Я подал заявление с просьбой принять меня в аспирантуру и был принят. Учеба способствовала не только моему карьерному росту; благодаря изменениям, которые произошли со мной в процессе обучения, я стал писателем, психологом и оратором. Изменилась вся траектория моей жизни, а вместе с этим жизнь многих и многих других людей. Но я едва не отказался от этого пути. Видите ли, когда я подал заявление, у меня не было ни цента, чтобы оплатить учебу. Я был женат, у меня было трое детей, и мне надо было выплачивать проценты по ипотеке; в этот период жизни большинство мужчин полностью отказываются от своих мечтаний. Риск кажется им слишком большим. Помимо этого, в тот момент мне позвонили из одной фирмы в г. Вашингтоне и предложили работу, сулившую невероятные заработки. Я оказался бы в престижной компании, вращался бы в очень влиятельных кругах и зарабатывал бы большие деньги. Таким образом Господь еще больше усложнил ситуацию, проверяя мою решимость. Один путь вел к моей мечте, исполнению желаний, за которые я не мог заплатить, и совершенно неопределенному будущему; другой — к успеху, уверенному продвижению по карьерной лестнице и совершенной потере моей души.
На ближайших выходных я отправился в горы, чтобы привести в порядок свои мысли. Жизнь кажется более понятной, когда стоишь один на берегу горного озера с удочкой в руке. Когда я взобрался на Холи Кросс Уилдернесс, мне показалось, что я освободился от своего ложного образа и влияния этого мира. На второй день Господь заговорил со мной: «Джон, ты можешь согласиться на это предложение, если хочешь. Это не грех. Но эта работа убьет тебя, и ты знаешь это». Он был прав; устроиться на эту работу означало согласиться жить в соответствии со своим ложным образом. «Если ты хочешь следовать за Мной, — продолжил Он, — ты должен выбрать другой путь». Я прекрасно знал, о чем Он говорил, — «другой путь» вел к неизведанному, к новым возможностям и перспективам. На следующей неделе удивительным образом последовало еще три звонка. Первый был из той фирмы в Вашингтоне; я сказал им, что не подхожу для этой работы и им следует поискать кого-то другого. Когда я повесил трубку, мое фальшивое «я» прокричало: «Что ты делаешь?!» На следующий день раздался еще один звонок; это была моя жена. Она сказала, что звонили из аспирантуры и интересовались, когда я внесу первый взнос за обучение. На третий день мне позвонил мой старый друг, который молился за меня и за мое решение. «Мы думаем, что тебе надо пойти учиться, — сказал он, — и мы хотим оплатить твое обучение».
Из двух дорог на перепутье в лесуЯ выбрал самую нехоженую,И после этого все изменилось.
Чего вы ждете?Где бы мы были сегодня, если бы Авраам, выслушав предложение, которое сделал ему Бог, осторожно взвесил все «за» и «против», и решил, что ему будет лучше, если он останется в Уре, сохранив свою медицинскую страховку, три недели оплачиваемого отпуска и пенсионные накопления? Что бы произошло, если бы Моисей послушался совета своей матери «никогда не играть со спичками» и вел бы себя осторожно и осмотрительно, избегая всяких горящих кустов? У нас не было бы Евангелия, если бы Павел пришел к выводу, что жизнь фарисея, возможно, и не является воплощением всех мужских мечтаний, но по крайней мере она предсказуема и безусловно более стабильна, чем та, которая ожидает его, если он последует за голосом, который слышал по пути в Дамаск. В конце концов, люди часто слышат всякие голоса, и кто знает, Бог ли говорит с ними или им это кажется. Где бы мы были, если бы Иисус Христос не был страстным, необузданным и романтичным? Подумайте о том, что нас вообще не было бы на свете, если бы Господь не пошел на огромный риск, сотворив человека.
Большинство мужчин тратят свою энергию на то, чтобы как можно меньше подвергаться риску, свести его к минимуму. Их дети слышат «нет» гораздо чаще, чем «да»; их сотрудники чувствуют себя связанными по рукам и ногам, так же, как и их жены. Если у них получается сделать свою жизнь безопасной, не рисковать, они сплетают себе кокон и при этом удивляются, почему им нечем дышать. Если же это не получается, они проклинают Бога, удваивают свои усилия и страдают от повышенного давления. Если вы присмотритесь к тому фальшивому образу, который человек пытается создать, то увидите, что в нем всегда присутствуют две составляющие: стремление повысить свою компетентность в каком-то вопросе и отказ от всего, что невозможно держать под контролем. Как сказал Дейвид Уайт, «цена нашей живучести складывается из суммы всех наших страхов».
