Читаем без скачивания Экзорцист. Утроба Ведьмы (СИ) - Тард Джулия

— Смотрю последние десять лет тебя так ничему и не научили, — наиграно вздохнула Лилит, закидывая ногу на ногу. — Ещё немного и я решу, что ты идёшь против меня просто потому что любишь боль.

— Боль? — усмехнулся Михаэль, обнажая окровавленные зубы. Мокрые волосы падали ему на лицо, напоминая стекающую по бледной коже смолу. Следя за ней тяжелым, прожигающим насквозь взглядом, казалось, он в любой момент может вырвать из стен удерживающие его кандалы, разрывая Лилит на мелкие кусочки. — Кажется, ты слишком много времени провела в Пандемониуме, Лилит. Что бы забыть, что в этом мире есть вещи куда ужасней боли.

Демоница недовольно скривилась. Казалось, чем отчаянней были её попытки сломать этого отступника — тем сильнее он становился.

— Мне нравятся твои попытки изобразить, что в тебе есть ещё что-то помимо двух ипостасей. Но не забывай, Михаэль, в отличие от меня ты никогда ни был человеком и не имеешь ни малейшего понятия о том какого это — страдать не телом, а душой! — взбешенная, она в мгновение ока оказалась перед висящим на крюках мужчиной, так сильно ударяя его по лицу, что вывихнула ему нижнюю челюсть. — Ни дня, Михаэль! Ни одного единого дня! Ни одной единой минуты ты ни был человеком, падший! — снова нанесла удар, не выдерживая его улыбающейся физиономии. — Ты был отступником тогда! И стал отступником сейчас! Не зря твоим именем нарекают всех предателей Михаэль! Иуда! Проклятый Иуда!

Смех демона разливался по стенам камеры. Михаэль хохотал как ненормальный. Упиваясь болью, будто вином.

— Так и есть, Лилит! — взглянул на неё демон, заставляя испугано сжаться. Красные глаза пронизывали её насквозь, вызывая по-настоящему животный ужас. Объятый тьмой он заставлял окружающее его пространство дрожать и расслаиваться. Казалось, пожелай Михаэль вырваться из её оков и ему не понадобится много времени. Каменные стены темницы дребезжали словно хрустальные. Казалось ещё немного и крепкий камень расколется на миллионы осколков! — Я Иуда! Я чума! Мор и хаос! Я всадник, что поведёт за собой весь Ад!

С трудом взяв себя в руки, обретая контроль над оцепеневшим от ужаса телом, Лилит впилась когтями во внутреннюю часть локтя, раздирая кожу до самого запястья. Алая кровь хлынула из раны, падая на каменный пол крупными каплями.

Тягучий запах мирта разлился по тесной камере, отравляя Михаэля. Что бы не сойти с ума от желания пришлось потратить все силы на его подавление, оставляя после себя лишь обессиленную оболочку.

— Знай своё место отступник! — с трудом взяла Лилит пол контроль дрожь в голосе, стараясь выглядеть уверенно. — Кажется, ты начал забывать, где находишься!

— Маленькая ведьма… — прорычал демон, смотря на неё исподлобья опустошённым взглядом. — Неужели ты на самом деле считаешь, что сможешь удерживать меня здесь вечно? Рано или поздно, а я всё равно пересеку порог ипостаси. И тогда твоя кровь уже перестанет оказывать на меня такое влияние.

— Не переживай, мой щеночек, — улыбнулась Лилит, гладя Михаэля по щеке. Покрытая испариной кожа пылала, словно из него сочилась кислота, чудом не причиняя ей вреда. — Я всегда знаю, когда нужно остановиться. К тому же мне доставляет немыслимое удовольствие балансировать на грани… — прошептала осипшим голосом, облизывая пересохшие губы. — Знать, что ты в любой момент можешь вырвать из стен удерживающие тебя цепи и превратить в руины всю эту темницу, заставляет мою кровь бурлить, — впилась к нему в губы жестким поцелуем, пропихивая в рот раздвоенный язык.

Её поцелуй напоминал пытку безумным, животным удовольствием. Тело сходило с ума от желания. То и дело поддавалось вперёд, пытаясь вырваться на свободу только для того, что бы сорвать со стоящим перед ним ведьмы одежду и отыметь так грубо, как только захочется!

Вгрызаться и царапать светлую кожу этой ведьмы когтями. Хотелось намотать на кулак её длинные, рыжие волосы и биться в неё до самого предела! Насаживать на себя так долго и часто, что бы уже не понимать кто ты такой!

