ЭКСТ. МОНАСТЫРСКИЙ ДВОР. ДЕНЬ
Денис смотрит на кресты. Вокруг крестов вьется воронье. Окно отца Ильи зашторено.
ИНТ. КЕЛЬЯ ОТЦА ИЛЬИ. ДЕНЬ
Через занавеску отец Илья смотрит во двор – на Дениса, который, осторожно оглядевшись по сторонам, неловко и неуверенно поднимает руку и крестится, глядя на кресты. Хмурится. Его губы движутся – в молитве.
ИНТ. ЦЕРКОВЬ. ДЕНЬ
Соня и Лиза стоят друг напротив друга.
СОНЯ
Это второй шанс, Лиз. Шанс прожить жизнь праведно.
ЛИЗА
Нет.
СОНЯ
Почему нет? Почему сразу нет?
ЛИЗА
Ты издеваешься?
СОНЯ
Ты о чем?
ЛИЗА
Только не говори, что ты ничего не понимаешь.
СОНЯ
Чего не понимаю?
ЛИЗА
Что ты не видела ничего никогда.
СОНЯ
Чего не видела-то?
ЛИЗА
Когда он мыл меня. Как он меня мыл.
Соня смотрит на нее молча. Не отвечает.
ЛИЗА
Ты вообще задумывалась о том, что это ненормально, что он меня сам до такого возраста мыл?
Соня пожимает плечами. Отводит глаза.
ЛИЗА
Что, он тебя не касался никогда?
СОНЯ
Нет.
Скрещивает руки на груди, глядит на сестру исподлобья.
ЛИЗА
После того как мама умерла?
СОНЯ
Нет.
ЛИЗА
Ну ты уже большая была. Тринадцать лет все-таки. А я мелкая совсем. Что я понимала? Вначале ничего не понимала.
СОНЯ
Прекрати!
ЛИЗА
Знала. И эта мразь еще мне тебя в пример будет ставить. Будь как Соня. А как Соня?
Соня всхлипывает.
ЛИЗА
И что, я с вами должна была дальше существовать? С ним? Да конечно же, да при первой же возможности… Только не видеть его.
СОНЯ
Лиза…
Она пытается прикоснуться к сестре, взять ее за руку – но Лиза отдергивает руку.
ЛИЗА
И это его вот Бог за блядство будет еще карать? Папашкин Бог? Меня? За блядство? Меня – за блядство?!
Показывает иконе средний палец.
СОНЯ
Прекрати!!!
ЭКСТ. МОНАСТЫРСКИЙ ДВОР. ДЕНЬ
Соня выходит к Денису. Денис протягивает ей сигарету. Соня расшатана разговором с Лизой, в глазах слезы, губа закушена, она обнимает себя руками, но старается не выдать себя.
ДЕНИС
Хочешь?
СОНЯ
Нет, что ты… Я не курю.
ДЕНИС
Ну… Как она?
Соня передергивает плечами. Отводит взгляд.
СОНЯ
Сказала, что хочет подремать. Устала. Не хочет верить, что это… Ну, что это чудо Господне и все такое.
Молчат.
ДЕНИС
Я… я тоже не знаю. Только это… Прошел все стадии. Бунт, торг, знаешь? Смирение. Ну, как смирение… Такое смирение – да пошли вы все на хуй тогда с такой жизнью, врагу не сдается наш гордый Варяг… Не жили, так не хуй и начинать… Вот такое смирение…
СОНЯ
Денис… Не надо тут ругаться так, пожалуйста.
ДЕНИС
Сорян. В общем… И тут это. Действительно чудо. Которое никак не объяснить. Чудо и чудо. А если тебе можно, значит, и мне можно? Ну, может, неправильно там как-то помолился, но в принципе-то можно ведь, а? Только к смерти привык, и тут… Опять внутри что-то рыпается. Да, ты правильно сказала. Надежда.
Он смотрит на Соню, в глазах у него стоят слезы. От жалости к себе. Соня тянется, чтобы обнять его.
ДЕНИС
То есть вроде опять начался торг. Если тебе можно, то почему мне нельзя? Что я прямо вот чтобы по жести не так делал против Бога? Неужели меня простить за это нельзя? Как молиться правильно, если я неправильно молился?
СОНЯ
Тебе можно! Кто сказал, что тебе нельзя?
Денис трясет головой.
ДЕНИС
Я из-за этого всего… Только сейчас вот почувствовал по-настоящему… что умру.
СОНЯ
Подожди…
ДЕНИС
Что очень скоро умру. Не головой понял, а вот тут почувствовал.
Он хлопает себя ладонью по груди.
ДЕНИС
В Москве там… Или пока я туда-сюда по заграницам гонял… Времени не было. Может, специально гонял, чтобы не оставалось времени. А тут… тут вот… тут его хватило.
Соня смотрит на него – у нее в глазах тоже стоят слезы.
ДЕНИС
Вот отец у меня… к смерти по-другому относился. Считал, что лучше умереть стоя, чем жить на коленях. Он не торговался. А я, видно, в мать пошел.
Он смотрит на Соню. Хочет еще что-то сказать, но не говорит ничего.
ЭКСТ. ТОПИ. ДЕНЬ
Ливень хлещет по продавленным шиферным крышам пустых домов.
Баба Нюра закрывает огуречные парники пленкой, чтобы не залило.
Старик-инвалид на завалинке открывает рот, подставляя язык каплям дождя.
Безымянная старуха рвет дикий шиповник с куста рядом с его домом, не обращая внимания на ливень.
Потом оглядывается на инвалида, садится рядом с ним и кладет ему ягоды на язык. Смотрит, как он жует.
Горизонт затянут дымом от труб Комбината, который переходит в облака.
ЭКСТ. ПРИГОРОК С ЗАВЯЗШЕЙ «ДЕВЯТКОЙ». ДЕНЬ
Полицейский «УАЗ» проезжает завязшую в грязи «девятку», на которой их встречали на железнодорожной станции и водитель которой пропал бесследно после аварии с лесовозом.
Макс оборачивается на застрявшую в грязи «девятку».
МАКС
Не нашелся он?
КАПИТАН
Может, и нашелся. Мы ж тут без связи, как узнаешь?
Макс цыкает.
МАКС
Неужели тут не ловит нигде вообще? Телефон?
КАПИТАН
В том-то и дело, дорогой ты мой человек, что вообще нигде. Ты это учти на всякий пожарный.
ЭКСТ. ТОПИ. УЛИЦА СОВЕТСКАЯ. ДЕНЬ
Полицейский «УАЗ» проезжает мимо дома, где Пропавший держит Элю, и останавливается у избы бабы Нюры. Капитан высаживает Макса.
КАПИТАН
Дуй к своим. А я пока до ветру…
Хлопает дверьми «уазика».
Неподалеку – в доме Пропавшего – заливается лаем сторожевая собака.
Капитан направляется к отдельно стоящей кабинке уличного сортира. Макс, дав ему отойти, вместо того чтобы подняться на крыльцо к бабе Нюре, стремглав бросается через дорогу к дому Арины.