В Книге Бытие мы читаем, что за убийство брата Господь обрек Каина на жизнь изгнанника и скитальца; прочитав еще пять библейских стихов, мы узнаем, что Каин построил город (см.: Быт. 4:12, 17). Нежелание верить Богу и стремление держать все под своим контролем сидит в каждом мужчине. Уайт рассуждает о противоречии, существующем между желанием фальшивого «я» «получить власть над происходящим, контролировать все события и их последствия и желанием души получить власть благодаря происходящему, невзирая на то, что именно будет происходить». Вы в буквальном смысле жертвуете своей душой и своей настоящей силой, когда стремитесь все контролировать, как тот парень из притчи, рассказанной нам Иисусом. Он решил, что справится с жизненными трудностями, избавится от всех проблем, построив большие житницы, но в ту же ночь умер (см.: Лк. 12:16–20). «…Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Мк. 8:36). Между прочим, вы можете потерять душу задолго до того, как умрете.
У канадского биолога Фарли Моуота была мечта — изучать жизнь волков в естественной среде их обитания, в дикой местности на Аляске. В основу книги «Волк, который не плачет» легли впечатления от его исследовательской экспедиции. Моуот стал прототипом главного героя фильма, снятого по этой книге, — профессора Тайлера, книжного червя, который имел очень слабое представление о жизни в экспедиции. Тайлер нанимает опытного летчика с Аляски, Роузи Литтла, чтобы тот глубокой зимой доставил его вместе с оборудованием в долину Блэкстоун. Пока они летят на маленьком одномоторном самолете над одной из самых прекрасных, труднопроходимых и опасных местностей на земле, Литтл расспрашивает Тайлера о секретной цели его экспедиции:
Литтл: Скажи-ка мне, Тайлер… что особенного в этой долине Блэкстоун? Что там есть? Марганец? (Тишина.) Ну, уж точно не нефть. Может быть, золото?
Тайлер: Трудно сказать.
Литтл: Ты умный мужчина, Тайлер… держишь при себе свои планы. Все мы здесь золотоискатели, не так ли, Тайлер? Все что-то роем… ищем в земле… (После паузы.)
Я раскрою тебе один секрет, Тайлер. Золото находится не в земле. Золота здесь нет. Настоящее золото гораздо южнее, оно сидит в своей гостиной, таращится в ящик и умирает от скуки. Умирает от скуки, Тайлер.
Внезапно мотор самолета издает несколько кашляющих звуков, затем раздается треск, хрип… и он замирает. Слышно, лишь как ветер треплет крылья самолета.
Литтл: (Со стоном.) О, Боже.
Тайлер: Что случилось?
Литтл: Возьми штурвал.
Литтл передает штурвал самолета Тайлеру (который в жизни не летал на самолетах) и принимается нервно искать что-то в старом ящике с инструментами, находящемся между сиденьями. Не сумев найти то, что искал, Литтл начинает психовать. С криками он выворачивает содержимое ящика на пол. Затем так же внезапно успокаивается, трет лицо руками.
Тайлер: (По-прежнему паникуя и пытаясь управлять самолетом.) Что случилось?
Литтл: Скучно, Тайлер. Скучно… вот что случилось. Что может победить скуку, Тайлер? Приключение. ПРИКЛЮЧЕНИЕ, Тайлер!
С этими словами Литтл распахивает дверь самолета и практически исчезает за ней, ударяя по чему-то — возможно, по замерзшей трубе для подачи топлива. Мотор снова заводится как раз в тот момент, когда они чуть не врезаются в горный склон. Литтл хватает штурвал и направляет самолет круто вверх, едва не задевая вершину горы, а затем вниз, навстречу прекрасной долине.
Возможно, Роузи Литтл был сумасшедшим, но он был гением. Он знал тайну мужской души и лекарство от хвори, что мучила его. Слишком много мужчин отказались от своей мечты, так как не хотели рисковать, или боялись, что не выдержат испытание, или из-за того, что им никто не говорил, что те желания, которые скрыты в глубине их душ, хорошие. Но душа мужчины, которую Литтл называет настоящим золотом, создана не для того, чтобы держать все под контролем; она создана для приключений. В нас сохранились какие-то слабые воспоминания о том, что когда Господь поселил человека на земле, он возложил на него невероятную миссию — Он дал человеку разрешение исследовать, строить, завоевывать и заботиться обо всем созданном Им. Это был чистый лист, который надо было заполнить, холст, на который надо было нанести краски. Так что, дорогие мои, Бог не забирал назад своего разрешения. Оно все еще у нас, и мир ждет, что мужчина воспользуется им.