Но сознание ему не позволяло. Практически плавясь от того безумного дикого накала, который так мастерски подогревала в нём Лилит, оно всё ещё удерживало своё тело в куда более надёжных тисках чем стальные цепи темницы.

— Ну же, щеночек… — наконец-то освободила его рот Лилит, слизывая с губ остатки поцелуя. — Может, хватит уже противиться. Как бы сильно ты не старался всего лишь оттягиваешь неизбежное. Ну сколько ещё лет ты так протянешь? Двадцать? Тридцать? Сорок? Как не посмотри, но сейчас ты не в том состоянии, что бы со мной бодаться. Мало того что сам в темнице, так ещё и твой контрактор продолжает тянуть из тебя силы. А значит, рано или поздно ты всё равно ослабнешь достаточно сильно, что бы бороться с искушением. И тогда больше не будет этой боли… — тяжело вздохнула, прижимаясь лицом к его обожженной, изуродованной груди, слушая ровные удары сердца. — Останется только удовольствие…

— Я не девственница, которую можно искусить подобными обещаниями, Лилит, — усмехнулся демон. — Так что если тебе действительно настолько сильно хочется что бы кто-нибудь трахнул тебя в отсутствие Люцифера, не трать время зря и обратись к кому-нибудь посговорчивее.

— Извини, щеночек, — улыбнулась, ещё сильнее прижимаясь к его груди. — Но мне куда интересней смотреть, как ты ломаешься под моим нажимом.

— Прости, дорогуша, но ты не в моём вкусе, — зло усмехнулся Михаэль, скаля окровавленные зубы. — Так что вряд ли у тебя что-то получится.

— Ну конечно… — начала ластиться об него словно кошка. — Конечно… Уж мне ли не знать каких женщин ты предпочитаешь… Ответь, тебе ведь до сих пор больно от того как она с тобой поступила? Жестокая маленькая девочка, бросившая тебя ради него… После всего, что ты для неё сделал! — стоило ей упомянуть Марию и его сердце впервые за тридцать лет заточения начало биться чаще. — Какая безумная ирония судьбы, правда, Михаэль?! — довольно расхохоталась Лилит, понимая, что даже сейчас, спустя столько веков, одно лишь упоминание о той женщине, продолжает причинять ему боль. — Ну же, Михаэль, неужели тебе на самом деле нравится прозябать в этой темнице вместо того, что бы подняться наверх и занять своё законное место подле Его трона? Одно твоё слово и я всё прекращу… — прошептала, касаясь губами его губ, вызывая у Михаэля очередную болезненную судорогу. — Разорви контракт, поклянись мне в верности и верни нам Орин.

— Хочешь преподнести её Люциферу, что бы он вернулся? Даже и не надейся, — прошипел из последних сил, чувствуя, что ещё немного и снова провалится в анабиоз.

— Уверен? А если я предложу тебе небольшую сделку? — растянулись губы Лилит в самодовольной улыбке, которую она изо всех сил пыталась сдержать до самого сладкого момента. — Что если я пообещаю взамен не тронуть твоего любимого питомца? А? — попыталась изобразить невинность и сожаление, хотя её пухлые губы всё ещё подрагивали в злобной ухмылке: — Видишь ли, так получилось, что мои драгоценные ищейки всё-таки сумели её найти. Ну серьёзно, Михаэль, — злорадно заблестели её глаза под маской искреннего сочувствия заулыбалась, — неужели ты на самом деле думал, что окажешься хитрее меня? Богини обмана? Я всегда продумываю все отходные пути. Именно поэтому, как только ты оказался здесь, я приказала моим подчиненным следить за теми двумя из ордена. И знаешь что? Не прошло и пары-тройки месяцев, как Мария приволокла к ним твою возлюбленную Аврору!

Кому-нибудь другому было бы достаточно сложно понять, смотря на довольно хохочущую Лилит, блефует эта ведьма или же на самом деле говорит правду, но только не ему. Михаэль знал её слишком хорошо, чтобы не понимать серьёзности происходящего.

На несколько секунд звук её голоса вызвал в нём откровенную ярость, но этого всё равно оказалось недостаточно, что бы избавиться от массивных цепей, впиваясь Лилит в глотку. Проклятая ведьма специально приберегла эту новость напоследок. Тогда, когда он будет практически в беспамятстве от её чар.

— Ну так что? — опустилась перед ним на колени, имитируя ладонями чаши весов. — Кого же ты выберешь Михаэль? Орин или Аврору? Женщину Люцифера или свою любимую?