмарину. На ней, казалось, никого не было. «Геркулес» несся на высоте 100 метров над водой.
Вдруг крышка люка на подводной лодке неожиданно отвалилась, и в воздухе мелькнули две желтые палочки, которые так хорошо знакомы были профессору.
— Назад! — не своим голосом закричал он. — Это ралюмы!
Все мгновенно отпрянули, но двое сделали это не слишком поспешно и поплатились за это: вместо двух прекрасных теи на палубе валялись две кучи бесформенной массы.
Профессор был потрясен и стоял бледный, с трясущимися руками.
— Что же мы не поднимаемся вверх? — закричал он.
— Не полагает ли профессор, что они взорвут нас? Так я могу его успокоить: судно защищено от этих палочек хорошей краской.
Это говорила Ли. Неужели это она говорит так спокойно?
— Этих мерзавцев надо уничтожить! — яростно завопил профессор.
Но, к его огорчению, его намерений никто не разделял.
— Бесполезно, — заметила Ли. — Этим их не исправишь, а только больше обозлишь. Их вражда к нам имеет свои основания.
Профессор, точно чувствуя себя виновником несчастья, сошел вниз, к капитану.
— Сейчас поднимемся, — сказал последний. — Досадное происшествие, не правда ли? Один из погибших был химик. Талантливый химик! И ведь говорил же я...
— Капитан, неужели это преступление останется безнаказанным? — умоляюще глядя на капитана, спросил профессор. — Мое сознание никак не может примириться с этим. Подумай: два талантливых химика и мерзкая тварь в образе перепончаторукого гоми.
— Дело в том, — говорил капитан, открывая небольшой боковой люк, — что у нас есть инструкция не трогать гоми. Но и гоми не должны нас трогать. Я почти уверен, что субмарина вышла на разбой, и гоми сегодня неминуемо сделают нападение на какой-нибудь общественный дом. Прибрежные жители часто страдают от них, ибо наша стража не всегда зорко смотрит.
Блестящий аппарат в метр длиной повернулся концом в люк и шарил по воде до тех пор, пока не уперся в субмарину.
— Ну, что же, они сами виноваты, — сказал капитан, нажимая пальцем голубую кнопку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
